В ДВЕРЯХ 6. ТРАНЗИТ
в творожке оказалась монета —
екатерининская копейка.
зубу не сильно хотелось этого —
пострадать за невкусный клад
и лежать со сломанной шейкой
на столе и кричать невпопад:

злодобрейшие близне-
цы ц (небось цинциннаты?) —
смысловые слизни
с тран-
зита и гита-
ра звенит,
ободряющим цыганским
божествованием.
лбы — на таран,
карта не только бита,
но и байта.
восемь друзей
близнецов цинциннатов
доброзли до того,
что разбежались гусями,
как сказал бы великий гусё:
что ещё тут скажешь,
тут всё...

14/II/21-20/III/21

В ДВЕРЯХ 7. БУДУЩЕЕ

прилип к покрашенной лавке
бумажный листок с заклинанием,
которое кроет лаком
любой маня-мирок,

аркадий погладил ласково
листок, прочитал внимательно,
и сделался злобным раком,
попятившимся в водосток.

я кричу ему: аркадий, назад!
(относительно его взгляда — вперёд)
но аркадий не идёт назад,
аркадий ползёт.
(относительно его взгляда — назад)

и его рачье обличье
покрывается заклинательным лаком.
вот он лежит прилично
сувениром в привокзальной лавке
(выставляется раком).

поражение —
упечься за семь печатей
без дыхания и движения.
победа — это участие.

читаю заклинание наоборот,
слышу — лопаются панцири,
аркадий спасён, выбегает народ
из лавки — поседевшие иностранцы.

семеро небес, держите меня.
запрыгиваю в дверистую чащу.
здравствуй, треснувшая скорлупа!

позади — недостижимое.
сейчас — вечное уходящее.
и только будущее наступа...

14/II/21-20/III/21

Тут не трожь.
Нет. Трожь. Трожь. Трожь.
Дрожь. Дро-жь.
Хорош.

5/IV/21

Шевелухая коробка содрогается в полёте
мысли, жёваной бумаге уподобившись, пуская
слюни от того насколько ничего вы не поймёте,
от великого наскока и искры между сосками.

Я и сам не понимаю. Скуки смертной перестуки?
Среза тайны перемотка? Ну и ладно, ну и ну и,
ну и ну и, ну и ну и. Подступ жжёт и неприступен.
Из коробки, как из глины, расцветают поцелуи.

27/IV/21

Мы вот-вот и заживём.
Поболим и заживём.
Словно рана на собаке,
Поболим и заживём.

Любим досуха смеркать,
Любо-дорого смеркать.
Коль чужих не посмеркаешь,
То своих не грех смеркать.

Понимает, кто пожил -
невозможно не по лжи.
Только в сухожильном звоне
Укрепляется режим.

Мы вот-вот и заживём.
Подгниём и заживём.
Как зарубки на берёзе,
Подгниём и заживём.

Намечается прорыв,
Обязательный прорыв,
Ни одной из ссаных тряпок
Не заткнуть такой прорыв.

Грабли - чтобы огрести,
Всяку падаль огрести.
Так что, падаль, либо грабишь,
либо надо огрести.

Любим досуха смеркать,
Друга, ворога смеркать,
Чтобы высморкались светом -
Любо-дорого смеркать.

Намечается рывок,
Отрывающий рывок,
Чтобы башни отлетели,
Не сыскали рук да ног.

Так глядишь - и нажились,
По чуть-чуть, но нажились.
Пусть и не наумирались,
но хотя бы нажились.

27/IV/21

как фарса фарса фарс Эзопа
напробивались языки
зелёно-остренькие, хлопают
по ним крылами мотыльки,
туман разорванной материей
как между пальцев - между них,
шипит: критерии потеряны.
шипит: артерии - в растения.
шипит: вы будете расстреляны
под храп ждунов и всхлип ждуних.

22/V/21

Волосяные покровы ночи
Клочьями рассвет состриг,
Лысая розовая чупакабра
Бросилась нам в объятья.
От неожиданности выпал пончик,
Надкушенный в прежний миг
(Я крикнул ему: пока, брат!
(все люди и вещи - братья)).

22/V/21

Тепловая смерть щей вытягивает нос ветра:
Перевранные вертятся во гробах:
Секс параллельных вселенных в неевклидовых геометриях:
Потёрлись чёрными дырами - и большой бабах:
Солнце припекло макушку - и в голове мультиверсум-батл:
Разрыв цепей на отдельные пузыри:
Разрыв каната в сухие кальмары патл:
Разлом диафильмов, просмотренных изнутри:
Секс пузырей на ветру, громоздящем грозди:
Потёрлись цветными попками - и хлоп, хлопачок.
Неужели и за этой картиной прячется гвоздик:
Гвоздик, на котором повесилось всё и ничё?

28/V/21

История

Что-то дунуло в голову,
глаза надулись и лопнули.
На газоне стало немного скользко,
а мир стал чёрным, как лоск.
Другие смотрели, как заводил трактор
мужик с головой козла. Странный аттрактор,
в котором было немного нас,
разбушевался, как Фантомас,
взорвался бредом, а потом, возможно, погас.

Это один вариант развития событий.
В другом - начинается всё в "Магните".
Просроченные продукты на складе
начали друг друга гладить,
называть ласковыми словами.
Работники убежали с покачанными головами.
Теперь во дворе на лавке
покачиваются бабки,
и детка на горке
дёргает подбородком.
Всемирная компульсия
пытается держать руку на пульсе,
подсматривая за голой обсессией,
подвывая внутренним песням.

Или перчатку бросили наземь,
а она стала земляной царицей,
владычицей грязи.
В общем, большого полёта птицей.
Дуэль трансформировалась в бинарную оппозицию
и была деконструирована.
Потом кто-то вызвал полицию,
но она трансформировалась в конец истории,
которую построили, но потом перестроили.

Пара-пара-пам! Всё!

5/VI/21

Из пипетки накапано -
Нефть, глаза паука.
Между поршнем и клапаном
Ледяная рука.
И помахивать перьями
Прилетело назло
Чёрно-белое зверие,
Распростёрло излом.
Перевёрнутость линзою
Тошноту тормошит
И пытается слизывать
Самовары с души.

19/VI/21

Скептичная птица: цирк.
Падающее дерево: кра-а-а-х.
Пора отдавать концы
И шпарить на всех парах.
Честь знать и отдать,
Пока безнадёжно слаб.
Вода - для концов. Вода -
Когда недержание зла.
Вмурованный в колыбель
размерности, волн, полей,
Приляжешь дрожать под ель -
И сок побежит по ней.

26/VI/21

Над рекой слоями дымит надрез.
Размывай, низина, не надоест!
По глазам кручений и белых круч
Нулевая, впалая бродит муть.
И смотрю, придавленный, как сургуч,
На сонливо-сказочный ути-путь.
Ковылять по тропам, хрустеть безе,
Задыхаясь в липких кривых Безье.
Где оврагов бережная седина
Выпадает под ноги ледяна.
Где в ладони счётчик, стальной волчок
Крутит-мутит - и ветер в карман течёт.

11/VII/21-16/III/25

Человек на краю завода....
Лишняя точка.
Вышел на доз-
ор.
Перенос не в том месте.
Синий палимпсест рук - народное достояние.
Метафора не работает.
Только хули свистят!?
Опечатка.
Тема не раскрыта.
Стих не заставит оторвать нос от ароматного куста.
Человек кланяется:
Пардон, мсье.
И уходит в загад.

11/VII/21

Верхние ноты варёной кукурузы,
удушающий шлейф поля,
спираль накалилась,
пятка накололась на соломину,
воодушевление нашло предел,
коррозия поела и прилегла под кустом.

Всё отползает в тень,
облизывая подсохшие частности.
Разворачиваются комки шерсти и листьев.

Самовозгорание соломенных чучел,
самодвижение материи,
формоограничение.

Тощий воробей с мутным взором
подпрыгнул к отражению в стальной запятой,
мимоходом замечая,
что самоходная установка на позитив
лупит по нашим позициям.
Что самоходная установка на негатив
лупит по нашим позициям.
Что все самоходные установки
лупят по нашим позициям.

22/VII/21

сломанный молочай клубнику проткнул,
ветер подул, губы обветрило,
дымом пропахли.
язык в кольце рта - как мяч -
центробежно.
великий, могучий, как ветер,
который мешает в кольцо
упасть.
клубника соскочила с молочая,
и белая капля вдогонку
смыла двух муравьёв.

26/VII/21

Имена перекраивают, перекрашивают.
Их или они?

Марфа переименовалась в Клавдию.

Значит, их.

Клавдия разлюбила прогресс,
а затем слегка полюбила.

Значит, они.

Иногда превращаются в кашель,
в мачтовые огни,
пиратское видео, аудио,
проповеди в ночи,

стерилизованный вес,
затаскиваются до немоты могилы.

Тонешь? Тони.

29/VII/21

Москва
говорит и показывает
туда,
где горит язвой
местечко
намоленно-лобное,
где нечто
НЛОбнулось.

Вокруг небольшая
куча людей,
они потрошат
репейный музей -
там,
где блестит в паутине
шрам,
где дальше пути нет.

Сталкиваются пальцами,
по-разному -
в танце, панцирно,
богообразно,
высекая глухонемой язык
на пересечениях
своих ногтевых борзых
и других членов.

Хлопает гримуар
пазух, заломов,
вывернутых гримас.
Словом,
молчат,
но тоже
показывают
на нас.

11/VIII/21

Есть ещё ворох в вороховницах,
Тату штампов на папках.
Медитация в пыльных шкафах.
Поварёшки в ячейках - переставлять, проворачивать,
стукать ногтем.
Заумь цифро-буквенных кодов -
музыка для наших кукушек.
Обмазавшись вареньем, соленьем,
принесённым в дар лысым богам,
Теребить кнопки насосов,
перекачивающих трупы на запад.
Размноженное лицо - добро на зло,
На изломе человеческого -
барабанная дробь в футляре.
Чем выделяться, если не органами выделения?
Памятник солёному огурцу
Прорастает с заднего двора
на улицу, занимает площади,
телеграфы.
Безлимитная консервация.

24/VIII/21

На краю перин,
На горбу перил,
И куда ни плюнь,
И куда ни глянь,
Неповадный клюв,
Кормовая дрянь,
Неповадный зоб -
Инкрустатор снов.
И куда ни зги,
И куда ни кто,
Мир через мозги -
В мозгорешето.
Рыба без труда,
Руна от стыда:
Кто за что продал,
Кто на что поклал?
В ржавенькой воде
Сладеньких удач
Слипнется предел,
Треснет мультитач.
Неопальный клюв
Землю оклюёт,
Пустотой моргнув,
Утрещит под лёд.

28/VIII/21

Непроглядный мрак.
Идёшь на шорох и вонь.
Чужая душа.

30/VIII/21

V - значит вдето
драматическое действие
в стоянку вещей,
плуг для распахивания глаз
пещерит тело, где-то
образуется выстрел
и горка щеп.
Стрелкой вниз открывается лаз.
Обляпавшись словами,
лезешь туда,
чтобы дурацкая драма
не всколыхнула лишних оваций,
не затянулся занавес вокруг шеи.
А там вода, руда,
дао да прана,
ничего больше не ставится,
только тщение и брожение.
Уши покажешь назад -
плюс центр кристаллизации,
плюс весело, страшно.
Неспешённый себя назвать,
неспешённый во всё вонзаться.
Душа - на медленную распашку.

3/IX/21