Мы не боимся смерти, скорее жизни,
Здесь ничто не важно, но все колышет,
А если бежим, то всегда по кругу,
Пытаясь счастье найти друг в друге,

Есть ряд явлений в том роде,
И коровье молоко уже не в моде.
Как все блага, произошедшие от мести,
Мы, все имея, утопаем в бедности.

Впадая в ступор от вопроса зачем,
Который обличает основу мнительности,
Поскольку вещи при избытке становятся тем,
Чем они являются в действительности

А именно, сгустком пустоты,
С которым из-за родства на ты.
Пройдет пара десятков лет и мы
Станем морщинистыми детьми.

Когда отправила фронтэндеру код с кучей багов

Ура, я пережила хакатон

шок Ленин помер

Снимая одежду, не забудь снять кожу,
Не бойся узнать, насколько ты ничтожен,
Пусть мерзка, грязна и неприглядна,
Но в любом случае, правда есть правда.

Посмотри на себя, а не на то, что видно в отражении,
На то, что взялось из ничего, но все равно идет к сужению.
На то, что тянется к демонам от чувства родства,
На то, что не могло бы в другой почве произрастать.

Объятый чем угодно, но не руками,
Однородный как наполнение статуй.
Почти слился с ландшафтом,
поскольку по нему размазан,
Как затертая до дыр, потерявшая смысл, фраза.

Мы не боимся смерти, скорее жизни,
Здесь ничто не важно, но все колышет,
А если бежим, то всегда по кругу,
Пытаясь счастье найти друг в друге,

Есть ряд явлений в том роде,
И коровье молоко уже не в моде.
Как все блага, произошедшие от мести,
Мы, все имея, утопаем в бедности.

Впадая в ступор от вопроса зачем,
Который обличает основу мнительности,
Поскольку вещи при избытке становятся тем,
Чем они являются в действительности

А именно, сгустком пустоты,
С которым из-за родства на ты.
Пройдет пара десятков лет и мы
Станем морщинистыми детьми.