Так давайте же размышлять о Рождестве Христовом точно так же, как мы видим рождение наших собственных детей. Я бы хотел, чтобы вы созерцали не божество Христа, не величие Христа, а Его плоть. Посмотрите на Младенца Иисуса. Божественность может ужаснуть человека. Невыразимое величие сокрушит его. Поэтому Христос принял на Себя нашу человеческую природу, только без греха, чтобы не устрашить нас, а с любовью и милосердием утешить и утвердить.

Посмотрите на Христа, лежащего на коленях Своей юной матери, все еще девственной. Что может быть милее Младенца, что может быть прекраснее Матери! Что может быть краше ее юности! Что может быть благороднее ее девства! Посмотрите на Младенца, который ничего не знает. Однако все сущее принадлежит Ему, дабы совесть твоя не страшилась Его, но утешалась Им. Не сомневайтесь ни в чем. Смотрите, как он скачет на коленях Девы. Смейтесь вместе с Ним. Взгляните на этого Господа мира, и дух ваш обретет покой. Посмотрите, как многообразно Бог обращается к вам. Он показывает вам Младенца, в Котором вы можете найти прибежище. Вы не можете испытывать перед Ним страх, ибо для человека нет ничего милее младенца. Вы боитесь? Тогда подойдите к Нему, лежащему на коленях прекрасной и прелестнейшей девушки. Вы увидите, как велика божественная благость, которая прежде всего желает уберечь вас от отчаяния. Доверьтесь Ему! Доверьтесь Ему! Вот Младенец, в Котором спасение. По-моему, нет большего утешения для человечества, чем это: Христос стал человеком, ребенком, младенцем, играющим на коленях и у груди Своей самой доброй Матери. Найдется ли на свете человек, которого не утешило бы это зрелище? Власть греха, смерти, ада, совести и вины побеждена, если вы придете к этому гукающему Младенцу и поверите, что Он пришел не судить вас, а спасти.

— Мартин Лютер

К этой Заповеди относится только одно дело, которое включает в себя множество других дел и предотвращает много зла. Оно именуется кротостью.

Однако кротость бывает двух видов. Первый вид выглядит достаточно красиво, но за ним ничего не стоит. Это та кротость, которую мы проявляем к нашим друзьям, а также к людям, которые либо полезны нам и радуют нас материальными вещами, почестями или добрым отношением, либо не причиняют нам вреда ни словом, ни делом. Даже неразумные животные — львы и змеи, — язычники, иудеи, сарацины, негодяи, убийцы и порочные женщины способны проявлять такую кротость. Все они одинаково довольны и вежливы, пока мы делаем то, что им угодно, или вовсе их не трогаем. И есть даже немалое число таких, кто обманывается подобной кротостью, скрывает свою злобу и оправдывает себя, говоря: «Я бы не злился, если бы только люди меня не трогали». Конечно, дорогой мой друг, сам дух злобы был бы кроток, если бы все шло так, как ему нравится. Раздоры и оскорбления обрушиваются на тебя для того, чтобы показать, как много в тебе на самом деле злобы и греха, и побудить тебя искать кротости и гнать прочь злобу.

Второй вид кротости хорош с любой стороны. Такая кротость проявляется к противникам и врагам и не делает им никакого зла. Она не мстит за себя, не проклинает и не богохульствует, не говорит о них дурно и не замышляет против них зла, даже если они отняли у тебя имение, честь, жизнь, друзей и все остальное. Напротив, где только возможно, эта кротость воздает добром за зло, говорит хорошо, ищет лучшего и молится за творящих зло. Христос говорит в Матфея 5:44: «Благотворите тем, кто причиняет вам вред. Молитесь за тех, кто гонит и оскорбляет вас». А св. Павел в Римлянам 12:14 говорит: «Благословляйте тех, кто проклинает вас: никогда не проклинайте в ответ, но делайте им добро».

— Мартин Лютер. Трактат о добрых делах

Если бы Христос был зачат и рожден без греха, Святым Духом, и исполнил вcякую праведность в одной лишь Своей человеческой природе, но не был истинным и вечным Богом, это послушание и страдание Его человеческой природы нельзя было бы вменить нам в праведность. И точно так же, если бы Сын Божий не стал человеком, одна лишь божественная природа не могла бы быть нашей праведностью. Поэтому верим, проповедуем и исповедуем, что в праведность нам вменяется все послушание всей личности Христа, Который повиновался Отцу ради нас даже до позорной смерти на кресте. Ибо одна лишь человеческая природа, без божественной, не могла бы ни послушанием, ни страданиями принести вечному Богу удовлетворение за грехи всего мира; однако и одна лишь божественность, без человеческой природы, не могла быть посредницей между Богом и нами. Но, поскольку это послушание, как уже было сказано выше, [не одной лишь природы], а всей личности, представляет собой полное удовлетворение и умилостивление за род человеческий, посредством которого вечная, неизменная праведность Божья, открытая в Законе, была удовлетворена и таким образом стала нашей праведностью, которая приемлема в глазах Бога и открыта в Евангелии, и на которую вера уповает пред Богом, и которую Бог вменяет вере, как написано: "Ибо как непослушанием одного человека сделались многие грешными, так и послушанием одного сделаются праведными многие" (Рим. 5:19) и "Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха" (1 Ин. 1:7), а также "Праведный верою жив будет" (Авв. 2:4; Рим. 1:17). Следовательно, в праведность нам вменяется ни божественная, ни человеческая природа Христа как таковая, но только послушание личности, которая одновременно есть Бог и человек. И потому вера смотрит на личность Христа, которая подчинилась ради нас Закону, понесла на себе наши грехи и, взойдя к Отцу, принесла за нас, бедных грешников, Своему небесному Отцу совершенное послушание от рождения до самой смерти и тем самым покрыла всю нашу непокорность, присущую нашей природе, и сопутствующие ей мысли, слова и дела, так что она не вменяется нам в осуждение, но помилована и прощена по одной лишь чистой благодати ради Христа.

- Формула Согласия: детальное изложение III:56-58

Хотя Закон в действительности не делает нас праведными, а скорее умножает нашу греховность и раздражает нашу человеческую природу своими повелениями и запретами, тем не менее, он наделен двоякой ролью. Во-первых, он ограничивает нас, защищает от того, чтобы мы не впали в открытую бесстыдную жизнь, как это делают те, кто не позволяет себя сдерживать. По этой причине гораздо лучше, чтобы Закон существовал. Без него кто мог бы противостоять посягательствам своих собратьев? По словам Павла (Рим. 13:4), светский меч носят для устрашения не праведников, а злодеев.

Во-вторых, ограничения Закона ведут человека к вере, открывая ему глаза на его порочность и неприязнь к добру; уча его познавать себя, смиренно исповедовать свою греховную природу, признавать вину и желать Божьей благодати — благодати, которая не отменяет Закон (его человек отныне признает правильным, добрым и святым), но создает в верующем другое сердце, исполненное любви к этому правильному, доброму и святому Закону. Заметьте, это истинный смысл и лучшее назначение Закона. Действительно необходимо, чтобы Закон существовал, чтобы человек с его помощью познал себя и умолял Бога о благодати.

Относительно этой функции Закона, однако, между настоящими и ложными святыми возникает разногласие. Ложные святые признают Закон лишь постольку, поскольку он выполняет свою первую функцию. Они полагают, что, подчиняясь его ограничениям и предостережениям, они становятся праведными. Они не учатся с его помощью постигать свою греховную природу, но почитают человеческую природу изначально добродетельной и поистине способной любить Закон. Настоящие же святые отрицают подобные представления; и они действительно ложны. Слово Божье и всеобщий опыт людей утверждают обратное. И тот, кто не лжет и не притворяется, должен признать, что по природе Закон Божий не доставляет ему удовольствия; и уж тем более не доставляют ему удовольствия наказание за грехи, смерть и ад, которые несет в себе Закон.

Чрезвычайно отвратительную мерзость своего сердца, величайшую и глубочайшую, эти самооправдатели прикрывают фиговыми листьями дел Закона — подобно тому, как Адам и Ева прикрывали свой срам. Однако греха в сердце Адама и Евы не стало меньше оттого, что они прикрылись; так и делами Закона, самооправданием никто не становится лучше, а наоборот, становится хуже.

— Из новогодней проповеди Мартина Лютера

Коллекта на канун Нового года:

Господи Боже, Отец небесный, не оставляющий нас без помощи и милостиво охраняющий от многих бед и опасностей, благодарим Тебя: мы прожили еще один год благодати. Прости нам все согрешения и беззакония наши и не дай никому из людей страдать из-за нас. Помоги нам раскаиваться в своих грехах и от всего сердца прощать другим, а также научи ценить каждый новый день, который Ты даешь нам. Благослови этот новый год радостью и миром, милостиво охрани нас от бед и опасностей, и да будет с нами благословение Твое ради Иисуса Христа, возлюбленного Сына Твоего, Господа нашего. Аминь

Коллекта на день Обрезания и Наречения Имени Спасителя:

Всемогущий Боже, Отец небесный, не устающий прощать нас грешных, славим Тебя: Ты даровал нам Своего Сына, дабы через Него мы могли приблизиться к Тебе и обрести помощь. Помоги нам во имя Иисуса Христа начать этот новый год полагаясь не на свои силы, но на Твою милость и отеческую любовь, во всяком деле призывая Тебя, Твою мудрости и силу, через Иисуса Христа, возлюбленного Сына Твоего, Господа нашего. Аминь.

Из проповеди прочитанной Мартином Лютером в день Рождества Христова (Евангелие от Луки 2:1-14). Из Вартбургской церковной постиллы 1521-1522-го года.

"Вера – прежде всего, и мы справедливо признаем, что она важнее всего в каждом слове Божием. Нет никакой пользы, если человек просто верует, что сия история правдива в том виде, в котором она изложена, ибо все грешники и даже осужденные на вечные муки веруют в это. Писание, Слово Божие не учит в отношении веры, что она есть дело, которое человек производит естественным образом, без благодати. Правильная и благодатная вера, которой требует от нас Бог, состоит в том, чтобы твердо веровать в то, что Христос родился для тебя, и что Его Рождество имело место ради твоего блага. Евангелие учит, что Христос родился, творил дела и страдал ради нас, как возвестил в данном фрагменте ангел: «Не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь». Из сих слов ясно видно, что Он был рожден для нас.

Ангел не просто сказал: «Родился Христос», а «родился вам». Он не просто сказал: «Я возвещаю», а «возвещаю великую радость». Более того, сия радость не осталась навек во Христе, но была дарована всем людям. Этой веры лишены и те, кто находятся под осуждением, и нечестивцы, ибо истинное основание спасения, которое соединяет Христа и верующее сердце, есть то, что у них всё общее. Но что же у них общего?

Рождение Христа – чистое, невинное и святое. Рождение человека – нечистое, грешное и проклятое, как говорил Давид в Псалме 50:7: «Вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя». Ничто не может исправить этого греховного рождения, кроме чистого рождения Христова. Впрочем, рождение Христово не может быть даровано людям в физическом смысле, да это и не принесло бы никому пользы. Посему оно даруется людям духовно, через Слово, как было сказано ангелом. Оно даруется всем, кто твердо верует, что им не приключится никакого зла, несмотря на их греховное рождение. Именно таким образом нам надлежит очиститься от нечистого рождения, унаследованного от Адама. Именно для этой цели Христос и пожелал родиться, дабы мы чрез Него родились заново, как Он и сказал в Евангелии от Иоанна 3:3, что сие совершается чрез веру. Также и Св. Иаков в своем Послании (1:18) сказал: «Восхотев, родил Он нас словом истины, чтобы нам быть некоторым начатком Его созданий».

Здесь мы видим, что Христос в некотором смысле принял на Себя наше рождение и поглотил его Своим рождением. Затем Он даровал нам Свое рождение, дабы в Нём мы соделались чистыми и святыми, как если бы сие рождение было нашим собственным, дабы каждый христианин мог возликовать в Христовом рождении и хвалиться им, как если бы он сам был, как Христос, рожден от Марии. Кто не верует в сие или сомневается в этом, тот не христианин.

Вот она, та великая радость, о которой возвестил ангел. Это утешение и несравненная благодать Божия, что – если только человек верует – он может хвалиться тем, что Мария является его истинной матерью, Христос – его истинным братом, а Бог – его истинным Отцом. Ибо все эти вещи подлинно имели место и истинны; впрочем, мы должны веровать. Это главная суть и главное сокровище всех Евангелий, и только отсюда можно вывести какое-либо учение о добрых делах. Христос должен быть принят нами всем сердцем, и мы должны стать Его уделом, прежде чем мы сможем творить добрые дела.

Сие, впрочем, не происходит иначе, как по вере, которая учит нас правильно понимать Евангелие и правильно держаться его. Только так Христос может быть познан нами надлежащим образом, чтобы совесть наша была успокоена и исполнилась радости. Из этого корня произрастает любовь и хвала к Богу, Который во Христе ниспослал нам столь неизреченные дары. Именно это дает нам мужество что-то делать или от чего-то уклоняться, жить или умирать, и сносить всякое страдание, угодное Богу. Именно об этом говорится в пророчестве Исаии (9:6): «Ибо младенец родился нам – Сын дан нам», нам, нам, родился нам, и нам дан сей Сын."

Поскольку Бог желает, чтобы мы трудились и использовали обычные способы добычи нашего насущного хлеба, мы молим, чтобы Он даровал нам такие возможности и благословил их. Мы просим, чтобы Он сделал успешным труд насаждающих и поливающих (1 Кор. 3:6). «Благословение Господне – оно обогащает и печали с собою не приносит» (Прит. 10:22). Повеление молиться о хлебе нашем насущном учит нас также, что мы не должны молиться об удовольствиях, о запасах и излишках, которые часто употребляются во зло или для похвальбы богатством. Другими словами, согласно истолкованию царя Соломона (Прит. 30:8), мы молим о том чтобы не быть отягощаемыми слишком большим богатством или угнетаемыми слишком большой бедностью. Соломон добавил к этому, что мы молимся и против тех зол и грехов, которые возникают как в чрезмерном богатстве, так и в чрезмерной бедности. Кроме того, согласно Павлу (Флп. 4:18; 1 Тим. 6:6) мы молим о довольстве, а также о благом и здравом применении каждого дара. Мы просим, чтобы наша душа могла и не испытывать отвращения к манне, не желать плотских египетских благ и не смотреть с отвращением на перепелов (Чис. 11:5 и далее). Мы должны принимать дар Божий как Его добрую волю в отношении нас, подобно тому как люди принимали рыбу, когда Спаситель распределял ее в толпе, давая, сколько Он желал (Ин. 6:11). Как и в предыдущих прошениях, здесь должно быть подчеркнуто исполнение воли Божией. Мы называем его: «Хлеб наш», не потому что он добыт нами или принадлежит нам по какому-то праву, но потому что Бог милостиво предназначил его для поддержания нашей жизни. Он достался нам как дар Божий. Некоторые получают свои особые дары, поскольку это необходимо для осуществления их призваний. Бог определяет, что и сколь много Он дарует каждому из сокровищницы Своей благой воли.

— Мартин Хемниц. Молитва Господня

ТАИНСТВО СВЯТОГО КРЕЩЕНИЯ
изложенное так просто, как глава семейства должен учить своих домочадцев

Во-первых:

Что такое Крещение?
Крещение – это не просто вода, – но это вода, употребляемая по установлению Божьему и соединенная со Словом Его.

Что это за Слово Божье?
В последней главе Евангелия от Матфея, Христос, Господь наш, говорит: “Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа”.

Во-вторых:

Что дает, или какую пользу приносит Крещение?

В соответствии со словами и обетованиями Божьими, Крещение приносит отпущение грехов, избавление от смерти и от дьявола, а также дарует вечное спасение всем, кто верует.

Что же это за слова и обетования Божьи?

В последней главе Евангелия от Марка, Христос, Господь наш, говорит: “Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать и креститься, осужден будет”.

В-третьих:

Как вода может творить столь великие дела?

Конечно, не вода творит их, но Слово Божье, которое с водой и в воде пребывает, а также вера, уповающая на Слово Божье, которое в этой воде. Ибо вода без Слова Божьего – это обычная вода, а никакое не Крещение. Но соединенная со Словом Божьим, она становится Крещением, благодатной живой водой и возрождающим омовением в Святом Духе, как говорит Апостол Павел в третьей главе Послания к Титу: “Он спас нас... по Своей милости, банею возрождения и обновления Святым Духом, Которого излил на нас обильно чрез Иисуса Христа, Спасителя нашего, чтобы, оправдавшись Его благодатию, мы по упованию соделались наследниками вечной жизни”. Слово это верно.

В-четвертых:

Что означает такое Крещение водой?

Оно означает, что живущий в нас ветхий человек (ветхий Адам), со всеми своими грехами и злыми вожделениями, путем ежедневного сокрушения и покаяния, должен быть погружен под воду и умерщвлен и что вместо него должен ежедневно возрастать новый человек, который будет жить вечно в праведности и чистоте пред Богом.

Где об этом написано?

В шестой главе Послания к Римлянам Апостол Павел говорит: “Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни”.

— Краткий катехизис IV

Подобно тому, как мы осуждаем ряд других заблуждений анабаптистов, осуждаем мы и их возражения против того, что Крещение младенцев приносит пользу. Ибо совершенно определенно, что обетование о спасении применимо также и к малым детям [что божественные обетования благодати и Святого Духа принадлежат не только взрослым, но и детям]. Однако оно неприменимо к тем, кто находится вне Церкви Христовой, где нет ни Слова, ни Таинств, потому что Царство Христово существует лишь вместе со Словом и Таинствами. Поэтому необходимо крестить малых детей, чтобы обетование о спасении приложилось и к ним, по заповеди Христа: "Крестите все народы" (Мф.28:19). Как спасение предлагается всем, так и Крещение предлагается всем — мужчинам, женщинам, детям, младенцам. Отсюда явствует, что младенцев следует крестить, потому что в Крещении предлагается спасение [всеобщая благодать и сокровище евангелия].

— Apologia Confessionis IX

То, что когда-то было признано фундаментальной ортодоксией, стало в различных аспектах странным образом расшатываться. Прежний образ мышления уже не устраивает, не удовлетворяет, не вызывает столь сурового и беспрекословного согласия, как было раньше... Обратите внимание на противоречия, непоследовательность, колебания теологических мнений во всех богословских заявлениях, да и во всех заявлениях нашего времени, — как расплывчаты выбранные формулировки, как неопределенны взятые ноты, как много остается лазеек для уклонения..! Попробуйте, если сможете, добиться определенного заявления о богословских убеждениях от ваших здравомыслящих друзей из любой конфессии. Опросите исповедующих любую религию учителей и обратите внимание, как медленно, как осторожно, как туманно они отвечают на прямые вопросы... Почти повсеместно ослабевают старые швартовы, корабли отрываются от надежных причалов прежних дней, и пускаются в дрейф, о котором никто не может сказать, где он закончится.

— Маттиас Лой (1866)