Если благодать или веру не проповедовать, никто не спасется, ибо только вера оправдывает и спасает. С другой стороны, если вера проповедуется так, как ее следует проповедовать, большинство людей понимает это учение о вере мирским образом. Они превращают свободу Духа в свободу греховной природы. Сегодня это можно увидеть во всех классах общества, высших и низших. Все хвалятся, называя себя евангельскими верующими, и превознося христианскую свободу. При этом они водятся собственными желаниями, потакают жадности, похоти, гордости, зависти и т. п. Никто не исполняет свои обязанности верно. Никто не служит ближним любовью. Столь постыдное поведение настолько выводит меня из терпения, что мне часто хочется, чтобы подобные свиньи, попирающие жемчужины ногами своими, по-прежнему оставались под деспотией Рима. Эти жители Гоморры практически не способны руководствоваться евангелием мира.

Мы знаем, что сатана охотится за теми из нас, у кого есть Божье Слово. Ибо всех остальных он держит в рабстве и желает лишить нас этой свободы Духа или, по крайней мере, превратить ее в разнузданность и бесчинство. Христос приобрел для нас эту Свободу Духа Своей смертью. Поэтому мы следуем примеру Павла и учим и увещеваем людей, дабы эта свобода Духа была для них возможностью послужить ближнему, а не поводом следовать своим порочным желаниям. Как говорит Петр, "[живите] как свободные, не как употребляющие свободу для прикрытия зла, но как рабы Божии" (1 Пет. 2:16).

— Мартин Лютер

Хорошо позволить, чтобы молитва была первым, что мы делаем утром, и последним, что мы делаем вечером. Тщательно остерегайтесь ложных, обманчивых идей, которые говорят вам: "Погоди немного. Помолюсь через час. Сначала нужно сделать то или это". Подобные мысли отвлекают вас от молитвы к другим делам, которые настолько завладевают вашим вниманием и настолько вас увлекают, что в этот день помолиться так и не получается. Это особенно верно в те особые моменты, когда у вас есть обязанности, которые кажутся более важными или насущными, нежели молитва. Есть одно высказывание, которое приписывают блаж. Иерониму Стридонскому: "Тот, кто трудится с верой, молится дважды". Так можно сказать, поскольку верующий боится и чтит Бога своим трудом и помнит заповедь не причинять никому вреда, не воровать, не требовать лишней платы, не пускать пыль в глаза. Подобные мысли и подобная вера, без сомнения, превращают его труд в молитву и жертву хвалы.

Однако верно и обратное: труд неверующего - чистое проклятие, а потому тот, кто трудится без веры, дважды проклинает. Помышлениями сердца и своими делами он смеется над Богом. Он думает о том, как бы нарушить заповедь, как бы обхитрить ближнего, как бы украсть или смошенничать. Чем еще могут быть подобные мысли, как ни пустыми проклятиями в адрес Бога и человека, что делает труды и старания такого человека двойным проклятием, которым он проклинает заодно и самого себя. Такие люди - попрошайки и неумехи.

Христос прямо говорит о постоянной молитве в Луки 11: "Непрестанно молитесь". Необходимо непрестанно остерегаться грехов и проступков, но это невозможно сделать, если ты не боишься Бога и не держишь в памяти Его заповедь, как сказано в Псалме 1: "Блажен муж, который... о законе Его размышляет день и ночь".

И все-таки нам должно быть осторожными, чтобы не утратить привычку к настоящей молитве и не начать считать необходимыми другие дела, которые, в конечном счете, вовсе не необходимы. Иначе в конце концов мы станем ленивы и нерадивы, охладеем и утратим интерес к молитве. Сатана, запинающий нас, не страдает ленью и нерадивостью, а наша плоть слишком готова или склонна к греху и противна духу молитвы.

— Мартин Лютер. Простой способ молиться

Должно проповедовать не только одно, но два Слова Божьих. Закон следует проповедовать, чтобы пугать им грешников и, выявляя грехи их, вызывать у них раскаяние и обращать их. Но не следует на нём останавливаться, ибо должно проповедовать и другое Слово, Обетование Милости; нужно также учить вере, без которой будут напрасны закон, раскаяние и всё остальное. Бывают и такие проповедники, которые проповедуют раскаяние в грехе и милость, но не различают Закон и Обетования Божиих, чтобы научить, откуда и как приходят раскаяние и милость. Ведь раскаяние проистекает из Закона, а вера из Обетования Божия, и, таким образом, тот человек оправдывается и возвышается верою в Божественное Слово, который смиряется страхом Божиим, и приходит к познанию самого себя.

- Мартин Лютер, "О свободе христианина"

Духовные фанатики говорят сегодня о вере во Христа, подобно софистам. Они полагают, будто вера — качество, присущее [человеческому] сердцу помимо Христа. Это опасное заблуждение. Христа следует показывать так, чтобы кроме Него вы вообще ничего не видели, и чтобы веровали, что нет ничего более близкого к вам, чем Он. Ибо Он не сидит праздно на небе, но весь целиком присутствует среди нас, действует и живет в нас, как сказано во второй главе (2:20): “И уже не я живу, но живет во мне Христос”, а также здесь: “Вы... во Христа облеклись”. Таким образом, вера — это непрестанное взирание исключительно на Христа — Победителя греха и смерти, Подателя праведности, спасения и вечной жизни. Поэтому почти в каждом стихе своих Посланий Павел показывает Христа и обращает на Него самое пристальное внимание. Он показывает Его через Слово, так как Христа можно показать только в Слове и никак иначе, а постичь можно только верою.

— Мартин Лютер. Лекции на Послание к галатам

«Христианин не должен злоупотреблять тем, что освящение в сей жизни является постепенным и неполным (renovatio inchoata, imperfecta), делая из этого вывод, будто ему не следует и стремиться ни к какому освящению. Напротив, этот факт должен постоянно побуждать верующего в страхе Божием стремиться к святости.

Хотя полное освящение в этой жизни невозможно, оно все же должно быть высшею целью христианина. Такова воля Божия (1 Кор. 1:30; 2 Фес. 2:13; Евр. 12:14; 1 Фес. 4:3-7 и т.д.). Он требует от верующих: «Очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святыню в страхе Божием» (2 Кор. 7:1), а также: «Будьте святы во всех поступках» (1 Пет. 1:15).

В отрицательном аспекте верующий должен отказаться от всякого греха. В положительном аспекте он должен производить все добродетели, ибо только совершенно святая жизнь делает его святым Божиим во Христе Иисусе (Кол. 1:10; Филип. 4:8; см. также: Кол. 3; Ефес. 5 и 6; Рим. 12-15 и т.д.).

Таким образом, Святое Писание не только многократно повторяет свои увещевания и призывы к святости, но также ставит перед верующим высокий стандарт [пример] совершенства (Мф. 6:24, Лк. 14:25-35; Мф. 7:13-14; 18:8-9 и т.д.). Жизнь веры означает жизнь полного самоотвержения и самоумерщвления (1 Кор. 9:25-27).

Фактически в Своем святом Слове Бог требует от верующего столь совершенной формы освящения, что в трепещущем раскаявшемся сердце сам собою возникает вопрос: «Так кто же может спастись?» (Мф. 19:25). Ответ Христа на этот вопрос: «Человекам это невозможно, Богу же все возможно» (Мф. 19:26) подтверждает истину, которой Писание учит во многих своих фрагментах, – установленный Богом стандарт человеческого совершенства столь высок, что только Его благодать может спасти нас (Ефес. 2:8-9)».

– Джон Теодор Мюллер. «Христианская догматика».

И этот призыв Божий, которое осуществляется через проповедь Слова, мы должны не расценивать как лукавство, но знать, что таким образом Бог открывает Свою волю, что в тех, кого Он таким образом призывает, Он будет действовать через Слово, дабы они были просвещены, обращены и спасены. Ибо Слово, посредством которого мы призваны, — это служение Духа, которое дает Дух, или которым Дух дается (2 Кор. 3:8), и сила Божья ко спасению (Рим.1:16). И поскольку Святой Дух желает действовать через Слово, укреплять нас и давать нам силу и способность, воля Божья заключается в том, чтобы мы приняли Слово, уверовали в него и повиновались ему. По этой причине Писание описывает избранных так: «Овцы Мои слушаются голоса Моего, и Я знаю их, и они идут за Мною. И Я даю им жизнь вечную» (Ин.10:27). Также и в Послании к ефесянам (1:11, 13) сказано, что те, кто по определению Бога был предназначен к получению наследия, слышат Евангелие, веруют во Христа, молятся и благодарят, освящаются в любви, находят надежду, терпение и утешение у креста (Рим. 8:25); и хотя все это очень слабо в них, они все-таки алчут и жаждут праведности (Мф. 5:6). Таким образом, Дух Божий свидетельствует избранным, что Они являются детьми Божьими, и когда они не знают, о чем молиться как должно, Он Сам ходатайствует за них воздыханиями неизреченными (Рим. 8:16, 26).

— Формула Согласия — Детальное изложение. Артикул XI: О вечном Божьем предведении и избрании, §§ 29-31

Отсюда очевидно, что Святое Писание не отвечает на вопрос "Cur alii, alii non?" Однако это не означает, что Святое Писание ничего не говорит о спасении и осуждении. Оно ясно говорит нам, что, спасенные грешники получили спасение только по благодати, а погибающие грешники погибают исключительно по собственной вине. Но когда мы сравниваем двух конкретных грешников — например, Давида и Саула или Петра и Иуду — и спрашиваем, почему один из них получил спасение, а другой нет (cur alii prae aliis), вопрос остается без ответа. И христианскому богослову не следует пытаться получить ответ на этот вопрос. Ибо иначе мы вынуждены будем использовать человеческий разум для понимания того, что по существу является уделом божественного откровения. Попытки найти ответ на данный вопрос ведут либо к кальвинизму (отрицанию Gratia Universalis), либо к синергизму (отрицанию Sola Gratia). Но христианский богослов должен проповедовать как universalis gratia, так и sola gratia. Итак, нам следует признать наличие lacunae, или "пробелов в учении", о которых пишет сам св.Павел: "Ибо мы отчасти знаем, и отчасти пророчествуем" (1Кор.13:9). Христианский богослов должен знать и учить лишь отчасти, то есть прививать людям лишь те божественные истины, которые ясно и однозначно выражены в Святом Писании.

— Джон Теодор Мюллер. Христианская догматика

Посему, мы должны твердо придерживаться определенной и истинной формы [изречения], само повторение которой наставляет нас в истинном учении: О всемогущий, вечный и живой Бог, вечный Отец нашего Господа Иисуса Христа, явивший Себя в Своей безмерной благости и возвестивший с небес о Своем Сыне, Господе нашем, Иисусе Христе: "Его слушайте" (Мат.17:5). О Творец всего, наш Вседержитель и Наставник, единый со Своим вечным Сыном, нашим Господом Иисусом Христом, царствующим с Тобою и явившимся в Иерусалиме, и со Своим Святым Духом, излитым на Апостолов. О мудрый, благой и милосердный Судья, изрекший: "Разве Я хочу смерти беззаконника… Не того ли, чтобы он обратился от путей своих и был жив?" (Иезек.18:21) , о Крепость наша и Господь, сказавший: "Призови Меня в день скорби; Я избавлю тебя" (Пс.49:15), смилуйся надо мною и ради Сына Твоего Иисуса Христа, Господа нашего, Которого Ты пожелал соделать жертвою за нас, а также нашим Посредником и Защитником, освяти, направь, подкрепи и воспламени мое сердце и душу Своим Духом Святым, чтобы я мог воистину исповедовать Тебя, взывать к Тебе, воистину веровать в Тебя, благодарить Тебя и повиноваться Тебе. Направляй и храни Свою Церковь, как Ты обещал: "И вот завет Мой с ними, говорит Господь: Дух Мой, Который на тебе, и слова Мои, которые вложил Я в уста твои, не отступят от уст твоих и от уст потомства твоего, и от уст потомков потомства твоего… отныне и до века" (Ис.59:21). Позволь свету Твоего Евангелия всегда сиять над нами, направляй и укрепляй наши сердца Твоим Святым Духом, дабы нам не впасть в бредни эпикурейцев и фанатиков. Руководи устремлениями Твоей Церкви и защищай правителей, являющих милость к Твоим общинам.

Ежедневно молясь подобным образом, мы размышляем о сущности Божией, о Его откровении, благословениях и обетованиях. И вознося такие молитвы, мы также получаем наставление об Ипостасях, наша вера воспламеняется, а наши молитвы неизбежно утрачивают сходство с молитвами язычников, иудеев и мусульман. Ибо, никакая молитва не угодна Богу, если она не содержит познания и веры во Христа Посредника, как написано: "О чем ни попросите Отца во имя Мое (то есть называя имя Мое, вы показываете, что Я - Посредник), даст вам" (Иоан.16:23). А также: "Никто не приходит к Отцу, как только через Меня". Более того, мы увидим, что это дарованное нам в Евангелии истинное молитвенное взывание отнюдь не безрезультатно.

— Мартин Хемниц. Ключевые вопросы богословия

«Хвалю Тебя, Господи Боже мой, за неизмеримую благость, которую Ты в сию прекрасную летнюю пору оказываешь убогому человечеству, что столь щедро и обильно Ты наполняешь землю полезными плодами, которые приготовила Твоя рука.

Сердечно молю Тебя, удостой провести это прелестное время в добром здравии, с миром и доброю совестью во славу Твою и на благо народа Твоего. Наполни нашу землю по отечески Твоею щедрою благодатью и защити нас от опасной непогоды, грома, молнии, града и бури.

Более же всего сими временными дарами ободри сердце мое к познанию всепроникающаго грома Твоего закона и благодатнаго дождя Твоего святаго Евангелия, утоли и освежи мое сердце Твоим утешением в тягости и зное креста моего.

Назидательным созерцанием преходящей красоты сей земли и тленнаго изобилия ея плодов направь меня к познанию Твоей вечной славы и блаженной радости, которой не видел глаз, не слышало ухо и которая не приходила на сердце человеку, которую Ты приготовил любящим Тебя.

Наконец преобрази и меня самого в совершенство, чтобы я в небесной жатве хвалил и славил Тебя, небеснаго Отца с Твоим прелюбимым Сыном и целительным утешителем Святым Духом во веки веков.

Аминь».

– Краткий молитвослов Евангелическо-лютеранской Церкви (1906 г.). Молитва на лето

Но если небеса, на которых обитает Бог, — это Его величие, то как быть с небесами, на которые Христос вознесся со Своей человеческой природой, и где Он восседает как наш Ходатай? Разве это не тварное место? Нет, эти небеса, на которые вознесся Христос, — тоже величие Божье, Его прямое и непосредственное присутствие (τὸ πρόσωπον τοῦ θεοῦ). Это не нечто сотворенное или временное, то есть ограниченное временем и пространством. В своих комментариях на Евр. 8:1 Себастиан Шмидт пишет: «Οι ουρανοί, небеса, на которых Христос восседает как наш первосвященник, — не тварные небеса или тварное место на тварных небесах, но представляют собой превознесенное величие Самого Бога, которое иногда в Писании именуется небесами». Но эти небеса, на которые вознесся Христос — не просто непосредственное и славное присутствие Бога; это также деятельность. Он вошел в присутствие Божье для нас. Христос предстал пред Богом не просто для того, чтобы там находиться, но чтобы ходатайствовать. И Он ходатайствует перед Богом не как пребывающий в уничижении, но как прославленный Победитель. Положение Христа одесную Бога на небесах воспринималось не как пассивное состояние, но как славное правление. Снова и снова в Писании выражение οι ουρανοί, когда речь идет не о тварной вcеленной, понимается как взаимоотношения с Богом (Евр. 4:14). Комментируя текст Евр. 7:26, Шмидт пишет: «Нет ничего „выше небес‘, за исключением высочайшего величия Божьего. Туда и должен был взойти наш Первосвященник». Когда Христос превознесся выше небес, Он в Своей человеческой природе вошел в измерение бытия, не ограниченное ни пространством, ни временем, ни каким-либо иным знакомым нам по земной жизни фактором.

— Robert D. Preus. The Theology of Post-Reformation Lutheranism, Vol. 2

Деревянная лютеранская церковь Святой Марии возле Сытного рынка в Петербурге. Построена в 1874 году, проект  безвозмездно выполнен В.А. Шретером совместно с И.С. Китнером. Во время блокады разобрана на дрова.

Глагол в несовершенной форме ἔλεγον описывает, как эти верующие неоднократно повторяли женщине, что теперь они уверовали на основании того, что сами слышали. Услышанное ими, конечно же, только подтверждало и подкрепляло слова женщины. Здесь проводится различие между двумя видами веры: один основан на истинном свидетельстве других людей; другой основан на личном опыте человека и его непосредственном знакомстве со Словом. Первый вид веры присущ многим новоначальным, в особенности детям, которых учат родители и другие люди. Это истинная вера, она спасительна, однако уступает второму виду и ее легче разрушить. Первый вид веры должен перерасти во второй, когда вера не нуждается в человеческих посредниках, но основана на непосредственном соприкосновении с Христом и Его Словом, а потому второй вид намного крепче первого. Иоанн в ст. 39 называет свидетельство женщины словом λόγος, поскольку имеет в виду содержание сказанного ею; также в ст. 41 мы читаем о λόγος Иисуса. Самаритяне же говорят о λαλιά женщины, то есть о факте, что она что она говорила и не молчала, т. е. рассказала и не скрыла. И они говорят: «Мы веруем», — используя настоящее время глагола, чтобы подчеркнуть неизменный характер своей веры.

Эту веру они с радостью исповедуют, πιστεύομεν («мы веруем»); и это с их стороны не пустое легковерие, у них есть весомые причины для веры: «ибо сами слышали и знаем». Их исповедание искренно, исходит из сердца, ex animo, оно не формально, не из одних только уст. Оно проистекает из веры. Фраза «сами слышали» означает: мы, как и эта женщина, слышали лично от Самого Иисуса. Сегодня Иисус лично явлен нам в Слове, и в этом Слове мы можем слышать его так же непосредственно и лично, как если бы мы сидели среди тех слушателей в Сихаре. Мы можем делать это каждый день — у них Он провел всего два дня. Они должны были запомнить услышанное; мы можем исследовать раз и навсегда записанное богодухновенное Слово. Поэтому верующие говорят: «Мы знаем». Их вера очевидна. Это не невежество, явный признак неверия, но здравое, подлинное знание, которое человек приобретает, когда пьет живую воду, вкушает хлеб жизни и возрождается от Духа. Логические аргументы, наука, философские рассуждения не могут произвести такую веру; истинно верующий просто улыбается и говорит: «Я знаю». Лишь соприкосновение с Иисусом может дать такое знание веры (Деян. 4:13-14). Всякая ложная вера лишь подражает этому знанию истинной веры; она думает, будто знает, но на самом деле это не так (Ин. 9:24, ср. 9:31-33).

Некоторые полагают, что евангелист вкладывает собственные слова в уста самарян, когда пишет, что они называют Иисуса «Спасителем мира». Такое предположение ставит под сомнение правдивость Иоанна и истинность всего написанного им. На протяжении всего повествования мы видим людей, которые не проявляют ни фанатизма, ли лицемерия, ни гордости. Вера нашла открытый вход в их сердца. Они были самарянами, а не иудеями, Иисус поселился у них и учил их, а не привязывал их к Иерусалиму и Храму, — все это позволяет думать, что Он рассказывал им о всеобщности Божьей благодати и спасения. Иначе говоря, приняв Иисуса как Мессию, самаряне должны были принять Его и как «во истину Спасителя мира». Если Иисус принял самарян, которых иудеи причисляли к язычникам, кого вообще Он мог отвергнуть? Иоанн рассказывает всю эту историю по одной-единственной причине: Иисус ясно засвидетельствовал о Себе и о Своем служении (ст. 26; 35 и т. д.) и в ответ был принят самарянами (ст. 42).

— Комментарий Ричарда Ленски на Ин. 4:43

Философия учит нас сомневаться в том, что не доступно органам чувств, что не является аксиомой и что невозможно доказать. Таким образом, мы можем поставить под сомнение или воздержаться от суждения о том, является ли вогнутая поверхность облака единственной причиной того, что радуга имеет форму арки. Однако мы знаем, что учение, которое Бог соблаговолил дать церкви, несомненно и непоколебимо, даже если мы не можем его открыть с помощью органов чувств, даже если оно для нас само собой не разумеется, и даже если мы не можем подкрепить его доказательствами. Нет, причина нашей уверенности — Божье откровение, которое попросту истинно.

Посему не позволим этому философскому сомнению, или ἐποχή, прикасаться к учению, которое было даровано нам Богом. Какофония сомнений относительно Бога всегда преследует наш разум, которому в полной мере свойственна развращенность человеческой природы. С этими сомнениями нам должно бороться, нам следует им противостоять с помощью учений, вверенных нам Богом. Памятуя об этом, нам не следует подпитывать свои сомнения или превозносить их — напротив, наша вера должна стать несомненным согласием, убежденностью, уверенностью, с которой наш разум, полагаясь на божественные свидетельства, держится за Божье Слово, когда она говорит о вещах невидимых, как сказано в Послании к евреям.

— Robert D. Preus. The theology of post-Reformation Lutheranism, vol. 1