Ты меня, моё солнце
Ты меня, моё солнце,
Всё равно не согреешь,
Ты горишь слишком тихо,
Я хочу слишком знойно!
Ты меня, моё сердце,
Всё равно не услышишь,
Ты стучишь слишком звонко,
Я зову слишком робко!
Ты меня, моё счастье,
Всё равно не утешишь,
Ты солжёшь слишком нежно,
Я пойму слишком горько!
Ты меня, мой любимый,
Всё равно не полюбишь.
Я горю слишком ярко -
Ты возьмёшь слишком просто!
Тэффи, 1923 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Ты меня, моё солнце,
Всё равно не согреешь,
Ты горишь слишком тихо,
Я хочу слишком знойно!
Ты меня, моё сердце,
Всё равно не услышишь,
Ты стучишь слишком звонко,
Я зову слишком робко!
Ты меня, моё счастье,
Всё равно не утешишь,
Ты солжёшь слишком нежно,
Я пойму слишком горько!
Ты меня, мой любимый,
Всё равно не полюбишь.
Я горю слишком ярко -
Ты возьмёшь слишком просто!
Тэффи, 1923 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤28❤🔥21👏12
Песня последней встречи
Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки.
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.
Показалось, что много ступеней,
А я знала — их только три!
Между кленов шепот осенний
Попросил: «Со мною умри!
Я обманут моей унылой,
Переменчивой, злой судьбой».
Я ответила: «Милый, милый!
И я тоже. Умру с тобой…»
Это песня последней встречи.
Я взглянула на темный дом.
Только в спальне горели свечи
Равнодушно-желтым огнем.
Анна Ахматова, 1911 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки.
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.
Показалось, что много ступеней,
А я знала — их только три!
Между кленов шепот осенний
Попросил: «Со мною умри!
Я обманут моей унылой,
Переменчивой, злой судьбой».
Я ответила: «Милый, милый!
И я тоже. Умру с тобой…»
Это песня последней встречи.
Я взглянула на темный дом.
Только в спальне горели свечи
Равнодушно-желтым огнем.
Анна Ахматова, 1911 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤33❤🔥27🔥8💔6
Григорий Мясоедов. Страдная пора. Косцы. 1887
Холст, масло. 164 × 282 см
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Холст, масло. 164 × 282 см
Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤35👍9👀3
Сирень
Из букета целого сиреней
Мне досталась лишь одна сирень,
И всю ночь я думал об Елене,
А потом томился целый день.
Всё казалось мне, что в белой пене
Исчезает милая земля,
Расцветают влажные сирени,
За кормой большого корабля.
И за огненными небесами
Обо мне задумалась она,
Девушка с газельими глазами
Моего любимейшего сна.
Сердце прыгало, как детский мячик,
Я, как брату, верил кораблю,
Оттого, что мне нельзя иначе,
Оттого, что я ее люблю.
Николай Гумилев, 1917 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Из букета целого сиреней
Мне досталась лишь одна сирень,
И всю ночь я думал об Елене,
А потом томился целый день.
Всё казалось мне, что в белой пене
Исчезает милая земля,
Расцветают влажные сирени,
За кормой большого корабля.
И за огненными небесами
Обо мне задумалась она,
Девушка с газельими глазами
Моего любимейшего сна.
Сердце прыгало, как детский мячик,
Я, как брату, верил кораблю,
Оттого, что мне нельзя иначе,
Оттого, что я ее люблю.
Николай Гумилев, 1917 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤🔥44❤31👏8👍5⚡1
Николай Дубовской. Родина. 1905
Холст, масло. 165 × 275 см
Омский областной музей изобразительных искусств имени М. А. Врубеля, Омск
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Холст, масло. 165 × 275 см
Омский областной музей изобразительных искусств имени М. А. Врубеля, Омск
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤30👏6
Вернуть любовь
...То ненависть пытается любить
Или любовь хотела б ненавидеть?
Минувшее я жажду возвратить,
Но, возвратив, боюсь его обидеть,
Боюсь его возвратом оскорбить.
Святыни нет для сердца святотатца,
Как доброты у смерти... Заклеймен
Я совестью, и мне ли зла бояться,
Поправшему любви своей закон!
Но грешники – безгрешны покаяньем,
Вернуть любовь – прощение вернуть.
Но как боюсь я сердце обмануть
Своим туманно-призрачным желаньем:
Не месть ли то? Не зависть ли? Сгубить
Себя легко и свет небес не видеть...
Что ж это: зло старается любить,
Или любовь мечтает ненавидеть?..
Игорь Северянин, 1908 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
...То ненависть пытается любить
Или любовь хотела б ненавидеть?
Минувшее я жажду возвратить,
Но, возвратив, боюсь его обидеть,
Боюсь его возвратом оскорбить.
Святыни нет для сердца святотатца,
Как доброты у смерти... Заклеймен
Я совестью, и мне ли зла бояться,
Поправшему любви своей закон!
Но грешники – безгрешны покаяньем,
Вернуть любовь – прощение вернуть.
Но как боюсь я сердце обмануть
Своим туманно-призрачным желаньем:
Не месть ли то? Не зависть ли? Сгубить
Себя легко и свет небес не видеть...
Что ж это: зло старается любить,
Или любовь мечтает ненавидеть?..
Игорь Северянин, 1908 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤32❤🔥9👏9🔥4👍1
Пригвождена
Пригвождена к позорному столбу
Славянской совести старинной,
С змеею в сердце и с клеймом на лбу,
Я утверждаю, что – невинна.
Я утверждаю, что во мне покой
Причастницы перед причастьем.
Что не моя вина, что я с рукой
По площадям стою – за счастьем.
Пересмотрите всё мое добро,
Скажите – или я ослепла?
Где золото мое? Где серебро?
В моей руке – лишь горстка пепла!
И это всё, что лестью и мольбой
Я выпросила у счастливых.
И это всё, что я возьму с собой
В край целований молчаливых.
Марина Цветаева, 1920 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Пригвождена к позорному столбу
Славянской совести старинной,
С змеею в сердце и с клеймом на лбу,
Я утверждаю, что – невинна.
Я утверждаю, что во мне покой
Причастницы перед причастьем.
Что не моя вина, что я с рукой
По площадям стою – за счастьем.
Пересмотрите всё мое добро,
Скажите – или я ослепла?
Где золото мое? Где серебро?
В моей руке – лишь горстка пепла!
И это всё, что лестью и мольбой
Я выпросила у счастливых.
И это всё, что я возьму с собой
В край целований молчаливых.
Марина Цветаева, 1920 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤55🔥12👍7👏6❤🔥4🕊1
Василий Кандинский. Два овала. 1919
Холст, масло. 107,0 × 89,5 см
Русский музей, Санкт-Петербург
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Холст, масло. 107,0 × 89,5 см
Русский музей, Санкт-Петербург
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤31🤔9🔥1👀1
В хате
Пахнет рыхлыми драченами;
У порога в дежке квас,
Над печурками точеными
Тараканы лезут в паз.
Вьется сажа над заслонкою,
В печке нитки попелиц,
А на лавке за солонкою –
Шелуха сырых яиц.
Мать с ухватами не сладится,
Нагибается низко,
Старый кот к махотке крадется
На парное молоко.
Квохчут куры беспокойные
Над оглоблями сохи,
На дворе обедню стройную
Запевают петухи.
А в окне на сени скатые,
От пугливой шумоты,
Из углов щенки кудлатые
Заползают в хомуты.
Сергей Есенин, 1914 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Пахнет рыхлыми драченами;
У порога в дежке квас,
Над печурками точеными
Тараканы лезут в паз.
Вьется сажа над заслонкою,
В печке нитки попелиц,
А на лавке за солонкою –
Шелуха сырых яиц.
Мать с ухватами не сладится,
Нагибается низко,
Старый кот к махотке крадется
На парное молоко.
Квохчут куры беспокойные
Над оглоблями сохи,
На дворе обедню стройную
Запевают петухи.
А в окне на сени скатые,
От пугливой шумоты,
Из углов щенки кудлатые
Заползают в хомуты.
Сергей Есенин, 1914 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤42👏12🔥11👍1
Григорий Мясоедов. Сам с собою, или Игра в шахматы. 1907
Холст, масло. 90 × 63 см
Музей шахмат, Москва, Россия
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Холст, масло. 90 × 63 см
Музей шахмат, Москва, Россия
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤32❤🔥7😢7👍2🤔1
Москва! Какой огромный
Москва! Какой огромный
Странноприимный дом!
Всяк на Руси – бездомный.
Мы все к тебе придем.
Клеймо позорит плечи,
За голенищем – нож.
Издалека-далече –
Ты все же позовешь.
На каторжные клейма,
На всякую болесть –
Младенец Пантелеймон
У нас, целитель, есть.
А вон за тою дверцей,
Куда народ валит, –
Там Иверское сердце,
Червонное горит.
И льется аллилуйя
На смуглые поля.
– Я в грудь тебя целую,
Московская земля!
Марина Цветаева, 1916 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Москва! Какой огромный
Странноприимный дом!
Всяк на Руси – бездомный.
Мы все к тебе придем.
Клеймо позорит плечи,
За голенищем – нож.
Издалека-далече –
Ты все же позовешь.
На каторжные клейма,
На всякую болесть –
Младенец Пантелеймон
У нас, целитель, есть.
А вон за тою дверцей,
Куда народ валит, –
Там Иверское сердце,
Червонное горит.
И льется аллилуйя
На смуглые поля.
– Я в грудь тебя целую,
Московская земля!
Марина Цветаева, 1916 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤🔥31❤29🔥8⚡1
Поэзия
Пусть для ваших открытых сердец
До сих пор это - светлая фея
С упоительной лирой Орфея,
Для меня это - старый мудрец.
По лицу его тяжко проходит
Бороздой Вековая Мечта,
И для мира немые уста
Только бледной улыбкой поводит.
Иннокентий Анненский, 1904 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Пусть для ваших открытых сердец
До сих пор это - светлая фея
С упоительной лирой Орфея,
Для меня это - старый мудрец.
По лицу его тяжко проходит
Бороздой Вековая Мечта,
И для мира немые уста
Только бледной улыбкой поводит.
Иннокентий Анненский, 1904 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤21👏6
Максимилиан Волошин
"То, что мы называем «пошлостью», есть только признак глубокого и органического развития искусства; лишь на этой основе может возникнуть истинная утонченность, необходимая точность оттенков. Средняя литература есть тот канонический фундамент, на котором может укрепиться и стать твердой ногой индивидуальность. И это движение упора чаще всего имеет лик отрицания"
✍️ Серебряный век @silverage_tg
"То, что мы называем «пошлостью», есть только признак глубокого и органического развития искусства; лишь на этой основе может возникнуть истинная утонченность, необходимая точность оттенков. Средняя литература есть тот канонический фундамент, на котором может укрепиться и стать твердой ногой индивидуальность. И это движение упора чаще всего имеет лик отрицания"
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤18🤔6
Глаза участливой соседки
Глаза участливой соседки
И ровные шаги старушьи.
В руках, свисающих как ветки —
Божественное равнодушье.
А юноша греметь с трибуны
Устал. — Все молнии иссякли. —
Лишь изредка на лоб мой юный
Слова — тяжёлые, как капли.
Луна как рубище льняное
Вдоль членов, кажущихся дымом.
— Как хорошо мне под луною —
С нелюбящим и нелюбимым.
Марина Цветаева, 1920 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Глаза участливой соседки
И ровные шаги старушьи.
В руках, свисающих как ветки —
Божественное равнодушье.
А юноша греметь с трибуны
Устал. — Все молнии иссякли. —
Лишь изредка на лоб мой юный
Слова — тяжёлые, как капли.
Луна как рубище льняное
Вдоль членов, кажущихся дымом.
— Как хорошо мне под луною —
С нелюбящим и нелюбимым.
Марина Цветаева, 1920 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤25❤🔥11👍4👏4🔥1🙏1
Михаил Врубель. Муза. 1896
Государственная Третьяковская галерея, Москва
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Государственная Третьяковская галерея, Москва
✍️ Серебряный век @silverage_tg
❤28🔥21🕊2
Наш марш
Бейте в площади бунтов топот!
Выше, гордых голов гряда!
Мы разливом второго потопа
перемоем миров города.
Дней бык пег.
Медленна лет арба.
Наш бог бег.
Сердце наш барабан.
Есть ли наших золот небесней?
Нас ли сжалит пули оса?
Наше оружие – наши песни.
Наше золото – звенящие голоса.
Зеленью ляг, луг,
выстели дно дням.
Радуга, дай дуг
лет быстролётным коням.
Видите, скушно звезд небу!
Без него наши песни вьем.
Эй, Большая Медведица! требуй,
чтоб на небо нас взяли живьем.
Радости пей! Пой!
В жилах весна разлита.
Сердце, бей бой!
Грудь наша – медь литавр.
Владимир Маяковский, 1917 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
Бейте в площади бунтов топот!
Выше, гордых голов гряда!
Мы разливом второго потопа
перемоем миров города.
Дней бык пег.
Медленна лет арба.
Наш бог бег.
Сердце наш барабан.
Есть ли наших золот небесней?
Нас ли сжалит пули оса?
Наше оружие – наши песни.
Наше золото – звенящие голоса.
Зеленью ляг, луг,
выстели дно дням.
Радуга, дай дуг
лет быстролётным коням.
Видите, скушно звезд небу!
Без него наши песни вьем.
Эй, Большая Медведица! требуй,
чтоб на небо нас взяли живьем.
Радости пей! Пой!
В жилах весна разлита.
Сердце, бей бой!
Грудь наша – медь литавр.
Владимир Маяковский, 1917 год
✍️ Серебряный век @silverage_tg
🔥25⚡5❤4