кажется, я бы хотел жить жизнью человека, который всходит на самолёт налегке, не имея при себе ни рюкзака, ни сумки

одно время собирал коллекцию словосочетаний, которыми мог бы называться мой воображаемый музыкальный коллектив. ни петь, ни играть на чем бы то ни было я не умею

с чего бы начать? думаю, с какого-нибудь обрывка мысли какого-нибудь архитектора душ человеческих, сообщенного несильно нам и важному его/ее другу/приятелю/родственнику эпистолярно, содержанием непременно представляющего из себя емкий срез того времени той эпохи, непременно же удивительным образом резонирующего с эпохой и временем нашими, сегодняшними. так и поступим, тем более, что сейчас этот прием в моде, а кто мы такие, чтобы не делать так, как диктует нам мода?

конвенциональные религии в массовом сознании вытесняются мифологизированными обиходными сторонами жизни и быта как предметами веры — обращение к опыту

мое любимое создание

у акутагавы в жизни идиота хорошо сказано про внезапное осознание понимания языка, на котором с тобой говорит и все это время говорило искусство, — мне кажется, это имманентно человеку, нужно лишь отбросить мыслительные и сенсорные привычки и дать этому пройти через тебя. но, что и любопытно, и приятно, даже чаще это происходит само собой, без кивка

…также известный, как некит романюк. его волосы обычно уложены неведомой субстанцией, а на левой руке у него сам господь бог

подумалось, что когда не знаешь, за что держаться, держаться нужно за намеки и подмигивания жизни, куда бы они тебя ни привели. ведь мало какие из наших осознанных решений мы мыслим вплоть до конечной точки. часто ли вообще она заведомо представляется в голове? не хочется ударяться в фатализм, это ведь глупо. глупее, пожалуй, лишь считать, что хоть что-то находится у тебя в руках

узнал тут, что косцы бунина — выдающийся модерновый текст, уже не сказать, что рифмующийся с, но горько-иронично звучащий в наших сегодняшних квазиэмигрантских реалиях, — входят в школьную программу за пятый класс, и задумался: это мне в свое время не хватило чуткости и/или впечатлительности, или же наоборот, подспудная воспаленность замутненного дикостью эпохи разума не показалась мне тогда достаточно искренней? сейчас, спустя десять с лишним лет, я не знаю, как подойти к этому вопросу

освежите в памяти, там немного, ощущения странно-любопытные
https://ilibrary.ru/text/1174/p.1/index.html

мы так неустанно ищем аллюзии, реминисценции, отсылки, оммажи, мы даже не перестаем давать этому явлению все новые названия, мы все больше погрязаем в этом пространстве, похожем на желудок, соединенный с кишечником, соединенный с желудком, соединенный с кишечником, соединенный с желудком… хочется блевать, но ты не знаешь, что можно блевать, ведь, раз горла в этой желудочно-кишечной системе координат нет, то и возможности этой ты лишен, есть лишь фантомная тошнота

я часто думаю о том, какую бы одну-единственную песню я оставил за собой возможность слушать всю оставшуюся жизнь, если бы передо мной были поставлены такие условия

на белой копоти высоких потолков
оставлен отпечаток черных рук
среди развалин и вонючих гнойных слов
читает бабушкины письма грязный внук
здесь он поджег свою печальную гитару
разбавил спиртом стопроцентную тоску
послал записку другу санитару
растер скупые слезы по виску

полупетроградская акустика

я не слышал ничего большего

расизм или репрезентация?

я представляю себе процесс создания произведения любого медиума искусства, но я не представляю себе работу композитора

мне нравится ездить в транспорте. там я понимаю, чем сейчас занят

основной смысл чипсов читос в том, чтобы после того, как все съел, облизать пальцы

как так получилось, что все решения, принимавшиеся тобой и вокруг тебя, привели тебя к тому месту, где ты сейчас?