***
придет время
держать ответ перед сфинксом

скольких ты убил во сне
случайно
или с полным сознанием собственной правоты

сколько раз убивали тебя
нелепая погоня
ватное тело
пробуждение в последний момент

была ли в этом сновидении загадка цвета и звука
трещало ли оно по швам
прорывалось ли
в реальность

сфинкс ныряет как такса в лисью нору
и что-то взвешивает между правым глазом и левым ухом

вставай
пора

Гуляли с комиксистами по ботсаду

***
лунный камень
признания в любви
скользнувшего ящеркой
в сон
ловит туманным глазом
солнечный блик

Кто в Новосибирске, приходите:

***
они там перепутали
вписали не то имя
так что вы совсем не меня провожали
а мне сделали операцию на легких
уникальную
(показывает статью в медицинском журнале
со своей грудью разрезанной и сшитой как лоскутное одеяло)

мой день это капля мертвой воды
мой сон океан живой
я смотрю на фокусника и в нужный момент отворачиваюсь
чтобы точно не заметить
ловкое движение рук

или не так
я приближаюсь вплотную
вжимаюсь в твою лоскутную куртку
заплаканным лицом

***
ая, луна ты моя, небесная азбука
сбила ее машина, и теперь она подволакивает ноги
воду лакает с каким-то остервенением
заливается лаем, почуяв далекую кошку
рычит на машины и незнакомцев, человеку неслышных
поворачивает голову вослед хозяйке
в сумерках засыпает, и шерсть ее черная сливается с темнотой будки, темнотой ночи

пока не спадёт цепь, и не откроются во сне глаза
тогда она летит над землёй лёгким серебристым телом
отражается в окнах, освещает многоэтажки и верхушки сосен
подсказывает сове, где полевка, полевке — где ее нора
скользит по заборам и отпирает двери
в страну постоянного мая, где люди с песьими головами и собаки с глазами людей
дрейфуют в прохладной воде

ая закатывается за гору, уступает место
хромому дню, косноязычному, солнечному

***
вслед за сиренью
зацвести и опасть
в зелёную буйную пропасть
раблезианского пира

где гниение это
сплетение гибких тел
любого размера
на краю вымирания
аромат миндаля
вдалеке от миндального дерева

дворняга метит
свой мир и ловит в пасть
шарик земной и слюнявит его и вонзает клыки с любовью к любому
кто входит в игру

***
вниз головой мерцающее пространство
урони песчинку и нарастёт кристалл
и зазвенит как витрины хрустальной ночью

пальчики непослушные как вьюны
не дозрела черника зрачков но уже слетелась
воробьиная стайка
чирикают об охотнике белом-белом
с ледяным ружьём с катарактой на левом глазу

***
больше схожа с тобой лазурь
чем ты сама с собой

дрожащее пятно
газового огонька

завороженному откроется
траур герметичности
на такой волне
которую не поймаешь с земли

где твое синее одеяние
почему ты вся в белом
мария

***
выходи гудеть
как жираф во сне
или кто ещё
неизвестный мне

to ti en einai
в капсуле цветка
видит первый сон
но издалека

грозный царь царей
чует тайну тайн
спрячь ее в рукав
to ti en einai