Когда солнце наконец поднялось над горизонтом, увидеть его уже было некому
(с) Мильда Соколова

Тёплый свет постепенно становится горячим, а тени все длиннее
(с) Anna Matveeva

Солнце уже коснулось спящей высотки
(с) Наталия Дубина

Оранжевое убожество в роскошной синеве
(с) Елена Kалюжная

Панельки. Одни уже оранжевые, другие ещё серые
(с) Андрей С

Солнце вставало, дедлайн неминуемо приближался
(с) Анастасия Кожихова

Вынесу из основного чата сюда с согласия автора, так сказать.
Вопрос был задан Степану Гаврилову после лекции про литературный скетчинг: Насколько скетчи отличаются от потока сознания? Или его можно использовать как прием?

Степан Гаврилов:
Поток сознания — это действительно приём. Как и любой приём, он должен быть к месту, и им надо уметь пользоваться. А то, что мы называем скетчингом — это, скорее, служебная форма.

Когда вам надо показать внутренние переживания персонажа — вы используете поток сознания. Когда вы ищете фактуру — здорово подойдет скетчинг — как способ "рисовать с натуры".

Так что это немного из разных областей.

Смею предположить, что под потоком сознания в применении к скетчингу вы подразумеваете "писать о предмете/явлении/портрете столько, сколько можно сказать, буквально всё, что придёт в голову". Это любопытно, но едва ли у вас получится скетч в таком случае. Потому что скетч предполагает полноту образа при скупости изобразительных средств.

Что ж. Выложу сюда тоже свою "домашку" по литературному скетчингу: в 3000 знаков в сумме описать одно место, одну ситуацию и одного персонажа. Как получилось – это редактор напишет. А пока поделюсь тут.

1. Место
Южный город, похожий на сотни таких же, как бы нехотя просыпается летним утром. Уже разбежались от хлебокомбината фургоны - повезли горожанам свежие батоны, кирпичики да булки. Сердито пропыхтели по дворам мусоровозы. Набитые пассажирами автобусы деловито снуют туда-сюда. Многоэтажки суетятся звоном посуды и прочими утренними хлопотами, переговариваются квартирные и подъездные двери, гудят лифты. Частные дома и рады быть потише, но нет – слишком все на виду и на слуху: и птичий гомон, и собачий лай, и прочие звонкие приметы почти деревенского быта выдают их с головой. Улицы и переулки постепенно наводняются людьми, спешащими до дневного зноя успеть по своим делам. В переулке дворник ритмичным шорохом метлы, кажется, подгоняет прохожих. Где-то уже пролился искусственный дождик от поливалок. Лёгкий ветерок встряхнул-растрепал кроны липам на аллее, чтобы тень от них была попрохладнее да пораскидистее. Солнце уже довольно высоко – день обещает быть особенно жарким.

2. Ситуация
– И пусть что хотят делают, я против! – вдоль стеллажей в супермаркете идёт довольно крупный мужчина средних лет с почти доверху забитой тележкой и рассерженно с кем-то говорит по телефону.
– А я тебе говорю, они должны считаться с нашим мнением. Нет? Так я в следующем году сам уволюсь, на контракт не посмотрю! – в голосе к нескрываемому раздражению, добавилась усталость. Вот он закончил разговор, выругался про себя, сунул телефон в карман и ускорил шаг по направлению к кассам.
В это время за углом такую же нагруженную тележку с явным усилием катит женщина – немудрено, такое впечатление, что тележка весит раза в полтора неё. Она уткнулась в смартфон, проверяя по списку, всё ли она взяла.
Второй закон Ньютона – тот, где сила, действующая на объект, равна произведению массы на ускорение – никто не отменял. Тележки издали громкий металлический звук удара металла о металл, многоголосьем стуков, шорохов и перезвонов ответили собранные в них покупки.

3. Персонаж
Городской сквер. Ранняя осень – на деревьях листья еще только слегка побледнели, а воздух уже той особой прозрачности, которая бывает несколько дней в конце сентября, да и то если повезёт с погодой. На скамейке сидит похожая на нахохлившегося растрёпанного воробья девочка-подросток лет четырнадцати… или шестнадцати – кто их нынче разберёт-то. На ней серые рваные джинсы, оверсайз-толстовка модного мятного цвета, джинсовая же куртка и неоново-оранжевые кроссовки. Они-то и привлекают на самом деле внимание, цепляют и заставляют присмотреться кто ж такие носит сейчас. Русые волосы как бы небрежно подстрижены и нарочито взлохмачены так, что почти скрывают лицо – видно только полуулыбку и острый немного курносый нос. Тонкие руки с изящными кистями торчат из несоразмерных рукавов словно веточки. В них – раскрытая книга. Хм, а воробушек-то увлечённо читает, замечаю про себя и замедляю шаг. Узнаю по обложке – «Завтрак у Тиффани», – я недавно прикупила такое же издание в домашнюю библиотеку.

А это уже скетчи, так сказать, собрата по перу. Как водится в таких случаях - орфография, пунктуация и стиль авторские, привожу как есть:

Сцена 1. Место

Черная южная ночь, рассеченная по глади Средиземного моря белым лезвием лунного ксифоса, крадет очертания острова.
Белые барашки волн бегут по песку маленькой полукруглой бухты, окруженной остатками руин умерших миллионы лет назад гор.
Доносящийся легким ночным бризом из-за гряды камней рокот волн метрономом утробно отбивает ход времени и наполняет медленно остывающий воздух свежестью ночного моря.
Бликующие под светом луны пластмассовые шезлонги стоят словно восставшие из прошлого фаланги гоплитов, молчаливо ожидающих высадки на берег воинственных персов.
Обнаженные и бесконечно красивые, словно сошедшие с барельефа языческого храма древнегреческие боги, на песке два юных тела бесцеремонно разрушают звуками любви эту воинственную немного мрачную обстановку.

Сцена 2. Персонаж
Черные вьющиеся волосы, прямой греческий нос и пронзительные карие глаза выдавали в девушке южные корни, хоть и сильно разбавленные северной кровью.
Ее крепкое спортивное тело с широкими плечами и узким бедрами смущало излишней мужественностью.
Маленькая по-женски округлая грудь со вздернутыми курносыми сосками звала касаться ее с бесконечной нежностью и любовью.
Девушке было 19 лет и, кажется, сейчас на берегу средиземного моря своей молодостью, свежестью и красотой она была воплощением прекрасной Афродиты, вышедшей из ночных вод и павшей в объятия Анхиза.
Девушка была открыта для нового опыта.
Сцена 3. Ситуация

Две черные тени, внезапно появившиеся в свете луны из-за каменной насыпи, разорвали равномерный гул прибоя резкой немецкой речью.
Конечно, если сильно и долго прислушиваться, то можно услышать за звуками волн колоритную местную музыку из прибрежного отеля. А значит появление случайных свидетелей страстной любви под ночным небом было лишь вопросом времени.
Но опасность быть пойманными так сладко будоражила молодых и добавляла градус огненной страсти ласкам, что казалось будто на берегу кто-то зажег волшебных огонь. Так сильно блестели их разгоряченные тела в лунном свете.
И все же вторжение оказалось очень внезапным. Видимо разговорившись пожилая семейная пара не заметила как извилистая но аккуратная тропинка увела их от шумной живой массы отдыхающих к ночному пляжу.
Услышав речь, девушка вскинула голову. Ее темные глаза, затуманенные близостью к высшей точке накрывшего ее удовольствия, встретились взглядом с серыми глазами старой немки.
В этот неловкий момент из женской молодой груди вырвался неудержимый сладострастный стон.
Тяжело дыша она опустила глаза на своего любимого, улыбнулась, провела рукой по его груди, сильно прижалась губами к его губа, громко чмокнула, снова подняла голову и посмотрела в сторону невольных свидетелей ее счастья.
Старики, явно до сих пор не придя в себя, продолжали с изумлением смотреть на представшую перед ними сцену.
Девушка тряхнула головой, сбрасывая негу, показала им язык, засмеялась, как маленький звонкий колокольчик, и вскочив, отряхивая коленки, воздушной походкой пошла к воде.
Ее темный силует выделялся на фоне морской глади, рассеченной, словно мечом древнегреческого воина, белой полосой лунной дорожки.

(с) Евгений Паули (@evgeny_pauli)

А всё-таки скетч - литературный скетч - это скорее подспорье для писателя, способ этакого собирательства для будущих рассказов, романов, повестей или самостоятельный жанр этаких одноактных пьес, несущих в себе короткую, но все же законченнную историю? Мне обе версии близки, если честно.

Получила отклик редактора на эти скетчи. Много думала. Весь его можно свести к удалению пары междометий и добавлению запаха дождя к первой зарисовке.

Утро. В гостиной перемигиваются новогодние гирлянды на ёлке и окне, вместе создавая в полумраке хмурого утра весёлую чехарду отражений в стекле столешницы и створок книжного шкафа. Большой белый пёс медленно обходит журнальный столик и ложится под елкой. Огоньки разноцветными пятнами прыгают по нему.

Размышляю который день над природой, точнее, сутью литературного скетчинга: если в литературе скетчи - наброски, так сказать, с натуры, тогда это (по аналогии с живописью) стоило бы называть этюдами. С другой стороны, для меня литературный скетчинг больше про "консервы", тексты, которые могут быть использованы впоследствии в том или ином виде. Хотя иногда могут и заслуженно рассматриваться как самостоятельные мини-рассказы, миниатюры.

Всё сложно, в общем. Кто что думает на этот счет?

PS Про выкладывание скетчей помню - на днях продолжу разбирать тот самый чат со скетчами и тащить сюда :)

Свежая зарисовка. Подруга моя, сын-раввин с тремя детьми и история про подарки на Хануку - реальные, рассказаны были мне сегодня :) Так что прямо "с колёс".


Есть у меня подруга. У нее есть сын - приличный еврейский маль... раввин, в общем.  У этого раввина семья, как водится, и уже трое детей: сын, дочка и еще сын - в хронологическом, так сказать порядке. Старшему отпрыску - Мендику - 3 года. Отдали его в садик. При синагоге. Через 3 дня наступает Ханука. В садике праздник, детям дарят медведей.
Мендик со словами: "У меня же есть сестла..." - получает второго медведя. Хороший мальчик, не пропадет, говорит моя подруга. На вопрос про то, почему он не подумал о братике (самом младшем) и не попросил подарок и для него, Мендик ответил: "Ну, во-первых, он в нашей семье недавно..." - тут изумленная бабушка прилегла в полобморока и спросила, а что же тогда во-вторых. А во-вторых, ответствовал трехлетний Мендик, у меня руки кончились.

Продолжу-ка я разбирать заметки в телефоне и складывать скетчи сюда.

Вот, давняя зарисовка - писала, как сейчас помню, на борту самолёта.

Причудливые тени воспоминаний поземкой вьются за мной пока я еду по ночному моему городу в аэропорт. Вот тут на самом въезде когда-то были те самые солнечные часы-гороскоп из моего детства, а здесь в мореходке учился папа, там - на улице Красных Зорь - живёт моя первая любовь... Мы выезжаем прямо к памятнику ликвидаторам Чернобыльской аварии и я вспоминаю как три недели с лангеткой на правом запястье из-за растяжения связок после какого-то спора с Сашкой - очень уж крепким оказалось дружеское рукопожатие. К слову, лекции тех времён чудом сохранились у мамы, недавно рассматривала. Прочесть не удалось. Медики нервно курят в сторонке. Проспект Шолохова. Где-то позади остались скамейки у бывшего кинотеатра Юбилейный... "Я не мог представить, что ты так никогда и не позвонишь," - а Вани уже нет. Аэропорт, приехали. Выхожу из такси. Сколько тут всего происходило - проводы-встречи, командировки и отпуска. Кстати, сюда когда-то меня не взяли на работу в Донавиа - осколок большого советского Аэрофлота... Дальше только как отдельные кадры из кинофильма.
Стойка регистрации. Бизнес-зал - кофе и апельсиновый сок. Досмотр. Выход на посадку. Автобус. Трап. На борту. Мое место у окна в последнем ряду - last seat at last row. В уши наушники и Depeche Mode погромче. Спать, точнее - досыпать - привычка, выработанная годами командировок по всей стране.
Приземлились. Багаж. Парковка. Забрала машину. Завтрак в Макдональдсе по пути в офис. Длинный-длинный день. Такой же как сотни других. Или не такой. Не каждый раз я прихожу в на работу из родительского дома.

Персонаж.
В приемную вошел мужчина средних лет в строгом костюме. Галстук только ослаблен, а ворот рубашки расстегнут- всё же на улице, где недосягаема офисная прохлада, уже слишком жарко. Уставший, но явно довольный собой, он опустился в кресло для гостей. Очки, съехавшие чуть не к самому кончику носа, едва не свалились совсем, но он придержал их привычным жестом. Низкий с хрипотцой голос, глубокий и объёмный, заполнил собой всё пространство:
– Лера, что там у меня ещё сегодня?

Что тут не так? А что - так? Какого человека вы представили? Какой образ возникает в голове после прочтения такого описания персонажа?

А задание-то сегодняшнее с подвохом. Казалось бы, чего сложного - описать в 1-2 фразах человека (знакомого, родственника или выдуманного) через предмет, с которым он не расстаётся или на который он похож. Попробовала сразу по горячим следам, что называется, а фигушки - одни штампы лезут в голову.

Решила завести тут новый хэштэг #вкопилку

Августовская жара в Ростове - филиал ада для приезжих. Обычный градусник за окном на солнечной стороне днём легко покажет, сколько у него помещается на шкале и даже больше. В тени будут сорок два градуса и горячий ветер. Выходить на открытые пространства без риска "сгореть" можно только вечером, но и тогда духота и "прохлада" градусов в тридцать помогают только привычным к этому местным жителям. Приезжие передвигаются по городу короткими перебежками - из кондиционированной прохлады в лютую жару и обратно.

Слушьте, у меня же тут плюс-минус околописательская братия собралась.

Давайте поиграем в скетчинг на заданную тему.

Пусть будет для первого раза "Осень в мегаполисе"

А чтобы было интереснее, количество знаков до 1 тысячи с пробелами.

Публикуем в беседке с хэштегом #скетчнатему

Долго думала, выкладывать сюда это или нет. Решила - выложу. Это тоже про скетчинг как явление в текстах, не скажу в литературе - написанные на салфетке в кафе строчки как отражение того, что человек не мог держать в себе. Сами почти прозрачные от времени эти салфетки до сих пор где-то в мамином архиве лежат.
Да, автор - дядя Ардик, очень дальний (это если по крови) родственник. Написано в январе восемьдесят третьего.
Привожу, как говорится, as is, сохраняя авторские форматирование, пунктуацию и орфографию. У меня из обрывков складываются два разных абсолютно наброска стихов, будто писали разные люди, но нет - по почерку не скажешь. Человек - один.

_________________________
Бывает память,
                            бывает вечность...
Гордый в строгости монумент...
Во все врывается человечность...
Каждого шага Вашего свет

В памяти - слышим.
В сделанном - видим.
Того, что всуе не в силах сберечь

Уходит в случае человечность
И где искать с человечностью встреч.
___________________________

___________________________
И он спокоен
Как ровна встреча
И он уверен, что встречи ждут
И тут вся Женина человечность
Не надо плакать, я с вами - друг.
В ваших словах и в ваших удачах
В улыбке моих дочерей и жены
Давать за меня не забудьте сдачи
Ошибок моих за душой не храни
___________________________