Вот так выглядит мой Петербург:

Улица-сестрица дышит со мной в тени покосившихся домов. Здесь коты греют бока на жести, сытые и довольные своим углом. Карповка смеется, раскачивая пирс и отражая мачту в чистом, звонком воздухе. Из пекарен тянется шлейф ржаного тепла, воскрешая мелькнувшие лица незнакомцев. Эта сторона с краном-журавлём у неба ведёт меня за руку сквозь колодцы дворов, хранящих не страх, а уют.

Но ночью её лик меняется: проспект сужается до тропинки между островками фонарей. Воздух обжигает лёгкие, а из темноты подворотен может выплыть силуэт. Бежишь, сжимая ключи, и молишься на светофорах, как на тихих божествах перекрёстков. Утро приносит утешение в скверике, где тополь качает ветвистой гривой. Она — вся эта сторона, щербатая и печальная — стала и крестной дорогой, и единственной крышей. Моей Петроградке, которой отдано всё без раздела.

Если не понимаете, что за внезапный вкид, то это моя домашка)

А, ну и конечно распаковка динозавриков из вкусно и точка) Теперь у меня 2 синих вместо одного рыжего