Умереть для Закона — значит не быть связанным Законом, быть свободным от Закона и не знать Закона. Поэтому пусть каждый, кто хочет быть живым в глазах Божиих, стремится находиться вне Закона, пусть выходит из гробницы вместе со Христом. ...Подобно тому, как гробница, где лежало тело Христа, открылась и опустела после Его воскресения, а Христос исчез, так и я, веруя во Христа, воскресаю с Ним и умираю для гроба, т. е. для Закона, державшего меня в плену. Закон теперь пуст, я вышел из темницы и гроба, т. е. из Закона. И Закон не имеет больше права обвинять и удерживать меня, потому что я воскрес.

Жить для Закона — значит умереть для Бога, а умереть для Закона — значит жить для Бога. Странное и неслыханное определение. Эти два высказывания полностью противоречат разуму, и потому ни один софист и Законник не понимает их. Но вы должны научиться понимать их правильно. Любой, кто стремится жить для Закона, т. е. хочет действовать так, чтобы оправдаться Законом, является и остается грешником, он мертв и проклят. Потому что Закон не может оправдать и спасти человека, но, справедливо обвиняя, убивает его. Поэтому жить для Закона — значит умереть для Бога. С другой стороны, умереть для Закона — значит жить для Бога. А жить для Бога — значит быть оправданным ради Христа благодатью через веру, без Закона и дел. Поэтому если хочешь жить для Бога, ты должен умереть для Закона. Но если ты желаешь жить для Закона, ты мертв для Бога.

- Мартин Лютер. Лекции на Послание к галатам

Когда лютеранская теология определяет веру как уверенность, она всегда подразумевает уверенность в Слове Евангелия, уверенность, основанную на познании Слова и евангельского учения.

— Роберт Пройз. Оправдание и Рим

Евангелист Иоанн, написавший эту книгу, не делает особого акцента на Иоанне Крестителе. Все, что автор говорит о нем, сводится к тому, что Иоанн Креститель говорил правду, проповедуя людям о Христе, свете и жизни всего человечества. Автор не говорит, что Иоанн Креститель учил людей своему строгому аскетическому образу жизни: пить только воду, носить одежду из верблюжьей шерсти, питаться диким медом и саранчой. Иоанн Креститель не проповедовал об этом, не желая создавать новую секту. Он не хотел, чтобы люди следовали его примеру как пути спасения. Поступи Иоанн Креститель иначе, он привлек бы множество последователей и стал бы основателем новой секты с новым вероучением.

Но Иоанн Креститель не делал ничего подобного! Он пришел, чтобы возвещать истину. На нем лежала Богом данная ответственность — указывать людям на Христа и говорить им, что Христос — Агнец Божий. Его миссия заключалась в том, чтобы направлять всех, в том числе и собственных учеников, не к себе, а к Господу Христу. Он говорил: "Я не Христос. Я не свет. Я не могу просветить вас. Я не могу дать вам жизнь. Но как Его представитель, я хочу, чтобы вы верили в Христа и позволили Ему вести вас. Я должен только проповедовать о Христе. Я не хочу говорить о своей одежде из верблюжьей кожи или о каком-то другом аспекте своего аскетического образа жизни. Моя отталкивающая внешность должна побудить вас обратить внимание не на меня, а на мое послание. Христос — жизнь и свет человечества. Он вечен, и Он сотворил небо и землю. Но в данный момент Он взял на Себя нашу человеческую природу. Он здесь, рядом с вами".

— Мартин Лютер

Иоганн Вальтер (1496-1570) в возрасте 21 года поступил на службу в придворной капелле Фридриха Мудрого в возрасте 21 года в качестве композитора и певца-баса. В 1524 году он издал сборник гимнов, составленный в соответствии с церковным годом. Сборник получил признание и послужил образцом для многочисленных последующих сборников. В течение 30 лет Вальтер служил кантором (церковным музыкантом) в городах Торгау и Дрездене, а также помогал Мартину Лютеру в подготовке "Немецкой мессы" (1526). Вальтера помнят как первого лютеранского кантора и сочинителя церковной музыки.

Здесь Петр обращается к тексту из книги Притчей: "Ненависть возбуждает раздоры, но любовь покрывает все грехи" (Притчи 10:12). И вот что Петр имеет в виду: если вы не будете обуздывать свою греховную природу и свои вожделения, запросто начнете гневаться на других. Вам будет нелегко прощать ближних. Поэтому старайтесь обуздывать свои порочные желания. Тогда вы сможете любить и прощать других, ибо любовь побеждает грех.

Некоторые трактуют этот стих так, будто он направлен против веры. Они говорят: "Ты утверждаешь, что только вера делает человека благочестивым, и что никто не может избавиться от греха своими делами. Но почему же тогда Соломон и Петр говорят, что любовь покрывает грех?" Вы можете ответить следующим образом: "Соломон говорит, что всякий ненавидящий другого человека беспрестанно ссорится и препирается. Там же, где присутствует любовь, она покрывает грех, с радостью прощая его. Там, где есть гнев, вы найдете непокорного человека, не желающего примириться и полного ненависти. Напротив, люди, исполненные любви, не сердятся, как бы сильно их ни пытались обидеть. Они покрывают все эти грехи и делают вид, будто не замечают их. Они могут не замечать грех ближнего, но не могут заставить Бога его не замечать. Никто не может скрыть свой грех перед Богом. На это способна только вера. Однако своей любовью мы можем покрыть грех ближнего. И точно так же, как Бог покрывает наши грехи Своей любовью, когда мы веруем, и мы должны покрывать грехи ближнего. Петр говорит, что мы должны любить друг друга, чтобы один человек мог покрыть грех другого. Любовь покрывает не один, два или три греха, а все множество грехов".

— Мартин Лютер

1. Мы верим, учим и исповедуем, что во время Святой Вечери Тело и Кровь Христа истинно и существенно присутствуют, а также истинно раздаются и принимаются вместе с хлебом и вином.

2. Мы верим, учим и исповедуем, что слова Завета Христова не должно понимать иначе, нежели они буквально звучат, так что хлеб не символизирует отсутствующее тело, а вино — отсутствующую кровь Христа, но в силу сакраментального единства они [хлеб и вино] поистине есть тело и кровь Христа.

3. Что же касается освящения [даров], мы верим, учим и исповедуем, что никакое действие человека и никакая декламация служителя [церкви] не создает присутствия тела и крови Христа в Святой Вечере, но его должно приписывать единственно и исключительно всемогущей силе Господа нашего Иисуса Христа.

4. Однако в то же время мы единодушно верим, учим и исповедуем, что при совершении Святой Вечери Христовы слова установления ни в коем случае не должно опускать, но должно публично их произносить, как написано в 1 Кор. 10:16: Чаша благословения, которую благословляем и т.д. Это благословение осуществляется через произнесение слов Христа.

— ФС-КИ VII:6-9

Стоит ли говорить, что в нынешнем мире с его многочисленными бедами открывается много возможностей для целительного διακονία (служения) любви? Сегодня облегчение человеческих страданий требует изобретательности и находчивости. Тем не менее, церковные общины, каждая в отдельности и все они вместе, должны следить за тем, чтобы диаконическая работа начиналась у алтаря и вела к алтарю, чтобы не в самой церкви, ни вне ее это служение не воспринимали как церковный вариант светской административной системы социального обеспечения.

— Курт Маркуарт

...Первородный грех (в человеческой природе) — не только полное отсутствие всего доброго в духовных, божественных вещах, но и тот факт, что утраченный образ Божий в человеке сменился глубоким, порочным, ужасающим, бездонным, неисследимым и невыразимым развращением всей человеческой природы и всех ее способностей, в особенности высших, главнейших способностей души в том, что касается разума, сердца и воли, так что ныне, с момента грехопадения, человек от рождения наследует порочный нрав, внутреннюю нечистоту сердца, нечистые вожделения и наклонности; ...все мы по расположению и природе наследуем от Адама сердце, чувства и мысли, причем их высшие проявления и свет разума обнаруживают естественную склонность и расположенность противиться Богу и Его основным заповедям и враждуют против Бога, особенно в том, что касается божественных и духовных вещей. Ибо в других отношениях, в том, что касается естественных, внешних вещей, подвластных разуму, у человека в определенной степени еще остаются разумение, власть и способности, хотя и очень ослабленные, однако все они настолько заражены и загрязнены первородным грехом, что бесполезны пред Богом.

— Формула согласия: детальное изложение I:11-12

Особая работа Святого Духа заключается в том, чтобы делать святым то, что несвято. Его служение или основное дело — освящать грешников. Наставление Лютера о Святом Духе отвечает на вопрос «Но каким образом такое освящение совершается?" Для того, чтобы ответить на этот вопрос, Лютер прибегает к образу спрятанного сокровища, которое необходимо выкопать, прежде чем "получить его и насладиться им". Это сокровище — совершенное Христом "дело искупления" от греха, смерти и дьявола, которое Он "приобрел и получил... для нас Своими страданиями, смертью и воскресением". Труд Духа заключается в том, чтобы явить это сокровище, рассказать о нем, иначе оно останется "сокрытым... бесполезным и потерянным", так что его нельзя будет с радостью принять верой. Однако вера нуждается в евангельском обетовании, на которое можно уповать. Через проповедь Слова Бог посылает Святого Духа "в наши сердца", чтобы " донести это сокровище до нас и сделать его нашим. Поэтому освятить значит просто привести нас ко Христу, чтобы мы обрели это благо, которое не могли бы добыть сами". Сами мы не можем ни найти, ни выкопать зарытое сокровище, только Дух может раскрыть его нам: "Верую, что я не могу собственным разумом или собственной силой уверовать в Иисуса Христа, Господа моего, или прийти к Нему; но Дух Святой призвал меня Евангелием, просветил меня Своими дарами, освятил и сохранил меня в истинной вере". Образ выкопанного сокровища подчеркивает щедрость Духа, Который милосердно просвещает нас, чтобы мы приняли Божье обетование верой.

— Леопольдо Санчес

Истинное поклонение подразумевает наличие проповедника, который показывает нам, как "посвятить себя Слову Божьему и упражняться в Слове". Вот почему субботний день "сам по себе не нуждается в освящении. Он был создан святым. Однако Бог желает, чтобы этот день был свят для вас". Но только Бог может сделать что-то святым, поэтому Он делает вас святыми через проповедь. Для того чтобы проповедь продолжалась, Он повелевает нам определить время и место когда мы могли бы во всеуслышание провозглашать это Слово. Поклонение Богу не исключает человеческих обычаев, однако нам следует остерегаться человеческой привычки думать, будто ритуал или обряд производит (ex opere operato) то, чего не может сделать слово. Не забывайте, что сила заключена в Слове Божьем и ни в чем другом.

— Стивен Полсон

Пастор и Матфея 18. — Пастору не дозволяется принимать жалобы на грехи других людей, если они не общеизвестны, и если с лицами, совершившими такие грехи, еще не поговорили наедине и в присутствии свидетелей; а когда это было сделано — только если беседа не принесла желаемого результата. Пастор как лицо официальное должен брать на себя заботу только о тех грехах, которым он сам был свидетелем, или же в рамках третьего шага братского обличения. Более того, пастор должен напомнить жалующемуся, что тот сам нарушает божественное установление, и увещевать его пойти и поступить по заповеди Христовой. Позор, если пастор позволяет, чтобы его жилище сделалось свалкой для всевозможных слухов; и еще хуже, если пастор использует подобные слухи для составления воскресной проповеди. Лютер говорит: «Тот, кто не соблюдает порядок, установленный Христом в Мф. 18, не имеет в виду ничего доброго».

— John H. C. Fritz. Pastoral Theology (Fort-Wayne, IN: Concordia Theological Seminary Press, 1984. Reprint edtion), p. 235

Подобно тому как человек есть олицетворение всей вселенной и центр тварной природы, Христос есть олицетворение и центр всего Писания, Альфа и Омега, с Него все в Писании начинается и Им все заканчивается. Вот почему Иоанн начинает свое свидетельство с Христа — "В начале было Слово" и т. д. (Ин. 1:1), — и заканчивает его Христом: "Благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами" (Откр. 22:21).

— Johann Gerhard, Locus on Scripture, Exegesis I, § 53

Я не откажусь от права хвалиться тем, что с точки зрения телесного рождения или плоти и крови Ной и его жена (кто бы она ни была) были моими самыми настоящими, природными предками, и ни Авраам, ни Давид, ни пророки и апостолы, ни даже ангелы небесные не могут отказать мне в этом праве; ибо все мы со времен Потопа имеем своим общим предком Ноя. Мы не потомки Каина, ибо его семя навсегда сгинуло в водах потопа, как и многие двоюродные родственники, родственники со стороны жены и друзья Ноя.

— Мартин Лютер