HBO показал детей Уизли из нового сериала о Гарри Поттере

Близнецы Тристан и Габриэль Харланд сыграют Фреда и Джорджа Уизли соответственно, Руари Спунер — Перси Уизли, а Грейси Кокрейн — Джинни Уизли.

«Чарли сейчас в Румынии, но скоро присоединится к нам…» — гласит подпись к публикации, HBO имеет в виду второго по старшинству сына семьи, который переехал в Румынию после окончания Хогвартса, чтобы изучать драконов. Кто сыграет Билла, первого ребенка Уизли (в фильме играл Донал Глисон), также пока неизвестно.

Съемки первого сезона сериала «Гарри Поттер» уже идут в Великобритании, премьера состоится в начале 2027 года

Хорошенькие! Мне вообще нравится каст, симпатичный. Видела кадры с Хагридом и Гарри, канонично выглядят!

Марк Принс «Латинист».

«Ним­фа, молю, Пене­ида, постой, не враг за тобою!
Ним­фа, постой! Так лань ото льва и овеч­ка от вол­ка,
Голу­би так, кры­лом тре­пе­ща, от орла убе­га­ют,
Все — от вра­га. А меня любовь побуж­да­ет к погоне.
<...>
Тише, свой бег задер­жи, и тише пре­сле­до­вать буду!»

Дафна стала первой любовью (любовью?) Аполлона: это чувство возникло из-за мести Эрота, оскорблённого напыщенными речами лучезарного Феба после победы над драконом. Одну стрелу — золотую — бог любви пустил в грудь Аполлона, другую — свинцовую и затуплённую — он вонзил в грудь нимфы Дафны и зародил в ней отвращение к почитателям. Аполлон, охваченный страстью, стал преследовать Дафну, а она же взмолилась богам:

Силы лишив­шись, она побледне­ла, ее победи­ло
Быст­рое бег­ство; и так, посмотрев на воды Пенея,
Мол­вит: «Отец, помо­ги! Коль могу­ще­ство есть у пото­ков,
Лик мой, молю, изме­ни, уничтожь мой поги­бель­ный образ!»
Толь­ко скон­ча­ла моль­бу, — цепене­ют тягост­но чле­ны,
Неж­ная деви­чья грудь корой окру­жа­ет­ся тон­кой,
Воло­сы — в зелень лист­вы превра­ща­ют­ся, руки же — в ветви;
Рез­вая рань­ше нога ста­но­вит­ся мед­лен­ным кор­нем,
Скры­то лист­вою лицо, — кра­сота лишь одна оста­ет­ся.
Фебу мила и такой, он, к ство­лу при­ка­са­ясь рукою,
Чув­ст­ву­ет: все еще грудь под све­жей корою тре­пе­щет.
Вет­ви, как тело, обняв, целу­ет он дере­во неж­но,
Но поце­лу­ев его избе­га­ет и дере­во даже.

В основу своего романа «Латинист» Марк Принс положил этот миф о вожделении. И наделил страстью своих персонажей — блестящую молодую учёную Тессу и её научного руководителя Криса. Принс размышляет о природе страсти как таковой — эротической, страсти к работе и своему делу, о страсти к познанию. Но глубинно, кажется, «Латинист» о большем. Ведь здесь внешнее — убого и непривлекательно, но вот то, что на самом деле творится в душах персонажей по канонам греческой трагедии фаталистично и возвышенно, истинно и ведёт их к неизбежному, предначертанному роком.

По канону же древнегреческой трагедии возвещает в тексте хор, помогая рассудить героев и возвращая снова к образу Аполлона:

Он пил из ручья, ел с деревьев плоды,
Он жил как хотел и не ведал беды,
Прекрасные девы его не пленяли,
Не знал он гордыни, тоски и печали,
Не знал он гордыни, тоски и печали.

Это было красиво, местами сложно, но парадоксально увлекательно.

В иллюстрации к посту — мраморная скульптура итальянского мастера Джованни Лоренцо Бернини. Её рассматривает Тесса, когда приезжает в Италию на раскопки: она ходит вокруг и наблюдает превращение Дафны в лавр, пока Аполлон не осознаёт метаморфозу возлюбленной.

Цитаты (кроме песни импровизированного хора) — из «Метаморфоз» Овидия в переводе Сергея.

#slow_reader_прочитала

По количеству сердечек, я поняла, что фанатов античности среди вас не много, и «Илиаду» со мной никто читать не будет 😅😅😅

Надеюсь, что хотя бы одного человека вдохновила почитать «Латиниста», книга правда очень классная!

У меня после «Латиниста» какое-то отвращение к книгам. Ничего не нравится, читается тяжело, мысли путаются, всё кажется бессмысленным. Сам процесс чтения кажется бессмысленным. Ужас.

Костя взял для меня в библиотеке Хёга, решил, что мне почему-то надо (скорее всего, потому что мне когда-то очень понравилась «Смилла и её чувство снега», вряд ли из-за обложки, правда?). Буду пробовать.

Порой, какие-то образы настолько ярко впечатываются в голову, что их можно воспроизвести даже спустя годы. Сейчас всплыла в голове картинка из книги «Степной волк», которую я читала лет 6, наверное, назад, если не больше. Главный герой оказывается в подъезде, где пахнет кислой капустой (или квашеной капустой, или жареной капустой). И этот запах у него неизменно ассоциируется с мещанством, филистерством. Мелочь, конечно, но почему-то запомнилось.

А ещё один из самых ярких, трогающих и запоминающихся образов — это метафора безнадежности и тоски в книге Виктора Гюго «Человек, который смеётся». В этой сцене капитан корабля вместе командой наблюдал на своём тонущем корабле, как снежинки падали в море, без какого либо шанса на то, что им удастся задержаться на поверхности земли. Мне даже кажется, что это один из самых тоскливых моментов в литературе вообще, не только в этой книге.

А у вас есть какие-то сцены из книг, которые вы можете воспроизвести даже спустя много времени? Что сильно поразило, удивило, восхитило?