диковинки зоологического, 2026
в пыльном безмолвии витрин замерло великое воинство — бескровные субстанции иного порядка, запечатанные в стекло и время. на исходе дня залы полнятся не светом, но мертвенным золотом; оно обволакивает поверхности так нехотя, словно боится потревожить этот хрупкий паноптикум, замерший в ожидании конца времен.
я шла по следу оцепенения, фиксируя лики тех, кто навсегда остался в прозрачном плену, но продолжает немигающе взирать на живых. свет здесь едва касается чешуи и меха, лишь оттеняя истлевшее дыхание — цвет древней извести, что пережила свою плоть.
снимки получились сновидческими, вот только как отличить чужое забвение от своего собственного?
в пыльном безмолвии витрин замерло великое воинство — бескровные субстанции иного порядка, запечатанные в стекло и время. на исходе дня залы полнятся не светом, но мертвенным золотом; оно обволакивает поверхности так нехотя, словно боится потревожить этот хрупкий паноптикум, замерший в ожидании конца времен.
я шла по следу оцепенения, фиксируя лики тех, кто навсегда остался в прозрачном плену, но продолжает немигающе взирать на живых. свет здесь едва касается чешуи и меха, лишь оттеняя истлевшее дыхание — цвет древней извести, что пережила свою плоть.
снимки получились сновидческими, вот только как отличить чужое забвение от своего собственного?
❤8
Ей, отличному, штучному поэту, досталась смерть из подворотни, смерть пэтэушницы, смерть чмо. Зато, конечно, быстро, качественно. В смысле — однозначно. Как дворнягу переехало.
— об анне горенко, русско-израильской поэтессе
аналоговый, вязкий, трансовый и гипнотический альбом "Gratitud" аргентинской группы Los Espíritus сочетает в себе грязные, ленивые гитары, плотные латиноамериканские перкуссии и психоделический блюз-рок
"Gratitud" - это солнце, от которого плавится асфальт или высыхает земля в пустыне, когда воздух над горизонтом начинает дрожать и искажать реальность. меланхоличная, кинематографичная атмосфера грязного вестерна
"Gratitud" - это солнце, от которого плавится асфальт или высыхает земля в пустыне, когда воздух над горизонтом начинает дрожать и искажать реальность. меланхоличная, кинематографичная атмосфера грязного вестерна