Джон Фаулз «Коллекционер»

Недавно у меня возникло совершенно непреодолимое желание перечитать эту книгу, сил бороться с желанием не было, поэтому я скачала и перечитала. Второе прочтение подарило мне ещё больше эмоций, чем первое, несмотря на то, что я знала и суть текста, и помнила финал. В этот, второй раз, текст стал ещё объемнее. Теперь для меня это не текст о тюремщике и невольнице, не текст о столкновении двух миров и не психологический очерк о маньяке, а произведение о борьбе, которая происходит внутри каждого человека — будь он беден или богат, образован или невежественен, талантлив или бездарен.

Джон Фаулз написал роман о том, какую власть могут подарить деньги и как этой властью по-разному пользуются. Для кого-то финансы — это возможность помогать другим, для кого-то — абсолютная неизменная данность, для кого-то — утилитарная вещь, позволяющая существовать, но не порабощающая, а для кого-то — способ воплотить тайные низкие желания в жизнь.

Первая часть «Коллекционера» читается с каким-то отвращением к слабости и бесхребетности главного героя — бывшего клерка Фредерика Клегга, который с удивительной нелогичностью оправдывает для самого себя любой чудовищный поступок. Коллекционер бабочек, этот властелин над застывшей в вечности красотой и разложенной в им заведённой благопристойности, он думает, что может поработить и Миранду, молодую девушку, студентку художественного училища, в которую он тайно влюблён. Но Миранда не бабочка, усыплённая хлороформом. Она до последнего — живая и необузданная, сопротивляющаяся и мыслящая. Она не бабочка.

Фаулзу здорово удалось передать разность героев даже на уровне лексики. Первая половина книги — это дневниковые записи Фредерика. Они до ужаса примитивные и плоские, Клегг не использует сложных слов, не пытается вникнуть в происходящее с ним поглубже, проанализировать свои поступки он всему находит оправдание, но его логика — это вывернутая на изнанку полуправда. Во второй части мы читаем дневник Миранды, который она начинает вести, чтобы не сойти с ума от одиночества и тишины. Она рассказывает о своей прошлой жизни, главным образом — делится своими воспоминаниями о художнике Чарлзе Вестоне. И через эти воспоминания она рефлексирует и копается в себе, своих взглядах на мир и происходящим с ней в заточении. Её дневники куда выразительнее и объемнее, и даже Клегг вызывает моментами сочувствие, потому что сама Миранда испытывает к нему неподдельный интерес и искреннюю жалость. Но в итоге она, конечно, выносит ему приговор:

«По-настоящему это он — заключённый. Заключённый в своём собственном, отвратительно узеньком сегодняшнем мирке».

#slow_reader_прочитала

Каждый раз зарекаюсь, что больше не буду вязать игрушки, но потом попадается что-то очень милое — и всё как в тумане. Аглая выбрала оленёнка, а я ещё мышку хочу. И ёжика! В комментариях оставлю фото.

Пытаюсь настроиться на отзыв о «Грозовом перевале», который дочитала уже пару дней как. Но всё обдумываю.

А пока вот такая розовая зефирка сшилась 😍Я в восторге от этого японского хлопка.

#slow_reader_чехлы

Эмили Бронте «Грозовой перевал»

Я хотела начать этот текст со слов, что роман совершенно точно не о любви. Но потом я стала крутить в голове эту категоричность, и меня отпустило.

Всё-таки он о любви, хоть, на мой взгляд, не о любви в первую очередь. И любовь эту легко заклеймить созависимой, больной и абъюзивной. Но… что-то не откликается во мне, когда я думаю о героях так. И, да, конечно, конеееечно отношения Хитклифа и Кэтрин такие и есть, просто книга написана в середине XIX столетия автором-романтиком (не в смысле романтичной леди, а в смысле писательницей, творчество которой стоит на стыке реализма и романтизма), поэтому окрестить персонажей психопатами — слишком просто, как мне кажется.

От романтизма в романе — эти необузданные души, которые с самого детства переплелись какой-то необъяснимой, мистической связью. Слились друг с другом и природой, освободились от общественных оков и целью своего существования назначили единство. А от реализма — этот тривиальный конфликт положений, который рушит детские мечты, сталкивает их с действительностью, в которой свобода — точно за пределами этого общества.

Эмили Бронте написала, на самом деле, удивительный роман. В нём она, женщина XIX века!, описала тиранию и деспотические отношения в семье, проследила, как влияют на человека травля, унижение и угнетение. Ведь, по большому счету, Хитклиф — не плохой человек, он человек, на душу которого с самого раннего детства выпало огромное количество страданий.

«Мистер Хитклиф, у вас нет никого, кто любил бы вас, и сколько бы вы ни старались сделать несчастными и сына, и меня, нас за все вознаграждает мысль, что жестокость ваша порождена еще большим вашим несчастьем. Ведь вы несчастны, правда? Одиноки, как дьявол, и, как он, завистливы? Вас никто не любит, никто не заплачет о вас, когда вы умрете. Не хотела бы я быть на вашем месте!»

И эти страдания хоть и закалили, но взрастили в нём потрясающего тирана, образ которого, в общем-то может посоревноваться с Джеймсом Броуди из романа Кронина.

Да, книга, безусловно, мрачная. И своей безнадёжностью она напомнила мне «Господ Головлёвых». И в той, и в другой книге — атмосфера упадничества, разрухи и сырости. И в той, и в другой книге — прослеживается связь между отсутствием любви и доброго отношения и злобой, которая в итоге правит балом.

В общем, мне однозначно понравился роман, хоть мне и не понравились герои, я бы не хотела столкнуться с ними в реальной жизни и точно не хотела бы быть влюблённой в такого Хитклифа или быть такой, как Кэтрин. Закончу словами Вирджинии Вулф об этом тексте:

«А в «Грозовом перевале» Я вообще отсутствует. Здесь нет ни гувернанток, ни их нанимателей. Есть любовь, но не та любовь, что связывает мужчин и женщин. Вдохновение Эмили — более обобщенное. К творчеству ее побуждали не личные переживания и обиды. Она видела перед собой расколотый мир, хаотическую груду осколков, и чувствовала в себе силы свести их воедино на страницах своей книги. От начала и до конца в ее романе ощущается этот титанический замысел, это высокое старание — наполовину бесплодное — сказать устами своих героев не просто «Я люблю» или «Я ненавижу», а - «Мы, род человеческий» и «Вы, предвечные силы…»»

#slow_reader_прочитала

Довязала Аглаюшке оленяшку, а заодно сшила люльку 😍невозможная милота получилась, я сама хочу в это играть!