Часть 7. Постепенное улучшение. (предыдущая часть тут).

Проблема коррупции не решается моментально, нужно создавать дополнительные системы мотивации, новые правила игры, пилотные проекты, добавлять реальные KPI, пытаться выстроить в одном направлении интересы чиновников, их желания с государственными и общественными задачами.

Только вот этими мерами можно что-то поменять с коррупцией.

Хочу отметить, в моих предложениях по борьбе с коррупцией сознательно нет никакой идеологии, потому что никакая идеология, на мой субъективный взгляд, не помогает заставить людей не думать о собственных интересах, к сожалению.

Что хочется сказать в заключении: я описал вам все эти вещи, понимая, что большинство читающих никак с коррупцией не поборются, кроме как с коррупцией в себе. Это задача государственного масштаба, это задача чиновников высокого уровня.

Я попытался дать вам объяснения, ответы, чтобы вы понимали, какая это не простая проблема и какие пути решения ее существуют.

Пояснить, что все не так легко, что это гораздо сложнее.

Что же делать обычному человеку, который в борьбе с коррупцией и к организации государственной власти никакого отношения не имеет?

Очевидно, что не брать взяток, не давать взяток самому, стараться решить вопросы по "белому" и никогда не переходить черту, не нарушать закон. Это опасно, это влечет за собой большие риски. Помните это и всегда держите в голове.

Завтра выйдет заключительный пост по теме «коррупция», где я разберу, как устроена коррупция а США. И на этом, я думаю, можно будет поставить финальную точку по этому вопросу.

Если есть какие-то вопросы, можно задать их в комментариях.

Пробежимся по основным моментам переговоров Трампа и Путина:

1) Различные источники активно публикуют основные тезисы разговора, но информации весьма мало, хотя сам разговор шел очень долго. Значит лидеры говорили по делу.

2) Я считаю, что маленькую победу с этих переговоров унес Трамп — наше согласие перестать стрелять по энергетической инфраструктуре. Это, кстати, маленькая победа и для Украины.

3) Много говорили про ядерное сдерживание и Ближний Восток, то есть, в частности, об конфликте Ирана и Израиля, а именно Трамп спасал интересы американской стороны в регионе от ядерных ракет у Ирана и от гиперзвука у Хуситов. Это самое важное для американцев, это тут же попало в пресс-релиз Белого Дома.

4) Теперь ситуация по поводу договорнячка урегулирования конфликта и всех «плюшек» для России, которые готов предоставить Трамп, всё более четко вырисовывается: на столе не столько Украина, сколько разграничение сфер влияния по всему миру.

5) Мы увидели взрослые переговоры о собственных интересах, про торговые соглашения и масштабные инвестиционные проекты.

6) В качестве неплохих пиар поводов Путин выдал пару предложений, а именно, обмен пленными и требование остановить принудительную мобилизацию украинцев (пресс-релиз Кремля).

7) Эти 2.5 часа переговоров двух мировых лидеров еще раз дали понять, что участие Украины и ЕС не предполагается, а разрешение ситуации с военным конфликтом — это только один из вопросов в рамках договорнячка взаимовыгодного сотрудничества США и России.

8) Лидеры моментально назначали комиссии по разрешению конфликта и дату следующих переговоров с пометкой НЕМЕДЛЕННО. Подозреваю, что о большинстве комиссий мы с вами никогда и не узнаем, работа будет проходить на самом секретном уровне.

Пока так. Поговорили очень хорошо (как сообщили в CNN).

Часть 8.1. Коррупция в США. (предыдущая часть тут).

Поговорим теперь про США. Интересно же, что там с коррупцией? В каком смысле ее меньше, в каком смысле ее больше.

Меньше ее в том смысле, что на низовом уровне ее практически нет, зато коррупция на высших уровнях власти и в крупном бизнесе в США значительна. Объемы финансовых потоков, вовлеченных в коррупционные схемы, значительно превышают аналогичные показатели в большинстве стран мира, в том числе и в России.

Это обусловлено гигантским объемом американской экономики и колоссальным количеством денег, циркулирующем в финансовых и политических кругах.

Однако, в отличие от России, американская коррупция часто замаскирована под легальные механизмы, стараясь не вызывать открытого протеста граждан. Демократия же.

Давайте разберем, какие интересные случаи есть в США и как они до этого всего докатились.

Если не можешь побороть коррупцию, ее надо "оцивилизовывать", ее надо прятать. Почему? Потому что желание человека делать что-то в свою пользу не искоренимо.

Одним из наиболее ярких примеров такой "оцивилизованной" коррупции является институт лоббизма – это узаконенный механизм влияния на государственную политику через финансовые вливания.

Корпорации и частные лица легально перечисляют огромные суммы денег в фонды политических партий, лоббистским организациям и непосредственно политикам. За эти деньги лоббисты, являющиеся профессиональными игроками на политической арене, проталкивают интересы своих клиентов через принятие законов, регуляторных актов и государственных программ.

Это абсолютно легально, но грань между легитимным лоббированием и коррупцией часто размыта и зависит от контекста. Формально деньги используются для финансирования политических кампаний, а не для прямой покупки решений.

К чему это приводит? Рассмотрим на примере скандала с Boeing.

В 2017 году у компании line Air в Индонезии упал Boeing 737 MAX, в марте 2019 года такая же модель авиакомпании Ethiopian Airlines упала в Эфиопии.

Вскоре после этих катастроф власти различных стран стали запрещать эксплуатацию данного судна и власти США начали расследование против Boeing. Было выяснено, что компания затратила миллионы долларов на лоббирование регуляторов в FAA (Федеральное управление гражданской авиации США).

Расследование вскрыло не только технические недостатки самолета, но и серьезные проблемы в системе регулирования американского авиастроения, где влияние крупных корпораций позволило им избежать более строгого контроля и ответственности.

То есть они старались целенаправленно ослабить госнадзор за производством самолетов, что в результате привело к катастрофам с сотнями жертв, они тратили на это деньги вполне легально, они платили конкретным политикам, которые говорили: «слушайте, тут у нас авиа отрасль слишком сильно зажата, вот, пожалуй, давайте мы будем зажимать их поменьше, ведь они такие классные, у них очень много денег уходит на ваши меры безопасности».

И действительно, это прокатило, ведь в результате в 2018 году конгресс принял законопроект, который расширил полномочия Boeing в сфере обеспечения безопасности полетов, передав им собственно контроль, а возможности Федерального авиационного управления США ограничил.

Представьте: сидят аналитики компании Boeing и прикидывают, какое количество денег можно потратить на лоббизм ослабления контроля за безопасностью в строительстве самолетов для того, чтобы это было выгодно, дешевле, чем реально следить за этой безопасностью.

Я хочу подчеркнуть мысль, что коррупция в США тоже есть. Просто часть этой коррупции легализована под вот такой вот приглядный фасад.

В российских компаниях, я уверен, у руководителей бизнеса есть те же самые аналитики, которые тоже прикидывают, какие взятки и какого размера они могут кому дать, чтобы бизнес-процесс сходился, чтобы экономика компании не развалилась, точно также, как в США, просто в США часть этого находится над водой, а у нас все под водой.

Для тех, кто считает, что подводной части коррупции в США нет, я просто советую погуглить этот вопрос и все встанет на свои места.

Часть 8.2. (предыдущая часть тут).

Еще один результат легализации — это так называемый «эффект вращающихся дверей» (revolving door) – системное перемещение кадров между государственным сектором и коммерческими структурами.

Это целая проблема, которая напрямую связана с коррупцией.

Суть эффекта заключается в том, что компании намеренно нанимают бывших государственных служащих – чиновников, правоохранителей, регуляторов – используя их связи и знания внутренней кухни.

Эти люди, обладающие доступом к конфиденциальной информации, внутренним документам и налаженным контактам, представляют для своих новых работодателей колоссальную ценность. Их опыт работы в государственных органах позволяет им эффективно обходить бюрократические препятствия, предвидеть действия регуляторов и использовать знания, полученные в рамках предыдущей деятельности.

Классическим примером здесь служит сфера юриспруденции.

Лучшие адвокаты зачастую оказываются бывшими полицейскими или прокурорами. Их глубокое понимание правоохранительной системы, процедурных тонкостей и "подводных камней" делает их услуги невероятно востребованными.

Они знают, как работают изнутри правоохранительные органы, какие методы расследования используются, какие аргументы могут быть эффективны в суде и как максимально эффективно использовать законодательство в интересах своего клиента.

Переход из госструктур в коммерческие компании для таких специалистов становится прекрасной возможностью монетизировать накопленный опыт и связи.

Они не просто обладают профессиональными знаниями, но и имеют доверительные отношения с людьми, которые принимают решения в различных государственных инстанциях.

Внешне все может выглядеть законопослушно, но за кулисами происходит обмен услугами, информацией и лоббированием интересов, которые не всегда прозрачны и соответствуют общественным интересам.

Наличие таких связей позволяет коммерческим структурам получать недобросовестное преимущество перед конкурентами, а также влиять на процессы принятия решений в государственных органах в свою пользу.

Более подробно про этот феномен и реальные прецеденты можно прочитать тут.

То есть мэр, который ездит на велосипеде каждый день, это еще не показатель того, что в городе/стране отсутствует коррупция. Коррупция может быть скрыта за внешне безупречной репутацией и действовать на более тонком, сложно выявляемом уровне.

Нынешняя геополитическая ситуация натолкнула меня на одну очень занимательную мысль.

Давайте я попытаюсь ее объяснить на примере в меру комичной в меру поучительной истории.

Представьте себе компанию, где главный начальник – это Соединенные Штаты Америки. В этой компании работает сотрудница (Украина), которая долгое время получает финансовую поддержку от своего начальника в виде премий, льгот и т.п.

Она зарабатывала не так уж и много, в то время как её муж (Россия) обладал значительными финансовыми ресурсами.

В один момент между супругами произошел серьезный конфликт, приведший к тому, что муж перестал ей финансово помогать, оставив её практически без средств, отключив у нее все свои карты и счета.

Она повела себя гордо и сказала: «ну и не нужны мне твои подачки, я и сама справлюсь!»

Она, конечно же, рассчитывала, что добрый начальник так и продолжит ей платить высокие премии за, как ей казалось, хорошо выполняемую работу.

Коллеги сотрудницы (Европейский Союз) не проявляли достаточной поддержки, ограничиваясь совместным участием в некоторых корпоративных мероприятиях, при этом избегая серьезных финансовых вложений в ее благополучие и более тесного общения. Сотрудницу можно было назвать изгоем в этом коллективе, хотя она очень хотела попасть в их тусовку.

Так дела обстояли три года, пока в компании не произошла смена руководства.

Новый начальник, не желая продолжать практику щедрой финансовой поддержки предыдущего коллеги, заявил о нецелесообразности таких расходов на сотрудницу.

Кроме того, он публично выразил свою поддержку мужу сотрудницы, отмечая его правоту в сложившейся ситуации и обвиняя жену в чрезмерной зависимости от мужа, сказав: «правильно ты с ней поступил, а то расслабилась она у тебя в конец».

Это заявление вызвало волну возмущений среди коллег пострадавшей сотрудницы. Они обратились к новому начальнику с просьбой пересмотреть своё решение, подчеркивая неэтичность отказа в помощи в такой сложной ситуации, особенно учитывая тиранические наклонности мужа (ну так считали только коллеги, новый начальник видел ситуацию иначе).

Однако новый начальник стоял на своём, ссылаясь на множество собственных проблем внутри фирмы, которые ему оставил предшественник, и нежелание тратить ресурсы компании на поддержку сотрудницы, эффективность работы которой он ставил под сомнения.

Он предложил коллегам самостоятельно оказывать ей необходимую помощь, если они такие милосердные и считают эту помощь целесообразной.
⬇️

⬆️
Тогда группа коллег (в первую очередь Франция и Великобритания) взяла на себя инициативу по оказанию помощи сотруднице.

Их мотивация была частично обусловлена давними конфликтами с мужем сотрудницы, что придало их действиям элемент мести. Однако предложение по оказанию поддержки со стороны остальных коллег (членов ЕС) вызвало неодобрение.

Многих смущала непредвиденность финансовых обязательств и потенциальная неспособность обеспечить сотруднице необходимый уровень помощи без средств начальника.

Инициативные коллеги (Франция и Великобритания), понимая ограниченность своих ресурсов по сравнению с бывшим руководителем, начали осознавать, что оказание поддержки пострадавшей сотруднице станет для них огромным бременем.

Их энтузиазм столкнулся с реальностью: потребности сотрудницы значительно превосходили их возможности. Это заставило их серьезно задуматься о долгосрочной перспективе и потенциальных рисках, связанных с принятием на себя такой ответственности.

Ситуация поставила их в подвешенное положение: с одной стороны хотелось выделить деньги бедняжке назло ее мужу, с другой стороны их финансовые ресурсы к этому не располагали.

Между тем, новый начальник, завязал довольно приятельские отношения с мужем сотрудницы. Поговаривают, они даже пару раз созванивались по вечерам! Да еще и говорили каждый раз больше двух часов! А после этого, начальник звонил его жене (сотруднице) и объяснял, что стоит пойти на мировую с мужем, ведь он хороший парень.

Пошли слухи, что новый начальник не просто так был настроен помирить супругов, он с этого хотел поиметь выгоду. Ведь муж сотрудницы являлся весьма влиятельным бизнесменом, сотрудничество с которым могло бы значительно увеличить прибыль компании нового руководителя, да и самому мужу сотрудницы было бы неплохо заиметь такого бизнес-партнера.

Но остальным коллегам становилось все больше завидно (особенно двум инициативным), они возмущались: «это как же так, мы перед начальством и так и сяк, а оно на нас внимание не обращает, с нами не советуется, а зациклено на этом, который еще и в свое время дорогу нам перешел! Это мы должны быть на его месте! Какая несправедливость!»

Часть 1. Почему нельзя печатать деньги?

Сегодня мы углубимся в сложный, но крайне важный вопрос: почему бездумная печатать денег – это плохая идея, чреватая серьёзными последствиями.

Некоторые государства, стремясь к экономическому росту и процветанию, предлагают снизить ключевую ставку, чтобы стимулировать бизнес-активность и развитие новых секторов экономики.

Звучит заманчиво, правда?

Но зачастую такие предложения обходят стороной ключевой фактор – инфляцию.

Давайте разберем, что представляет собой инфляция, как она функционирует и почему вокруг нее разворачивается невидимая для обывателя борьба в экономических структурах власти.

Начнем с понимания того, что такое ключевая ставка Центрального Банка (ЦБ).

Это фундаментальный параметр, минимальный процент, под который ЦБ предоставляет кредиты коммерческим банкам – таким, как Сбербанк, ВТБ и многим другим.

Эти коммерческие банки, получив деньги от ЦБ под некоторый процент, используют их для дальнейших операций: выдачи кредитов физическим лицам и предприятиям, инвестиций в различные проекты и т.д.

Ключевая ставка – это не просто абстрактное число, это рычаг, с помощью которого государство регулирует экономическую активность.

Рассмотрим, как ключевая ставка влияет на стоимость кредитов для населения и бизнеса.

Если ключевая ставка, скажем, составляет 7,5%, то коммерческий банк, чтобы получить прибыль, добавит к этой ставке свой маржинальный процент, и, соответственно, кредит для клиента будет стоить примерно 9-10%.

Эта разница – прибыль банка, его заработок на предоставлении кредитов и взятии на себя всех рисков, комиссий и т.д.

Ключевая ставка влияет не только на стоимость кредитов, но и на уровень инфляции, количество денег в обращении, рентабельность бизнеса и множество других параметров.

Представьте ситуацию: если в экономике много дешевых денег, то даже низкая рентабельность бизнеса становится привлекательной.

Допустим, у вас есть производство с рентабельностью 5% – это значит, что вы зарабатываете 5% от вложенного капитала в год. Если денег много, и получить кредит легко и дешево, то даже 5% рентабельности могут казаться привлекательными для бизнесмена.

Однако, если ЦБ начнет печатать деньги бездумно, их количество в обращении резко возрастет.

Это приведет к снижению покупательной способности денег, а значит – к росту цен на товары и услуги – именно это и называется инфляцией.

Представьте, что количество денег удвоилось, а количество товаров и услуг осталось прежним.

Логично, что спрос на эти товары и услуги возрастет, и продавцы поднимут цены, чтобы заработать больше.

В результате, ваши 5% рентабельности могут оказаться недостаточными, поскольку цены на сырье, материалы и рабочую силу также вырастут.

Получается, что неконтролируемая эмиссия денег, печатание денег без учета реального состояния экономики, приводит к галопирующей инфляции, обесцениванию национальной валюты и, как следствие, к экономическому кризису.

Это разрушает сбережения граждан, делает невозможным долгосрочное планирование, и в конечном итоге – подрывает стабильность всей экономической системы.

Часть 2. Инфляция. (предыдущая часть тут).

Инфляция – это скрытый враг экономического процветания, невидимая сила, которая незаметно, но неумолимо подтачивает покупательную способность денег.

Она представляет собой постепенное, а иногда и стремительное обесценивание денежной массы, проявляющееся в устойчивом росте цен на товары и услуги.

Это не просто абстрактное экономическое понятие, а реальное явление, которое ощущается каждым гражданином на личном уровне.

Например, вчера вы могли купить килограмм яблок за 100 рублей, а сегодня уже за 110, а завтра и вовсе за 125.

Инфляция – это лакмусовая бумажка, показывающая состояние экономики страны, её финансового здоровья и эффективности государственного регулирования.

Высокая инфляция сигнализирует о серьёзных проблемах, требующих незамедлительных решений.

Опасность инфляции заключается в том, что она развивается по спирали.

Сейчас объясню, как это.

Представьте себе цепную реакцию: увеличение денежной массы в стране приводит к повышению спроса на товары и услуги. Производители, видя возросший спрос и имея возможность повышать цены, повышают их. Этот рост цен затрагивает все сферы – от продуктов питания до строительных материалов.

Подорожание сырья, энергоносителей, транспортных услуг заставляет производителей поднимать цены еще выше, что неминуемо ведет к росту стоимости готовой продукции.

Люди, сталкиваясь с постоянно растущими ценами, требуют повышения заработной платы, чтобы компенсировать потери покупательной способности.

Но рост зарплат стимулирует дальнейший рост цен, порождая бесконечный цикл, из которого очень сложно выбраться.

Эта инфляционная спираль может быстро набирать обороты, превращаясь в галопирующую инфляцию, которая способна разрушить экономику целой страны.

Её последствия катастрофичны: резкое падение уровня жизни, обнищание населения, социальная нестабильность, и даже политические потрясения.

Для того, чтобы сломать эту спираль, нужно применить жёсткие меры, которые часто непопулярны в обществе.

Например, снижение уровня потребления, сокращение государственных расходов и, что особенно болезненно, рост безработицы.

Часть 3. Монетарная политика. (предыдущая часть тут).

Монетарная политика государства – это сложный механизм, управляющий денежной массой в стране, и напрямую влияющий на экономическую стабильность.

Можно провести аналогию с обычным бизнесом: государство, подобно любой компании, имеет доходы и расходы, формирующие его годовой бюджет. Однако, в отличие от частной компании, государство обладает определёнными инструментами для решения этой проблемы.

Один из них – резервные фонды, аккумулируемые в благоприятные экономические периоды.

Эти резервы служат "подушкой безопасности" на случай непредвиденных обстоятельств или экономического спада, позволяя финансировать бюджетный дефицит без резких мер.

Но что делать, если резервов недостаточно?

Тогда государство обращается к заимствованиям, например, выпускает государственные облигации (в России — ОФЗ), предлагая инвесторам доход в обмен на предоставление кредита.

Если доверие к государству низкое, инвесторы могут отказаться от покупки облигаций, что оставляет государство без необходимого финансирования.

В такой ситуации, когда ни заимствования, ни резервы не могут покрыть дефицит, возникает крайняя мера – эмиссия денег, то есть печатание новых денежных знаков.

Именно здесь возникает соблазн для политиков – быстро и, казалось бы, легко решить проблемы, просто увеличив денежную массу в обращении.

Этот путь, выбранный, например, президентом Турции Эрдоганом, чья экономическая политика, основанная на искусственно низких процентных ставках и масштабной денежной эмиссии, приводит к катастрофическим последствиям.

Несмотря на неоднократные победы на выборах, проводимые, в том числе, за счёт финансирования лояльных политических сил, его политика обернулась гиперинфляцией, уровень которой в Турции сейчас примерно 40%.

Эрдоган, видимо, пренебрегая фундаментальными экономическими принципами, забывает, что бесконтрольный рост денежной массы без соответствующего увеличения количества товаров и услуг неизбежно ведет к инфляции.

Это происходит потому, что денег становится больше, а количество товаров и услуг остаётся прежним.

Если, условно, в стране было определенное количество товаров и услуг, а затем количество денег в обращении удвоилось без увеличения объёма производства, то цены поднимутся минимум вдвое.

И это ещё оптимистичный сценарий, поскольку в реальности инфляционные процессы могут быть гораздо более сложными и разрушительными, вызывая цепную реакцию роста цен на все товары и услуги (инфляционную спираль).

Часть 4. Контроль инфляции. (предыдущая часть тут).

Контроль инфляции является одной из ключевых задач для любого государства и его правительства.

Как только инфляция начинает расти, вернуть ее на прежний уровень становится крайне сложно.

Доверие граждан и инвесторов к власти существенно подрывается, когда они видят, что правительство ведет себя неадекватно или неэффективно.

В таких условиях бизнес начинает терять уверенность, а инвесторы отказываются вкладывать свои средства в активы, номинированные в валюте данной страны.

Высокий уровень инфляции разрушает экономические процессы и приводит к серьезным последствиям для всей страны.

Правительство оказывается в сложной ситуации, балансируя между необходимостью печатать деньги для стимулирования экономики и желанием сохранить ценность национальной валюты.

По итогу, печатание денег НЕ приводит к устойчивому экономическому росту.

Это можно сравнить с попыткой пробежать марафон под воздействием наркотиков. Пробежать, конечно, можно, но в конце ты, скорее всего, умрешь. Вот тоже самое с печатанием денег для государства, инфляция убьет его экономику.

Точно так же, как спортсмену необходимо тренироваться и развивать свои навыки, чтобы достичь успеха, экономике требуется время и усилия для роста.

Нельзя просто взять и напечатать деньги, ожидая, что это приведет к мгновенному улучшению ситуации.

В большинстве случаев такой подход приводит лишь к резкому росту цен, выгоду от которого получают только отдельные предприятия или группы, которые имеют доступ к государственным субсидиям и кредитам.

В условиях капиталистической экономики необходимо, чтобы неэффективные бизнесы уходили с рынка. Это естественный процесс, который способствует выживанию лучших и наиболее конкурентоспособных компаний.

Если государство будет постоянно поддерживать слабые предприятия, вливанием в них не понятно каких денег, а потом приписывать им экономический рост, это приведет к искажению рыночных механизмов и потере эффективности экономики.

Множество чиновников и бизнесменов мечтают о снижении ключевой процентной ставки, чтобы увеличить свои прибыли за счет населения. Они рассчитывают, что инфляция поднимет цены, и в результате они получат больше, а мы — меньше.

Государство должно не допускать такого перераспределения.

Поэтому пока у нас есть Эльвира Набиуллина (глава Центробанка), которая стоит у дверей ЦБ и не позволяет чиновникам и бизнесменам получить доступ к печатному станку. Благодаря ей, а также ряду других толковых экономистов наша экономика все еще находится на плаву.

Почему я не уеду из России.

Мой дом — Россия, и я не собираюсь ее покидать.

Главный тезис моего сегодняшнего поста: Россия — это отличный актив, который сейчас находится на низах (если мы рассмотрим его с инвестиционной точки зрения), с которым все плохое уже произошло, а все хорошее, на мой взгляд, у него еще впереди.

Сейчас многие видят только негатив: санкции, международная изоляция, экономический спад.

Я считаю, что мы пережили самый мощный удар, который Запад мог нанести. Все предсказанные экономические потрясения, все возможные ограничения, — они уже здесь.

Мы адаптировались, выжили, и теперь перед нами открываются новые возможности, которые ранее были скрыты за неопределённостью, а разрушительный сценарий, который прогнозировали неадекватные пустословы, не состоялся.

Я не игнорирую сложностей. Экономический кризис ощущается, безусловно. Многие люди испытывают финансовые трудности, это нельзя отрицать.

Но если сравнивать с тем, что предсказывалось: полный коллапс экономики, гиперинфляция, массовый голод – ничего подобного не произошло.

Система, пусть и с трудом, но функционирует. Это говорит о некоторой устойчивости и способности к адаптации, что внушает оптимизм.

Российская власть ведет себя максимально адекватно. Многие опасались мобилизационной экономики, возврата к коммунизму, введения жесткой идеологии, национализации бизнеса, закрытия интернета. Ничего этого не случилось. И ставку, как просили некоторые сильно задолжавшие олигархи, вниз никто не скручивает.

Власть, возможно, не идеальна, но в данном случае она продемонстрировала сдержанность и прагматизм, избегая крайних мер, которые могли бы ещё больше усугубить ситуацию.

Это свидетельствует о разумном управлении кризисом, о попытке минимизировать негативные последствия. Мы избежали множества потенциальных катастроф.

Экономические перспективы, конечно, туманны, но не безнадежны.

Санкции, хоть и болезненны, но стимулируют развитие отечественного производства, поиск новых рынков сбыта и технологическую независимость.

Это сложный, длительный процесс, который неизбежно приведёт к позитивным структурным изменениям в экономике, к появлению новых отраслей и технологий.

Конечно, этот путь сопряжён с трудностями, но он открывает новые возможности для развития. Мы видим, как российские компании адаптируются к новым условиям, находят новые пути развития.
⬇️

⬆️
А что там на Западе?

Экономические перспективы на Западе неоднозначны и значительно отличаются от часто встречающихся упрощенных представлений, распространяемых в интернете.

Рациональный подход к выбору места жительства должен основываться на объективных экономических показателях.

То есть необходимо сравнивать уровень инфляции, безработицы, доступность трудоустройства, цены на недвижимость и, что немаловажно, затраты на её содержание и обслуживание, то есть выбирать место такое, где будешь жить хотя бы также, как привык жить тут.

Западный мир, на мой скромный взгляд, находится на пороге рецессии (если уже не в ней).

Во всем мире сейчас пожар, в котором "горят" все дома – высокая двузначная инфляция, растущая безработица, падение покупательной способности – все эти факторы создают крайне неблагоприятную экономическую среду.

Переезд в страну, экономика которой только начинает испытывать подобные трудности и не понятно, как отреагирует на такие сдвиги, представляется не самым рациональным решением, такая перспектива весьма сомнительна.

Если серьезно, то трудности, с которыми я сталкиваюсь и могу столкнуться в России, кажутся мне преодолимыми, а сам процесс преодоления воспринимается мной как интересный и полезный опыт не только в личном плане, но и для общества в целом.

В России, на мой взгляд, отдача от приложенных усилий в сфере труда или бизнеса гораздо выше, чем на Западе.

Запад – это уже сформировавшаяся система. В ее структуре вряд ли предполагаются какие-то тектонические сдвиги (особенно позитивные). Тем более там очень высокая конкуренция.

В России если ты хоть что-то делаешь хорошо, это быстро начинает развиваться и приносить деньги. В нашей стране, по сути, отсутствует долгосрочная бизнес-традиция.

У нас нет банков с вековыми историями (не берем Сбербанк, ничего общего между ним и сберкассой нет), у нас нет старых семей, которые на протяжении многих поколений владели бы определёнными бизнесами (самые старые предприниматели ведут свои дела чуть более 20 лет, так как государство у нас молодое).

В России просто другое отношение к рентабельности.

Если взять, к примеру, Швейцарию, где ключевая процентная ставка близка к нулю, то там бизнес с доходностью в 3% в год считается вполне удачным. Это довольно хорошая рентабельность для этой страны, и многие предприниматели готовы работать в таких условиях.

В России такая ситуация не приемлема. Здесь, из-за высоких рисков и неопределенностей, никто не захочет заниматься бизнесом, который приносит лишь 3-5% прибыли. Это просто неинтересно и невыгодно.

Российские предприниматели стремятся к более высоким показателям рентабельности (20-30%) и будут находить такие бизнес-идеи, поскольку конкуренция в ряде отраслей не столь велика и нет свободного движения капитала.

Мы, как люди, которые родились в этой стране, хорошо понимаем все риски и нюансы, которые сопровождают ведение бизнеса здесь, а как можно вести бизнес в Европе с маржинальностью в 3-5%, не имея, скажем, сети из ста кофеен, я вообще не представляю.

Я патриот своей страны и хочу внести свой вклад в преодоление трудностей, с которыми столкнулась Россия. Бегство за границу в сложное время – это не для меня.

Я считаю, что оставаться и жить в России – это разумное и правильное решение. Для меня это очевидный и единственный верный выбор. Я верю в будущее России и готов принимать непосредственное участие в её развитии.

Давайте разберем выступление Президента России Владимира Путина на съезде РСПП 18 марта.

Президент четко обозначил новый этап в экономической стратегии страны.

Его ключевой посыл заключался в следующем:

”Санкции — это не временные или точечные меры, это механизм системного, стратегического давления на нашу страну. И как бы ни складывалась обстановка, какой бы ни была система международных отношений, у наших конкурентов всегда будет стремление сдержать нашу страну, ослабить её экономические и технологические возможности”.

”Санкции, ограничения — это реальность существующего сегодня нового этапа развития, в который вошёл весь мир, вся мировая экономика. Глобальная конкурентная борьба обострилась и приобретает всё более изощрённый и при этом непримиримый характер”.

В. Путин ясно дал понять, что "как прежне" уже не будет.

Он подчеркнул, что мир вступил в новую фазу развития, характеризующуюся обострившейся глобальной конкурентной борьбой, которая не ограничивается экономическими санкциями.

Она пронизывает все сферы взаимодействия, от технологического сотрудничества до информационного пространства. Более того, сама природа этой конкуренции изменилась, став гораздо более жесткой и бескомпромиссной, чем прежде.

Многие в России, возможно, питают иллюзии относительно скорой отмены санкций и возвращения к старому порядку вещей.

Владимир Владимирович прямо опровергает эти ожидания.

Он отметил, что желание вернуться к досанкционному периоду – это в значительной степени обманчивая ностальгия по временам, когда Россия была гораздо более зависима от внешних игроков, значительно более уязвима к внешнему давлению и менее самостоятельна в ключевых областях.

Эта зависимость, хотя и казалась удобной в краткосрочной перспективе, оказалась в конечном итоге контрпродуктивной, превратившись в инструмент давления со стороны западных стран.

Например, если на российский рынок вернется Boeing, то это неминуемо затормозит развитие собственного авиастроения и создания отечественных двигателей.

Аналогично, полное возобновление доступа к системе SWIFT остановит создание независимой российской платежной инфраструктуры, лишив страну важнейшего элемента суверенитета в финансовой сфере.

И, допустим, массовое возвращение импортной одежды (брендов) на рынок подорвет усилия отечественных производителей, которые стараются адаптироваться к новым условиям и заниматься восстановлением отечественного производства.

Конечно, можно сказать, что сейчас наши продукты на голову слабее западных аналогов, но если мы сейчас вернемся к активному использованию импорта, то отечественный рынок опять встанет и заглохнет.

Этого допускать нельзя.

Сейчас необходимы качественные улучшения в производстве товаров и услуг, отечественных продуктов, которые смогут наравне конкурировать с импортными товарами как внутри страны, так и за ее пределами (экспорт).

То есть в своем послании Президент России дал нам всем понять, что "как раньше" уже не будет, что наша задача сейчас заключается в необходимости принять реальность новой геополитической и экономической конкуренции и сосредоточиться на долгосрочной стратегии развития, ориентированной на достижение технологического суверенитета и экономической независимости.

Россия продолжит двигаться своим курсом, а многие из ограничений (которые мы уже научились обходить) останутся.

Считаю, что сейчас надо думать не о том, “когда же будет как раньше”, а о том, какой будет реальность в будущем.

Акции. Россия или США?

Если рассматривать динамику двух показателей - индекса Московской биржи и индекса S&P 500, то можно увидеть разрыв между ростом индекса Московской биржи на 3000% с 1996 года и ростом S&P 500 на 940%.

Разбирающиеся читатели сразу же могут возмутиться, сказав, что в одном случае ты инвестируешь в рублях, а другом - в долларах. А рубль постоянно обесценивается к доллару, тем самым и получаются эти 3000%.

Хорошо, тогда давайте для более объективного сравнения учтем изменения валютного курса. Для такой оценки доходности российских акций в долларах используется индекс РТС.

Но даже с учетом этого корректирующего фактора, индекс РТС долгое время превосходил S&P 500 по темпам роста, уступив ему лишь недавно, в августе 2024 года (скорее всего не надолго).

Почему же "неэффективные", по мнению многих, российские компании демонстрируют более высокую доходность, чем высокотехнологичные американские гиганты?

Ответ кроется в структуре российской экономики: Россия является одним из крупнейших мировых экспортеров нефти и газа.

Процветание энергетического сектора напрямую влияет на динамику российского фондового рынка.

Период с 2001 по 2008 год демонстрирует яркий пример этой связи.

Цены на нефть за это время выросли почти в восемь раз, что привело к значительному росту индекса РТС и увеличению разрыва между ним и S&P 500, где как раз в это время начали лопаться доткомы.

Российский рынок демонстрирует повышенную чувствительность к геополитическим и экономическим потрясениям, это видно по резким спадам во время крупных событий.

Причина такой волатильности кроется, прежде всего, в решениях российских властей, направленных на защиту национального суверенитета, а не на развитие фондового рынка.

Стоит не забывать про эффект низкой базы (когда впечатляющие темпы роста того или иного индикатора объясняются его крайне низким стартовым показателем). Компании США наоборот довольно сильно переоценены.

Россия в начале нулевых выходила из нищеты и корректнее сравнивать два эти индекса, начиная с 2008 года, и тогда, разумеется, индекс S&P 500 будет выше. Но я хочу донести немного другую мысль.

Российский рынок на низах (об этом, кстати, писал тут). Риски выше, но чем они выше, тем выше и прибыль.

Сейчас многое будет зависеть от политической ситуации в стране (урегулирование конфликта на Украине и дальнейшая повестка власти).

Хочется уточнить, что успех же на фондовом рынке, будь то российском или американском, зависит не от слепого следования трендам и покупки "чего попало", а от тщательного анализа и выбора отдельных компаний.

Инвестирование – это не лотерея, а вдумчивый процесс, требующий понимания бизнес-модели компании, её финансового положения, стратегии развития и готовности руководства делиться прибылью с акционерами.

Успешный инвестор должен уметь прогнозировать перспективы развития компании и оценивать соответствующие риски.

Если применять подобный подход, то на российском фондовом рынке можно обнаружить достаточно привлекательных компаний с хорошим потенциалом для роста.

По предварительным оценкам, сохранение текущего курса рубля к доллару может привести к недополучению государством почти двух триллионов рублей.

Заложенный в федеральном бюджете на 2025 год курс доллара составлял 96,5 рубля.

С начала 2025 года российская валюта демонстрирует значительное укрепление (примерно 83 рубля к доллару).

Кто-то связывает такое укрепление с переговорами России и США, хотя такая причинно-следственная связь выглядит крайне сомнительной.

Ведь российский рубль фактически изолирован от мировой валютной системы, торговля долларом на официальном уровне ограничена, а курс формируется, по сути, на основе закрытых данных крупнейших банков страны, работающих под определенным контролем.

Возникает резонный вопрос: почему Центробанк и правительство не предпринимают более решительных мер для стабилизации ситуации и упорядочивания функционирования банковской системы?

Многие экономисты считают, что за укреплением рубля стоят интересы отдельных лиц или групп, заинтересованных в большой прибыли от операций с ОФЗ.

Именно приобретение ОФЗ по дешёвому рублю может быть главной целью, ради которой позволяют укрепляться рублю, несмотря на колоссальные потери государственного бюджета.

Видимо, кто-то решил хорошо заработать на ОФЗ, другого объяснения я тут не вижу.

В основе политической и экономической жизни России лежит противоречие между двумя группами, чьи интересы довольно-таки противоположны.

Эту идею я подсмотрел у Алексея Антонова:

"1. Чиновники (и немного силовики), которые отвечают за доходы (их KPI это заработанное и сэкономленное). Плюс граждане, которые платят нормальные налоги, сами и/или из бизнеса. Все они зарабатывают деньги.

2. Чиновники (и много силовики), которые отвечают за расходы — чем больше можно потратить денег, тем им лучше. Плюс граждане на социалке, которые платят налогов по-минимуму, или не платят вообще. Все они тратят деньги".

Успех первых напрямую зависит от экономического благополучия страны, от устойчивости финансовой системы и от стабильного притока налоговых поступлений.

Их цель – процветание страны, выраженное в сбалансированном бюджете и экономическом росте, что обеспечивает платежеспособность государства и социальную стабильность.

Успех вторых измеряется масштабом реализованных проектов, часто не связанных с долгосрочным экономическим развитием.

Для второй группы грандиозные, имиджевые проекты являются крайне привлекательными, так как обещают значительные финансовые потоки и расширение сферы влияния.

В отличие от первой группы, которая сосредоточена на долгосрочной перспективе и финансовой устойчивости страны, вторая группа ориентирована на краткосрочные выгоды и впечатляющие, но часто иллюзорные, результаты.

Если первая группа потерпит неудачу, страна столкнется с финансовым крахом, гиперинфляцией, или другими тяжелыми экономическими последствиями.

И вторая группа неизменно будет обвинять первую в некомпетентности и неспособности управлять государством, перекладывая ответственность за собственные промахи.

Россия функционирует в условиях постоянного противостояния между этими группами, стремящимися к противоположным целям.

Это противостояние лежит в основе многих политических и экономических проблем страны и затрудняет реализацию долгосрочных планов развития.

А объяснение этих тонкостей большинству населения очень не простая задача (и скорее всего бесполезная), что позволяет второй группе весьма успешно манипулировать общественным мнением и добиваться своих целей, часто в ущерб долгосрочному процветанию страны.

В недавней публикации New York Times появилась обширная статья, в которой администрация президента Дональда Трампа подвергла критике администрацию бывшего президента Джо Байдена, акцентируя внимание на вопросах, касающихся ведения войны на Украине.

В статье напрямую говорится, как Украина ("независимое" государство) на самом деле самостоятельно принимает решения и как в каждом аспекте её военных операций прослеживается влияние Соединённых Штатов и стран Европы.

Статья начинается с описания события, произошедшего весной, всего через два месяца после начала вторжения российских войск на украинскую территорию:

"Весенним утром, через два месяца после того, как армия Владимира Путина вторглась на Украину, колонна автомобилей без опознавательных знаков подъехала к углу улицы в Киеве и забрала двух мужчин средних лет в гражданской одежде".

"Пассажирами были высокопоставленные украинские генералы. Их пунктом назначения была Клэйд-Казерн, штаб-квартира армии США в Европе и Африке в Висбадене, Германия. Их задачей было помочь в создании того, что впоследствии стало одним из самых тщательно охраняемых секретов войны на Украине".

Это подчеркивает, что ключевые операции Вооружённых сил Украины, проводившихся на полях сражений, на самом деле управлялись с американской базы в Германии.

Расследование New York Times показывает, что вовлечённость Америки в конфликт на Украине была гораздо более глубокой и масштабной, чем это предполагалось ранее.

Один из высокопоставленных руководителей европейской разведки, комментируя ситуацию, отметил, что он был ошеломлён, узнав, насколько глубоко его коллеги из НАТО были вовлечены в украинские военные операции. Он выразил своё недоумение словами: "Теперь они являются частью преступной группировки".

Также в статье говорится о различиях в подходах между американскими и украинскими военными:

"В то время как американцы сосредоточились на измеримых, достижимых целях, они считали, что украинцы постоянно стремятся к большой победе, к яркому, блестящему призу. Украинцы, в свою очередь, часто считали, что американцы их сдерживают. Украинцы стремились к безоговорочной победе в войне".

"По мере того, как украинцы добивались большей автономии в рамках партнёрства, они всё чаще держали свои намерения в секрете. Они постоянно злились из-за того, что американцы не могли или не хотели предоставить им всё необходимое оружие и другое снаряжение. Американцы, в свою очередь, злились из-за того, что, по их мнению, было необоснованными требованиями украинцев, а также из-за их нежелания предпринимать политически рискованные шаги для усиления своих значительно уступающих в численности войск".

Ох уж эти ВЕЛИКИЕ ЦЕЛИ. Потом попытки выполнить невыполнимое. Ожидаемый провал. Далее осуждение и обвинение всех вокруг в своих неудачах. И по итогу, плачь и высасывание помощи из Европы и США по новой.

Далее в статье представлено описание боевых действий с интересными подробностями и фактами. Например, про наступление украинцев на Курск:

"10 августа начальник резидентуры ЦРУ также уехал на работу в штаб-квартиру. В суматохе командования генерал Сырский сделал свой ход — отправил войска через юго-западную границу России в район Курска.

Для американцев развертывание вторжения стало существенным нарушением взаимного доверия. Дело было не только в том, что украинцы снова держали их в неведении; они тайно пересекли взаимно согласованную линию, доставив поставляемое коалицией [НАТО] оборудование на российскую территорию, покрываемую оперативным штабом [encompassed by the ops box], в нарушение правил, установленных при его создании.

Оперативный штаб был создан для предотвращения гуманитарной катастрофы в Харькове, а не для того, чтобы украинцы могли воспользоваться им для захвата российской земли. «Это был не почти шантаж, это был шантаж», — сказал высокопоставленный чиновник Пентагона.

Американцы могли бы отключить оперативный штаб. Однако они знали, что, как объяснил представитель администрации, это «может привести к катастрофе»: украинские солдаты в Курске погибнут, не будучи защищенными ракетами HIMARS и американской разведкой".

Видимо, по совету Лондона (или в групповом кокаиновом угаре) они решили поставить США ПЕРЕД ФАКТОМ, что так и так, мы идем в атаку!

Гениальная тактика ведения боевых действий, которая, конечно же, провалилась.

«Такие вот богатые у нас некоторые чиновники».

Прокуратура взялась за рекламу госслужбы. Молодцы! Так держать!

Из важного за сегодня: