«Вчера Христос нас ради был спеленат; сегодня Он облек Стефана в ризы бессмертия. Вчера тесные ясли приняли Христа-Младенца; сегодня бесконечные небеса приняли торжествующего Стефана» (Фульгенций Руспийский).

26 декабря Церковь отмечает День диакона и мученика Стефана.

Книга Деяний апостолов 6:8-15, 7:55-60: «А Стефан, исполненный веры и силы, совершал великие чудеса и знамения в народе. Некоторые из так называемой синагоги Либертинцев и Киринейцев и Александрийцев и некоторые из Киликии и Асии вступили в спор со Стефаном; но не могли противостоять мудрости и Духу, Которым он говорил. Тогда научили они некоторых сказать: мы слышали, как он говорил хульные слова на Моисея и на Бога. И возбудили народ и старейшин и книжников и, напав, схватили его и повели в синедрион. И представили ложных свидетелей, которые говорили: этот человек не перестает говорить хульные слова на святое место сие и на закон. Ибо мы слышали, как он говорил, что Иисус Назорей разрушит место сие и переменит обычаи, которые передал нам Моисей. И все, сидящие в синедрионе, смотря на него, видели лице его, как лице Ангела. Стефан же, будучи исполнен Духа Святаго, воззрев на небо, увидел славу Божию и Иисуса, стоящего одесную Бога, и сказал: вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога. Но они, закричав громким голосом, затыкали уши свои, и единодушно устремились на него, и, выведя за город, стали побивать его камнями. Свидетели же положили свои одежды у ног юноши, именем Савла, и побивали камнями Стефана, который молился и говорил: Господи Иисусе! приими дух мой. И, преклонив колени, воскликнул громким голосом: Господи! не вмени им греха сего. И, сказав сие, почил».

Коллекта:
Благослови нас, Боже, чтобы мы могли научиться прощать своих врагов по примеру мученика святого Стефана, который молился за своих преследователей. Молим тебя через Иисуса Христа, возлюбленного Сына Твоего, Господа нашего. Аминь.

Мартин Лютер так писал о последней молитве Стефана: «Кроме того, наше утешение состоит в том, что Бог услышит такую молитву и будет милостив к грешнику. Ибо, если бы сия молитва была против Господа Христа, Стефан не молился бы так. Но, поскольку сейчас он молится за этих великих грешников, которые не хотят видеть или слышать Сына Божия и к тому же преследуют и убивают Его святых, это является доказательством того, что ни одному грешнику не нужно отчаиваться, но через Христа он может надеяться на Божию благодать и прощение своих грехов. Лука особо упоминает о том, что Павел одобрял смерть Стефана и стерёг одежды свидетелей, когда его побивали камнями. Но, несомненно, именно по молитве этого Стефана ему была дарована милость, дабы Христос Иисус явил ему всё Своё долготерпение и позволил ему стать образом первенца из уверовавших в Него и так обретших жизнь вечную».

1. Мы веруем, учим и исповедуем, что, хотя искренне верующие [во Христа] и воистину обратившиеся к Богу люди уже освобождены и избавлены от проклятия и принуждения Закона, они, тем не менее, не остались по этой причине без Закона, но были искуплены Сыном Божьим, чтобы упражняться в Законе день и ночь [чтобы размышлять о Законе Божьем днем и ночью и постоянно упражняться в его соблюдении (Пс. 1:2)], Пс. 118. Ибо даже наши прародители до грехопадения не жили без Закона, но имели Закон Божий, также написанный на их сердцах, потому что они были созданы по образу Божьему (Быт. 1:26; 2:16; 3:3).

2. Мы веруем, учим и исповедуем, что проповедь Закона следует неотступно и усердно обращать не только к неверующим и нераскаявшимся, но и к истинным верующим, воистину обращенным, возрожденным и оправданным верой.

3. Ибо хотя они возрождены и обновились духом ума своего, все же в нынешней жизни это возрождение и обновление не закончено, но только началось, и верующие духом ума своего непрестанно борются с плотью, то есть с развращенной природой и порочными наклонностями, которые не отступают от них до самой смерти. По причине того, что этот ветхий Адама неотъемлемо присутствует в мышлении, воле и всех способностях человека, необходимо, чтобы Закон Господень всегда сиял перед людьми, чтобы они, будучи движимы человеческим религиозным рвением, не учреждали ни на чем не основанные, ими самими изобретенные культы [чтобы они ничего не придумывали в вопросах религии, руководствуясь стремлением к личной набожности, и не отдавали предпочтения божественным служениям, не установленным Словом Божьим]; и, аналогичным образом, чтобы ветхий Адам не действовал по собственной воле, но был подчинен вопреки своей воле не только увещеваниями и угрозами Закона, но также и наказаниями и ударами, чтобы он мог последовать Духу Святому и сделаться Его пленником (1Кор. 9:27; Рим. 6:12; Гал. 6:14; Пс. 118:1; Евр. 13:21 [Евр. 12:1])

— Формула Согласия: детальное изложение VI

...Мы — ничто, даже со всеми своими величайшими дарами, если Бога нет с нами. Когда Он покидает нас и предоставляет самим себе, вся наша мудрость и все наши знания — ничто. Если Он не поддерживает нас постоянно, высочайшая образованность и даже богословие тщетны. Ибо в час искушения может вдруг случиться так, что из-за дьявольской уловки все утешительные тексты исчезнут из виду, и лишь угрожающие будут являться, подавляя нас. Поэтому давайте осознаем: если Бог лишит нас Своей поддержки, мы запросто можем пасть и быть повержены. Поэтому пусть никто не да хвалится и не тщеславится собственной праведностью, мудростью и другими дарами, но да смирится и да молится вместе с апостолами (Лк.17:5): «Умножь в нас веру».

Я уделяю этому столь много внимания, чтобы никто не подумал, будто учение о вере — пустяк. О нем действительно легко говорить, но его трудно понять, и его просто потерять из виду и утратить. Итак, да посвятим себя со всяким прилежанием и смирением изучению Священного Писания и серьезной молитве, дабы не лишиться истины Евангелия.

— Мартин Лютер. Лекции на Послание к галатам

Стало обычаем в этот день с кафедры «раздавать новый год» [обращаться с новогодними пожеланиями к слушателям разных социальных классов], как будто мало других полезных и спасительных тем, о которых можно проповедовать, и приходится вместо Слова Божьего рассказывать такие никчемные басни, превращая столь важное служение в забаву и позорище. Евангелие требует, чтобы мы проповедовали об обрезании и наречении имени Иисуса; так мы и поступим!

— Мартин Лютер. Проповедь на 1 января

Тот, кто молится правильно, никогда не сомневается, что Бог всегда расположен к его молитвам и слышит их, даже если то, о чем он просит, не будет ему дано. Ибо нам следует открывать Богу свои нужды в молитве, но не предписывать Ему размеры, способы, время или место. Если Ему угодно дать нам нечто лучшее или нечто иное, нежели то, о чем мы думаем, нам следует положиться на Него; ибо часто мы не понимаем, о чем молимся, как св. Павел говорит в Римлянам 8:26. «Бог делает и дает несравненно больше всего, о чем мы помышляем», — как он же говорит в Ефесянам 3:20. Итак, не может быть никаких сомнений, что Бог расположен к молитвам и слышит их, однако мы оставляем время и место, размеры и границы на усмотрение Бога: Он обязательно сделает все как надо. «Истинные поклонники — те, кто поклоняется Ему в духе и истине» (Иоанна 4:24). Ибо, с одной стороны, те, кто не верит, что Бог их услышит, грешат против этой Заповеди, и неверие уводит их с правильного пути. Но, с другой стороны, те, кто ставит Богу условия, тоже грешат и слишком приближаются к тому, чтобы искушать Бога. Он запретил нам уклоняться от Его заповеди и направо, и налево, т. е. не впадать в неверие и не искушать Его. Он заповедал нам держаться правильного пути простой верой, веруя в Него, но не ставя Ему никаких условий.

— Мартин Лютер. Трактат о добрых делах

Я часто предупреждал об опасности пренебрежения хронолоrией в священных повествованиях. Мы должны помнить, что патриархи жили одновременно, поскольку таким образом на историю проливается необычайный свет. Итак, Авраам видел всех людей, упомянутых в родословии из rлавы 11. Он был современником Ноя на протяжении 58 лет, а Сим пережил Авраама на 31 rод. Более Toro, Арфаксад являлся современником Авраама на протяжении 84 лет. Сала пережил Авраама на три rода, а Евер — на 64 rода. Фалек был современником Авраама на протяжении 48 лет, Paraв — 78, Серух — 101, Нахор — 49, Фарра — 135. Разве этот век не был наиславнейшим? Тоrда Слово повсеместно распространялось великим множеством учителей, причем некоторые из них, подобно Симу, видели первый мир, то есть отцов, живших до потопа, — например, Мафусала, видевшеrо Адама, первоrо человека. И все же сатана rосподствовал среди детей беззакония. Потому был уничтожен Содом, а царства мира терпели различные невзrоды от войн. И сам Авраам соблазнился эффектной релиrией халдеев, однако был вновь обращен Симом и прочими отцами. Это проклятие принес в мир сын Ноя, Хам. Иафет также развратился, и мессианская линия сохранялась лишь в доме Сима, от Kотoporo обетование перешло к Аврааму. Таким образом, хронолоrия проливает свет на повествование, если принимать во внимание весь характер эпохи.

— Мартин Лютер. Лекции на книгу Бытия, глава 21

Исходя из этого, мы понимаем лютеровское учение о кресте. Если Бог желает открыться, сделаться видимым для человека, Он не может явить Себя таким, какой Он есть. Он не может явить Свою славу неприкрытой. Ибо ни один человек не перенесет вида Deus nudus [Бога в Его неприкрытой славе]. Поэтому Он избирает покров человеческой природы. Следовательно, Воплощение есть одновременно откровение Бога и сокрытие Его славы. Deus absconditus [Бог сокрытый], невидимый вечный Бог, становится для нас Deus Revelatus [Богом явленным] в Иисусе Христе. Однако это откровение, это совлечение покрова (что изначально означало слово revelatio), в то же время представляет собой набрасывание покрова, сокрытие. Это объясняет, почему Лютер использовал выражение Deus absconditus двояко. Лютер мог говорить о сокрытом Боге в том смысле, что Бог как Он есть еще не явил Себя, и о Боге, явившем Себя через сокрытие Себя в человеческой природе Иисуса Христа. Таким образом, Воплощение, — это одновременно явление, откровение Бога и сокрытие Бога под покровом человеческой природы.

— Германн Зассе. Письма лютеранским пасторам

Здесь [Ин. 10:1-11] Христос говорит: тот, кто входит дверью, должен быть готов говорить Слово о Христе, и центром его слова должен быть Христос. Давайте будем называть «прихождением», когда проповедник говорит верно; приблизившись — духовным образом и посредством Слова — к ушам своих слушателей, проповедник входит, наконец, во двор овчий, в сердца слушателей. Христос говорит, что пастырь должен входить дверью, то есть не проповедовать ничего, кроме Христа, поскольку Христос есть дверь овечьего двора.

Разбойники же, которые проделывают собственную дверь, собственную дыру, через которую пролезают вовнутрь, свои собственные добавления, отличные от того, чему учил Христос, есть воры. О таковых Павел говорит римлянам (16:17-18): «Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились, и уклоняйтесь от них; ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных». Павел говорит не о противоборствующих или враждебных учениях, но об учениях, добавленных к истинному учению; это добавления, порождающие разделения. Когда человек ставит свою совесть в зависимость от собственной праведности или собственных дел, Павел называет это иным учением, добавлением, соблазном, поводом к преткновению и неверной дорогой.

Евангелие обладает чуткостью, полнотой и имеет неоспоримое превосходство над всем остальным — оно должно быть нетерпимо к добавлениям и иным учениям. Учение о том, что заслужить право войти в небеса можно постами, молитвами и епитимьями, — это ответвление от основной дороги, которого Евангелие не потерпит. Однако вожди нашей Церкви одобряют такие вещи, поэтому они воры и убийцы; ибо они надругаются над нашей совестью, убивая и уничтожая овец. Как они это делают? Если только меня направить на дорогу, ведущую в сторону от основной или идущую параллельно, моя душа отворачивается от Бога и встает на этот путь, где я обречен на погибель. Таким образом, эта дорога становится для меня причиной смерти. Совесть и сердце человека должны искать опору только лишь в Слове Божьем, иначе их ждет печальная участь. «Всякая плоть — трава, и вся красота ее — как цвет полевой» (Ис. 40:6).

Учения человеческие, какими бы восхитительными они ни были, разрушатся, а вместе с ними и совесть, нашедшая в них свою опору. И ничего нельзя исправить или изменить. Однако Слово Божье не имеет конца и пребывает вечно; никакому дьяволу не победить его. Уже положено основание, на которое совесть человека может опираться вечно. Слова человеческие погибнут, а вместе с ними и все, что держится за них. Входящие инде — те, кто не проповедует истинное и чистое Слово Бога без всяких добавлений, — не закладывают верное основание; они убивают, мучают и избивают овец. Поэтому далее в этом евангельском тексте Христос говорит: «А входящий дверью есть пастырь овцам. Ему придверник отворяет, и овцы слушаются голоса его».

— Мартин Лютер

https://www.youtube.com/watch?v=bd9qkI069mg
[русские субтитры]

И все-таки мы не можем обойтись без этих догматических определений — хотя бы по той причине, что они описывают единственного Спасителя, Который действительно способен спасти нас — единственного Искупителя, Который есть Сам Бог, и Который есть поистине Человек. Да сохранит же Бог Святой Дух, Господь и Податель Жизни, приведший отцов Халкидонского собора к постижению полноты откровенной истины, эту спасительную Веру во всех членах всей Воинствующей Церкви Христовой!

— A. C. Piepkorn. The Sacred Scriptures and the Lutheran Confessions, p. 71.

Только те, в ком есть вера, понимают истинное значение креста. Там, где неверующий не видит ничего, кроме беспомощности и безнадежности всеми оставленного человека, умирающего на кресте, богослов креста (theologus cruces) распознает присутствие и действие «распятого и сокровенного Бога» (Deus crucifixus et absconditus), Который не просто присутствует в человеческих страданиях, но активно действует через них. Именно с таким Богом, и ни с каким иным, должно примириться христианское богословие. Как подчеркивал сам Лютер, вера — единственный ключ, с помощью которого можно открыть сокровенную тайну креста: «Крест — это самое безопасное прибежище. Блажен человек, понимающий это».

— Alister McGrath. Luther’s Theology of the Cross, p. 175

Тому, кто способен правильно различать Закон и Евангелие, есть, за что благодарить Бога. Такой человек — подлинный богослов. Должен признаться, что в годину искушений я не всегда знаю, как это сделать. Различать Закон и Евангелие означает поместить Евангелие на небеса и оставить Закон на земле; назвать праведность от Евангелия небесной, а праведность от Закона — земной; провести как можно большее различие между праведностью от Евангелия и праведностью от Закона — такое же, как между днем и ночью. Если речь идет о вопросе веры или совести, игнорируйте Закон совсем. Если это вопрос дел, тогда высоко поднимите светильник дел и праведности Закона. Если ваша совесть обременена осознанием греховности, обратитесь к ней со словами: «Сейчас ты барахтаешься в грязи. Сейчас ты осел под поклажей. Иди же и неси свой груз. Но почему бы тебе не взойти на небо? Туда Закон за тобой не может последовать». Оставьте осла, нагруженного Законом, позади, в долине. Совесть же ваша путь поднимется на гору вместе с Исааком.

В светской жизни повиновение закону требуется жестко. В светской жизни Евангелие, совесть, благодать, отпущение грехов и Сам Христос ни во что не ставятся, ценится лишь Моисей с книгами закона. Если помнить об этом различии, ни Евангелие, ни Закон не будут мешать друг другу. Как только Закон и грех сунутся в небеса, т. е. в вашу совесть, выкиньте их оттуда пинком. С другой стороны, если благодать забредет на землю, т. е. в тело, скажите ей: «Тебе не место среди отбросов и мусора этой телесной жизни. Твое место на небесах».
...
Очень важно знать о том, как правильно различать Закон и Евангелие. Христианское учение без этого невозможно. Пусть все любящие и боящиеся Бога прилежно усваивают это различие — не только в теории, но и на деле.

Когда совесть ваша огорчается, скажите себе: «Есть время жить и время умирать; время изучать Закон и время забыть о Законе; время слышать Евангелие и время закрывать глаза на Евангелие. Пусть же теперь Закон уйдет, и войдет Евангелие, ибо теперь самое время слушать Евангелие, а не Закон». Когда же муки совести окончатся, и настанет время браться за внешние обязанности, закрой слух для Евангелия и широко открой его для Закона.

— Мартин Лютер. Лекции на Послание к галатам

Это хорошее дело — позволить молитве быть первым деянием с утра и последним в ночное время. Охраняйте себя осторожно от ложных, вводящих в заблуждение идей, которые вам говорят: «Подожди некоторое время. Я помолюсь через час; сначала я должен сделать свои дела в том или ином месте». Такие мысли отдаляют вас от молитвы, обращая к другим вопросам, которые так задержат и привлекут внимание, что ни одной молитвы не будет в этот день.

Вполне возможно, что у вас есть некоторые заботы, которые порой лучше, чем молитва, особенно в чрезвычайных ситуациях. Существует поговорка, приписываемая Св. Иерониму, что всё, что верующий делает — это молитва и существует пословица: «Работающий добросовестно молится дважды». Это можно сказать, потому что верующий боится и почитает Бога своей работой и помнит заповедь — не вредить никому или не пытаться украсть, обмануть, или смошенничать. Такие мысли и такая вера, несомненно, превращают его работу в молитву и жертву хвалы.

С другой стороны, также верно и то, что работа неверующего является прямым проклятием и также, что тот, кто работает без веры проклинает дважды. В то время как он делает свою работу его мысли заняты пренебрежением Бога, нарушением Его закона, а также тем, как воспользоваться своим соседом, о том, как украсть у него и как обмануть его. Какие еще могут быть мысли у человека, который проклинает Бога и человека, у человека, который делает свою работу с двойным проклятием, посредством которого человек проклинает и себя? В конце концов, они нищие и плохие работники. Именно о такой постоянной молитве Христос говорит в Евангелии от Луки 11 «Непрестанно молитесь» (1 Фес 5:17, сравни Лк 11:9-13), поскольку надо неустанно остерегаться греха и зла в процессе работы, то, что нельзя сделать, если нет страха Божия и не помнишь Его заповеди, как и первый Псалом говорит: «Блажен тот, кто размышляет о Его законе день и ночь».

Тем не менее, мы должны быть осторожны, чтобы не нарушить привычку истинной молитвы и вообразить себе прочие труды, которые важнее молитвы, хотя, в конце концов, это совсем не так. Таким образом, в итоге мы стали бы слабыми и ленивыми, безразличными и прохладными к молитве. Дьявол, который окружает нас вовсе не ленив и не беззаботен, и наша плоть всегда готова к греху и стремится к нему, и не расположена к духу молитвы.

— Мартин Лютер. Простой способ молиться

Отсюда вы можете видеть, каким образом, с того момента как появилось схоластическое богословие — обманное богословие (ибо таково значение греческого слова), — богословие креста было отвергнуто, и все оказалось полностью перевернуто с ног на голову. Богослов креста (тот, кто говорит о распятом и сокровенном Боге) говорит, что наказания, кресты и смерть — это самая драгоценная сокровищница, что это самые святые реликвии, которые Сам Господь богословия креста освятил и благословил не только прикосновением своей святейшей плоти, но и изъявлением своей наисвятейшей божественной воли, и что Он оставил здесь эти реликвии, чтобы их лобызали, искали и принимали. Поистине счастлив и блажен тот, кого Бог сочтет настолько достойным, чтобы даровать ему эти сокровища Христа; точнее, тот, кто понимает, что они ему даруются. Ибо кому они не были предложены? « С великою радостью принимайте, братия мои, когда впадаете в различные искушения» [Иак. 1:2].

Ибо не всем дается благодать и слава обретения этих сокровищ, но только самым избранным из детей Божьих.

Богослов славы не признает, в отличие от апостола, одного лишь распятого и сокровенного Бога [1 Кор. 2:2]. Он видит Божье славное явление среди язычников и говорит о том, как эту невидимую сущность можно познать из того, что видимо [см. Рим. 1:20], и о том, как Бог присутствует и действует повсюду и во всем. Однако этот богослов славы усваивает из учения Аристотеля, что объектом воли является добро, и что добро достойно любви, тогда как зло, напротив, достойно ненависти. Он уясняет, что Бог есть высшее добро, и Его можно любить превыше всего. Не соглашаясь с богословом креста, он определяет сокровищницу Христа как упразднение и устранение наказаний, того, что представляется ему наибольшим злом, достойным ненависти. Напротив, богослов креста определяет сокровищницу Христа как неизбежность и необходимость наказаний, считая их наивысшим добром, достойным любви. Однако при этом богослов славы продолжает брать деньги, чтобы положить в свою сокровищницу, а богослов креста, напротив, предлагает заслуги Христа безвозмездно. И все же люди не считают богослова креста достойным внимания, а в конечном итоге даже гонят его.

— Martin Luther. Explanation of the Disputation Concerning the Value of Indulgences (1518)