Вторую неделю в столице солнце. Пахнет весной. Происходят короткие вылазки в обед, когда светит и греет сильнее всего. Неожиданно теплый март напоминает иллюзию, за которой скрыта неопределенность. Когда ясно, но нет ясности. Когда жизнь идет, но кто-то стирает ее следы.

Я часто думаю о том, как продолжать коммуникацию. Пока достаточно сил, чтобы сказать — уходить не планирую. Все также буду выкладывать посты. Все также буду искать точки соприкосновения. Холить и лелеять созданное за четыре года ведения канала. Внутри пока ошибка 404, нужно переписывать код, менять траекторию жизни и при этом сохранять ментальное и физическое здоровье, потому что нет ничего важнее нас самих и того, что можно делать прямо сейчас.

P.S. Под постом можно поныть, поплакать и поорать, если чувствуете, что надо.

Шок! Пройти питчинг просто, нужно всего лишь…

Что ж, питчинг прошел, а вопросы у моих друзей и коллег остались. Я сравниваю это событие с защитой диплома: сначала плачешь, потом дрожишь и потеешь, а после выступаешь со своей задумкой перед серьезными людьми. Долго смотришь в окно, куришь…

Гугл описывает питчинг как короткую и убедительную презентацию своей идеи с целью заинтересовать слушателя. Я же опишу питчинг как процесс, в котором тебе нужно передать страсть к своему проекту другим людям. Вспоминая выступление, чувствую себя живой и заряженной на работу. За четыре месяца удалось перейти от сомнений к истории до желания быстрее дописать роман. Лучшего результата я не могла представить.

Чем закончился питчинг?
Здесь должна быть барабанная дробь, но больше подойдет закадровый смех из ситкома нулевых — я получила 0 предложений и специфичные комментарии от редакторов (мои дорогие сокурсники знают, какие цитаты я поставила в рамку). Я могла бы разочароваться в себе, закинуть файлы с учебы в корзину и сказать, что я больше никогда не буду писать. Она бездарность и графоманка.

Ага, щас.

Это был полезный опыт. Это был момент полного одухотворения, когда пять минут рассказываешь, какая классная история получается. И вот герои, как живые, смотрят на тебя со слайда. И сеттинг с понятной атмосферой. Забирайте, дорогие издатели.

Жизнь подкидывает нам неожиданные сюрпризы, о которых мы даже не догадываемся. После ожиданий и поддержки дорогого человека мою рукопись ждет издательство, в которое я мечтала попасть. Книги этого издательства занимают большую часть моей скромной библиотеки, а его авторы влюбили меня в современную прозу. До сих пор не верю в это и стараюсь тихо радоваться (получается плохо).

Скромность украшает писательницу в момент, когда ей предстоит большая работа над текстом. Чтобы дописать роман, нужно всего лишь…[читать продолжение в источнике]

#ВЗД

Чем же все это кончится? Будет апрель.

Думаю, что я совершенно разучилась писать про книги. Хватает книжного клуба и личных разговоров, чтобы обсудить прочитанное. Однако с новым романом Оли Птицевой произошел особый случай. И еще я не могу не показать вам обложку с картиной художницы Кати Щегловой.

«Радиус хрупкости» — роман, похожий на многогранник. Если разобрать этот многогранник на элементы, можно разглядеть грани, ребра (общие стороны граней) и вершины, в которых сходятся эти самые ребра. Геометрическое, ограниченное тело, в котором есть место и стойкости, и стыду, и боли.

— Тут все завод. И завод — завод, и лес — завод, и мы с тобой тоже завод.

Сюжет строится вокруг градообразующего предприятия — Завода. Пишется и говорится он с большой буквы «З». В моногородок Трудовой с семьей переезжает Сеня (Есения) Казанцева, чей отец волен управлять судьбами заводчан. Сеня становится новенькой в классе бэшников. Будущее каждого бэшника давно определено Заводом. Вторая линия в романе посвящена Фросту — изгою среди крутых бэшников. Прозвище у него геймерское. И только играя, он чувствует себя нужным.

В небольшом классе учатся архетипичные герои с нетипичными для подростков проблемами. При прочтении чувствуется узнавание школьной системы — бюрократия, выбор любимчиков среди учеников, вседозволенность взрослых и избегание насилия. Весь роман — это множество систем, каждая из которых имеет свои бреши. Можно отчетливо проследить, как взрослые постепенно рушат хрупкий подростковый мир. И как сами подростки неосознанно ломают друг друга.

«Радиус» постепенно расширяется и становится нечто большим, чем история про подростков в нулевых. Да, в романе множество ностальгических артефактов — песни Сплина и Animal Джаz, отделение почты с его порядками, никнеймы из аськи (с 4 вместо ч) и мечты о столице. Однако историю Сени и Фроста можно было поместить в любое другое время, и нулевые здесь являются крючком, по которому узнают своих.

Особый акцент в романе сделан на чувствовании, которое я в процессе чтения назвала «тихим». Мои эмоции были герметичными, и поначалу я удивлялась, что мне с романом так спокойно. Оказалось, что мне с ним пусто. И пустота эта разрасталась от неизбежности поменять пространство, в которое тебя поместили. «Радиус» — не интерактивное кино, в котором ты можешь повлиять на решение героев, а самая настоящая жизнь, которую иногда очень трудно проживать. Здесь ошибки взрослых, отражающихся на детях, и действия, последствия которых дети не осознают.

Чтобы заметить все переплетения и «ружья», достаточно вспомнить, какими мы были в юности. И в этой общности есть главная сила «Радиуса хрупкости».

#буккросс

Хочется плакать от радости, когда видишь окончание миссии Артемида-2. Люди снова в космосе. Люди называют кратеры в честь близких и говорят о любви (i love you from the moon). Люди облетают Луну и входят в историю. Особый трепет чувствую к Кристине Кох, первой женщине, которая была так далеко от планеты. Герои нашего времени. Счастье и свет.