Forwarded from ВСЕАЛИЗМ | ЖУРНАЛ
•
вспугнула медуз с шершавого
экрана-торца панельной многоэтажки
зеленая тень пейзаж
обезображенный колебанием
пренатальных тревог
мы оказались внутри
и обнаружили
что заштрихованные узлы
и блоки
не используются
в одном из них мы укрываемся
следить за небом затянутым
тонким галлюцинированием
снаружи гул и наш разговор
становится оживленнее
с наступлением ночи они сливаются
в сбивающем дыхание узнавании
мы передаем друг другу
замороженные капли откровения
рассасывая их по одной
в шутку ты заставляешь
все исчезать
Сергей Хан
вспугнула медуз с шершавого
экрана-торца панельной многоэтажки
зеленая тень пейзаж
обезображенный колебанием
пренатальных тревог
мы оказались внутри
и обнаружили
что заштрихованные узлы
и блоки
не используются
в одном из них мы укрываемся
следить за небом затянутым
тонким галлюцинированием
снаружи гул и наш разговор
становится оживленнее
с наступлением ночи они сливаются
в сбивающем дыхание узнавании
мы передаем друг другу
замороженные капли откровения
рассасывая их по одной
в шутку ты заставляешь
все исчезать
Сергей Хан
❤6
***
никто не видел, а сегодня вечером прямо над головой отца семейства
размотался одрадек
и осталась от него одна шпулька
сияющая ось
никто не видел, как дом покачнулся
крошка штукатурки укрыла лица вещей
все высыпали на улицу
ещё при прошлом землетрясении
да так и рассыпались по земле
в чем были
никто не видел, но стихотворение
вовремя обернулось
и снова
и снова
никто не видел, а сегодня вечером прямо над головой отца семейства
размотался одрадек
и осталась от него одна шпулька
сияющая ось
никто не видел, как дом покачнулся
крошка штукатурки укрыла лица вещей
все высыпали на улицу
ещё при прошлом землетрясении
да так и рассыпались по земле
в чем были
никто не видел, но стихотворение
вовремя обернулось
и снова
и снова
❤17💔1
***
снова стоит июль и молчит январь
пара булавок — ниточку растянуть
снова стоит вопрос и молчит словарь
и трава мешает и снег не дает прикоснуться
но сходство врожденных черт но листик сухой в руке
вот аргументы на сломанном языке
снова стоит июль и молчит январь
пара булавок — ниточку растянуть
снова стоит вопрос и молчит словарь
и трава мешает и снег не дает прикоснуться
но сходство врожденных черт но листик сухой в руке
вот аргументы на сломанном языке
❤19💔6
Forwarded from Афиша Чердака
ПН 03.11 18:00 | Поэтический клуб «Восьмигранник»
В разговорах о новосибирской поэзии неторопливо приближаемся к современности. Всмотримся в зеркальца стихотворений и постараемся не порезаться о края. Будем спорить о вкусах, понимать и путаться, листать книги.
Обратите внимание — в этот раз собираемся в понедельник, а не в воскресенье!
Вход: донат
Фотография Вячеслава Ковалевича
В разговорах о новосибирской поэзии неторопливо приближаемся к современности. Всмотримся в зеркальца стихотворений и постараемся не порезаться о края. Будем спорить о вкусах, понимать и путаться, листать книги.
Обратите внимание — в этот раз собираемся в понедельник, а не в воскресенье!
Вход: донат
Фотография Вячеслава Ковалевича
❤8
Forwarded from Афиша Чердака
ВС 16.11 18:00 | Поэтический клуб «Восьмигранник»
Как начали разговоры о новосибирской поэзии, так и не можем остановиться — и все же подходим к финальной встрече цикла. В этот раз интонации будут тише — будем вслушиваться в оттенки смыслов и состояний.
Вход: донат
Фотография Вячеслава Ковалевича
Как начали разговоры о новосибирской поэзии, так и не можем остановиться — и все же подходим к финальной встрече цикла. В этот раз интонации будут тише — будем вслушиваться в оттенки смыслов и состояний.
Вход: донат
Фотография Вячеслава Ковалевича
❤5
Лю Гаочэнь (刘高辰) и Иван Алексеев перевели мое стихотворение "слова касаются друг друга" на китайский, и перевод выложили в Вичат-канале 读首诗再睡觉 (Стихотворение на ночь) с комментарием и аудиоверсией на двух языках.
Так что теперь можно перед сном послушать Чу Юйтина (楚雨庭) и меня под музыку Тоби Фокса и Итоки Ханы.
https://mp.weixin.qq.com/s/55yecIhP26ZrB8ewIgkLnQ?scene=1
Так что теперь можно перед сном послушать Чу Юйтина (楚雨庭) и меня под музыку Тоби Фокса и Итоки Ханы.
https://mp.weixin.qq.com/s/55yecIhP26ZrB8ewIgkLnQ?scene=1
❤15🔥7🕊2
Сережа Хан написал о моем стихотворении для Метажурнала. Спасибо ему!
Telegram
Побуждения Хана
Ветер, лебедь, что-то взбудораженное.
🥰10
Forwarded from Метажурнал
Анастасия Голованова
* * *
ты просыпаешься снова в двуспальной кровати
поздно вставать так что можно ещё поваляться
сны наплели в голове паутинные сети
в них заплутали неугомонные дети
голубь вчера стучался в балконные стекла
стриж залетал залетал пришлось ловить одеялом
цветы распустились однажды да так и цветут на обоях
чайный кружок на столе
сам же надламывал веточки бабочек дёргал за крылья
хрусты гуляют по телу хрусты гуляют по телу
и кого теперь укрывать одеялом кого укрывать одеялом
и кому теперь бегать по улицам неугомонным
залетать залетать на балкон
клювом стучаться в стекло
Источник: тг-канал авторки.
#выбор_Сергея_Хана
Лори Андерсон в одной из своих композиций перечисляла правила, которые она и Лу Рид выработали для времён вроде нынешних. Читая стихи Насти, можно словно прочувствовать одно из этих правил как их внутреннее-мягкое-приграничное заоконному холоду тепло. Протягивая [ɪ(ə)] в really и с едва заметной вибрацией финальной r — Лори произносила: be really tender.
Одна из заметных актуальных тенденций в поэзии — возвращение детскости, которая в лучших образцах свободна от инфантильности и стремится скорее к чистоте чувствительности. И если для кого-то эта чувствительность — чувствительность первой встречи, то во многих Настиных текстах это чувствительность расставания, первого — но не столько хронологически, сколько в значении начала.
Утро в стихотворении выше — как, например, и в другом Настином тексте — «Заметнее всего утром» — оказывается зоной засвета, когда начало и завершение сходятся в размывающем восприятие пятне, отслаивая реальность, которая теперь обёрнута лёгкой дымкой памяти, пылинками её мелочей. Стихотворения Насти вообще часто словно тянутся рукой в тонкой перчатке воспоминания в явь и отдергиваются в последнее мгновение прикосновения.
«Ты просыпаешься снова в двуспальной кровати» — почти дерридианское «больше чем один, меньше чем два», или нехватка, незавершённость, потеря и возможность — возможность следа, любовь к следу, предоставление себя следу, пусть «следы [и] производят пространство своей записи не иначе, как придавая себе период своего стирания» (Деррида). Следы — исчезающие, тихие, как негромкой бывает боль, неотличимая от вины: «сам же надламывал».
«Просыпаешься» — ещё до пробуждения, в невозможном пространстве отсылки, пространстве между фрагментами времени, в котором они все перед тобой, настоящие, распустились да так и цветут. Отсюда бы не уходить: лениво поваляться в их тени, а потом послоняться там же, гулять по времени-телу маленьким чудом хруста, ходить по кругу, по кругу ты-я, стучать самому себе снаружи и (не)откликаться.
Тук-тук: «просыпаешься снова» — а что значит «снова», что это за повтор? Паутина/силки, в которые попалась бы птица, да только где она? Но вот они мы, твои «неугомонные дети», и мы — уже и не мы. Текст —
в отличие от следа — всегда повторяется, а «повторение, логика повторения, компульсия повторения остаются неотделимыми от влечения смерти» (Деррида). Вот мы и знаем имя твоё, птица. И имя —
всегда повторяется, но не повторяется его время. Если прагматический текст движется к собственному распаду, то поэтический текст бежит на пол шага впереди себя, отправляется в путь —
пусть даже это путь по кругу внутренней комнаты.
#комментарий_Сергея_Хана
* * *
ты просыпаешься снова в двуспальной кровати
поздно вставать так что можно ещё поваляться
сны наплели в голове паутинные сети
в них заплутали неугомонные дети
голубь вчера стучался в балконные стекла
стриж залетал залетал пришлось ловить одеялом
цветы распустились однажды да так и цветут на обоях
чайный кружок на столе
сам же надламывал веточки бабочек дёргал за крылья
хрусты гуляют по телу хрусты гуляют по телу
и кого теперь укрывать одеялом кого укрывать одеялом
и кому теперь бегать по улицам неугомонным
залетать залетать на балкон
клювом стучаться в стекло
Источник: тг-канал авторки.
#выбор_Сергея_Хана
Лори Андерсон в одной из своих композиций перечисляла правила, которые она и Лу Рид выработали для времён вроде нынешних. Читая стихи Насти, можно словно прочувствовать одно из этих правил как их внутреннее-мягкое-приграничное заоконному холоду тепло. Протягивая [ɪ(ə)] в really и с едва заметной вибрацией финальной r — Лори произносила: be really tender.
Одна из заметных актуальных тенденций в поэзии — возвращение детскости, которая в лучших образцах свободна от инфантильности и стремится скорее к чистоте чувствительности. И если для кого-то эта чувствительность — чувствительность первой встречи, то во многих Настиных текстах это чувствительность расставания, первого — но не столько хронологически, сколько в значении начала.
Утро в стихотворении выше — как, например, и в другом Настином тексте — «Заметнее всего утром» — оказывается зоной засвета, когда начало и завершение сходятся в размывающем восприятие пятне, отслаивая реальность, которая теперь обёрнута лёгкой дымкой памяти, пылинками её мелочей. Стихотворения Насти вообще часто словно тянутся рукой в тонкой перчатке воспоминания в явь и отдергиваются в последнее мгновение прикосновения.
«Ты просыпаешься снова в двуспальной кровати» — почти дерридианское «больше чем один, меньше чем два», или нехватка, незавершённость, потеря и возможность — возможность следа, любовь к следу, предоставление себя следу, пусть «следы [и] производят пространство своей записи не иначе, как придавая себе период своего стирания» (Деррида). Следы — исчезающие, тихие, как негромкой бывает боль, неотличимая от вины: «сам же надламывал».
«Просыпаешься» — ещё до пробуждения, в невозможном пространстве отсылки, пространстве между фрагментами времени, в котором они все перед тобой, настоящие, распустились да так и цветут. Отсюда бы не уходить: лениво поваляться в их тени, а потом послоняться там же, гулять по времени-телу маленьким чудом хруста, ходить по кругу, по кругу ты-я, стучать самому себе снаружи и (не)откликаться.
Тук-тук: «просыпаешься снова» — а что значит «снова», что это за повтор? Паутина/силки, в которые попалась бы птица, да только где она? Но вот они мы, твои «неугомонные дети», и мы — уже и не мы. Текст —
в отличие от следа — всегда повторяется, а «повторение, логика повторения, компульсия повторения остаются неотделимыми от влечения смерти» (Деррида). Вот мы и знаем имя твоё, птица. И имя —
всегда повторяется, но не повторяется его время. Если прагматический текст движется к собственному распаду, то поэтический текст бежит на пол шага впереди себя, отправляется в путь —
пусть даже это путь по кругу внутренней комнаты.
#комментарий_Сергея_Хана
❤17💔2
Forwarded from Метажурнал
Перечитывая стихотворение Анастасии, вспомнил услышанную в детстве самую страшную примету: птица стучится в стекло — к смерти. Если смотреть на стихотворение с этой позиции, то "просыпаешься снова", "поздно вставать" становится началом перехода героя в отсутствие. Структура стихотворения похожа на паутинные круги, где природное переплетается с домашним, тело с воспоминаниями.
Монтаж происходящего кажется сном о вчерашнем дне: голубь стучал в стекла, залетел стриж, чайный кружок остался на столе. Параллельно (зеркально) из "сна" извлекается время: цветы замерли на обоях. Неясен их момент рождения ("однажды"), нет завершения цветения.
Следующий момент сна: неугомонные дети из первой строфы превращаются в воспоминание героя о собственном детстве, каждая надломанная веточка отзывается телесным хрустом — хрустом исчезновения жизненного притока. Вопросы в последних строках намекают на то, что героя уже нет, но плач по нему — понимание, что он был и "неугомонными детьми"/неугомонным ребенком, и укрытым одеялом стрижом, и стучащим-зовущим голубем.
Переход в отсутствие в произведении Насти начинается пробуждением в сон и память, а завершается тем, что герой становится окружающим миром, встречается нитью событий с самим собой. Повторение глаголов и целых фраз подчеркивает это ирреальное, схлопывающее жизнь удвоение.
#комментарий_Валерия_Горюнова
Монтаж происходящего кажется сном о вчерашнем дне: голубь стучал в стекла, залетел стриж, чайный кружок остался на столе. Параллельно (зеркально) из "сна" извлекается время: цветы замерли на обоях. Неясен их момент рождения ("однажды"), нет завершения цветения.
Следующий момент сна: неугомонные дети из первой строфы превращаются в воспоминание героя о собственном детстве, каждая надломанная веточка отзывается телесным хрустом — хрустом исчезновения жизненного притока. Вопросы в последних строках намекают на то, что героя уже нет, но плач по нему — понимание, что он был и "неугомонными детьми"/неугомонным ребенком, и укрытым одеялом стрижом, и стучащим-зовущим голубем.
Переход в отсутствие в произведении Насти начинается пробуждением в сон и память, а завершается тем, что герой становится окружающим миром, встречается нитью событий с самим собой. Повторение глаголов и целых фраз подчеркивает это ирреальное, схлопывающее жизнь удвоение.
#комментарий_Валерия_Горюнова
❤6👍4
Forwarded from hot stud1es 4 cool k1ds
Что вас ждёт?
🌿 Индивидуально-коллективный подход: вначале прохождения куратором пишутся портреты о художественной практике каждого участника, а после индивидуальные упражнения (статьи с упражнениями появляются каждую неделю). Всю мастерскую можно подстроить под свои запросы — руководитель мастерской всегда на связи.
🌿 Обратная связь на каждое присланное произведение.
🌿 Отсутствие универсальных схем ("как надо писать"). Будет только та теория и примеры, которые нужны лично вам.
🌿 Безопасное и эмпатичное пространство чата, где можно поделиться волнениями, сомнениями, вопросами, не боясь осуждения и критики.
🌿 Еженедельные сотворческие практики (на прямых эфирах и в чате), помогающие наполниться вдохновением и творить в реальном времени.
А также:
🌿 Время участия в мастерской контролируете вы: можно посвящать ей 15 минут в день, а можно присутствовать непрерывно.
🌿 Мастерская — не только обучающий проект, но и экосистема поддержки вашего творчества, помогающая сориентироваться в мире современной поэзии.
Куратор мастерской – Валерий Горюнов — поэт, педагог, редактор журнала "Всеализм" и портала "полутона". Стихи и рецензии публиковались в интернет-изданиях, «Дактиль», «Формаслов», POETICA, «Хлам», в журналах «Воздух», «Волга», на порталах «полутона» и др. Лонг-лист Премии Аркадия Драгомощенко (2021) и премии Неистовый Виссарион (2025).
Для записи в мастерскую пишите @neprosto_katia или в вк: https://vk.com/id279559382
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤4👍1
Forwarded from Валерия
Устный журнал «Чам-чам»
20 декабря, 16:00
Первый выпуск! Полтора часа душераздирающих, трогательных и обнадеживающих историй о... лошадях. На страницах нашего журнала вы увидите и услышите новосибирских поэтов и прозаиков — Андрея Верхова, Виталия Красного, Дмитрия Райца, Антона Метелькова и Анастасию Голованову. Выпускающий редактор — Валерия Яковлева.
...между прочим! Если удача улыбнется вам, вы не только разделите с нами этот праздник устного жанра, но и сорвете яблочный куш!
Владимировская, 10. Черный зал
В рамках @artmarket_dern
20 декабря, 16:00
Первый выпуск! Полтора часа душераздирающих, трогательных и обнадеживающих историй о... лошадях. На страницах нашего журнала вы увидите и услышите новосибирских поэтов и прозаиков — Андрея Верхова, Виталия Красного, Дмитрия Райца, Антона Метелькова и Анастасию Голованову. Выпускающий редактор — Валерия Яковлева.
...между прочим! Если удача улыбнется вам, вы не только разделите с нами этот праздник устного жанра, но и сорвете яблочный куш!
Владимировская, 10. Черный зал
В рамках @artmarket_dern
❤14
***
на ладони вынесла из сна мышку
теперь мышата подгрызают огарочки мыслей
чтобы мне крепче спалось
на ладони вынесла из сна мышку
теперь мышата подгрызают огарочки мыслей
чтобы мне крепче спалось
❤27👍4👏3💔3🥰1
***
там снег такой что хочется лететь
в предутренние сны к далеким и любимым
все скроется останется вуаль
чириканье останется лесное
присутствие тяжёлое моё
недолгое, забывчивость такая
что можно ангела впечатать в снег
и тут же след его сморгнуть невольно
там снег такой что хочется лететь
в предутренние сны к далеким и любимым
все скроется останется вуаль
чириканье останется лесное
присутствие тяжёлое моё
недолгое, забывчивость такая
что можно ангела впечатать в снег
и тут же след его сморгнуть невольно
🕊16❤10🙏1
Forwarded from ВСЕАЛИЗМ | ЖУРНАЛ
В журнале опубликованы "Перекрёстки" Олеси Мамоник с послесловием Степана Самарина.
Взгляд в этих произведениях скользит от большого к малому: сначала описание пространства, потом микрособытия, а в конце — жемчужина глубокого переживания или воспоминания. Читатель движется из пространства во время, из окружающего в сердце — и пустоты всего оказываются заполненными, происходит маленькая победа жизни. "Рубцов не остаётся".
Взгляд в этих произведениях скользит от большого к малому: сначала описание пространства, потом микрособытия, а в конце — жемчужина глубокого переживания или воспоминания. Читатель движется из пространства во время, из окружающего в сердце — и пустоты всего оказываются заполненными, происходит маленькая победа жизни. "Рубцов не остаётся".
❤5