быстрые движения свистящего прозрачного
сквозящего транзитного облизывают палочки
обрызганные слабостью сияния испачканность
поверхностей слипаются как пряничные мамочки

в циркониевом проблеске зеркалится мелькание
окопы носогубности глазные перебежчики
затворы белошумные прищёлкивают камешки
и всё на всех нанизано и все на всё размечены

15/XI/22

Масло слома
Живое своло
Кхех да крях
Да грех на краях

Разномразье
Не моно разве
Кхех да крях
Да снег на бровях

Групповуха
По воле трупов
Кхех да крях
Да смех на кровях

19/XI/22

Поворот за поворотом
посмотрю и прохожу я.
Вдоль стены за промежутком.

Крысовато огрызаясь
сбоку шепчутся подвалы
и кого гляди раздавят.

И кого гляди разденут,
поведут на место мора -
крошку сыра, сюра, дёрна.

Вдоль стены за промежутком
тихо очередь дежурит
докупить, доесть, зажмурить.

27/XI/22

Рычаг бордюра эрегировал в столб с фонарём,
и рычащая тьма родила осторожный припев.
Я стою у куста - разглядел и разгладил - зверёк
обрамлённых своих зрачков и внутренний мир трапеций.

Листать маленько устойчивость зрением боковым -
дома примёрзли, не двигаются, а внутри
инерция в форме коллайдера. Бубликовым
прикидывается съедобством, а сама только принцип.

Прижатые к стенам, привет вам, привет,
ведь рычащая тьма родила остроносый мотив.
Я, смешавшись с водой и усилием ветра,
не совсем понимаю чему тут ещё противиться.

Щелочное шипение, вуайеризм, перцептрон -
на входе маня-команды, на выходе костыли, гробы.
Пёс реакции длинный, проклятый, цепной
закопал кости, обнюхивает странных снов огрызки:

Где двигаются дома, оттаявшие, а внутри
энергия в форме красного солнца и поворот-поворот.
Прикидывается плазмой, бредом, а сама только принцип.
Никто не поверит, как мальчику, кричавшему волки-волки.
И всё-таки... Дома двигаются - смотри.

Оно вспорхнуло и вцепилось корнями в волосы.
А что снеслось - покатилось, подпрыгивая.
Мягкая скорлупень в гематомах. Плоды запрещённые
Попадали в инкубатор земли.
Яблококококо
Кудах

5/XII/22

1.
в лабиринте берёзовом
в припадке азбуки морзе
без направлений - sos
высасывается из берёз.
явные тайные знаки,
как репьи на собаке...
пустотелым стволом воет
чёрное и гнилое,
ядерные пароли,
временные герои.

2.
комья земли на снегу
напоминают берёзу.
разорванная книга
напоминает берёзу.
время разрывов
напоминает берёзу.
берёза всё стерпит.
и никого не опомнит.

3.
немного канада.
много канонада.
можно ненада?

8/XII/22-15/XII/22

Коннект-дисконнект.
Отслоиться бы в капсульную смерть
или во мху сидеть по-роденовски,
или ушастый звон мороза.
Но надо иначе: инфляция кляксы в кляксы,
тугая перевязка до ломоты
с распиранием во все стороны
птичьими голосованиями.
Сам станешь небесным манноассемблером
в этой окоченевшей пустоши
и возжелаешь ударить первого попавшегося
ручным копытом Деда Мороза.
Коннект-дисконнект.
Отдаваясь на переплавку коллективному бессознательному.
Ибо рыба - рычаг волны.
Бесконтактно не схватишь.
Но и сам же - рычаг в обратку?
Месиво причинности, парадоксальные кольца
накурены на полнеба,
надеты на полпальца.
И жмёшься между строк на скользкую ощупь.
Как снять, поменять, перевернуть, переначать, прошагнуть?
Коннект-дисконнект.

17/XII/22

Колышки, зубчики, костылики.
На лицах написано и стёрто.
Супчики остыли, человечки остыли.
Орёт какая-то тётка.

В супе всё влипло и затем помешано,
Только под ногами месиво оттепели.
Орёт какая-то тётка бешено,
Как будто все умерли, но нет вроде бы.

В лужах плавают рыбы, молчаливые губы,
Костылики, колышки, что-то.
Серое шатающееся могли бы
Спрашивает: сегодня суббота?

24/XII/22

Белый хруст
шаг в шаг,
список пуст,
снят флаг.
Тёмный град,
страна,
плотность груд
странна.
По пятам
хрусток,
маета
без ног.
Тень теньска,
как брысь.
Не тоска,
но ввысь.

7/I/23

Путь - это то, что бывает с другими:
пусть в полынье умирают нагими
или в канаве по чьей-то указке
жижей мозгов наполняют каски
эти, другие.

Взяли, как вещь, подложили в гроб,
или сказали косить укроп.
В стойло, лёд, или куда ткнут.
Одна нога там, другая тут.

Железное спокойствие во страстях.
Отрезанная голова на путях
закатится, как шарик в лунку,
как тишина в крик Эдварду Мунку.

Таков крест крещёных и бедных,
главное не посрамить память бездны.

Бродячие слова сбиваются в стаи
(никому не нужны стали).
Для каждого они не те -
белые зубы на темноте.

12/I/23

двадцать четыре на семь
двадцать пять кадров в секунду
щёлкают натюрморты лиц действий
альтернативно преобразованные
задним ходом расщепления
двухвостка в гнилом бревне
в немигающем глазу
натянутом на голубую планету
путём срединного щупальца
в полном соответствии
с поехавшей драматургией
висящего конца света
заходящееся в истерике солнце
частично станцевавшееся волнами
смотрит на себя в зеркало
и видит голубое мигание темноты
двухвостка в гнилом бревне
на плече бродячих нарративов
заплетающимися тропами
распоясывая ширину затмения
перформативная цепь натюрмортов
разворовать и отворовать дело чести
свернуть и развернуть дело крови
труд освобождает и всё такое
разделение полушарий
лишь этап на пути к полному
расщеплению мира
на изолированные нейроны
невесёлого зомби-мозга

23/I/23

перец не перец,
камыш не камыш,
жасмин не жасмин,
клубника не клубника,
кедровые орехи не с кедра,
традиции нетрадиционны,
осциллируют между не убий
и вырежьте их всех.
самая последняя в жизни проблема
это чем заменить слово панч.

недотрога динамита
нематода метастаза
садомазо метадона
метаданность адаманта
инсургенты панорамы
брахмапутра перепоя
перепонки псевдоподий
мастодонты перепадов
горловина половины
пуповина голосины
волосатость обезьяны
слоноходы китобоев
парадоксы мудозвонства
император некрофилов
автозаки коматоза
подсадные печенеги
подпредложье рагамола
анаболик барабана
черепаха катастрофы
гробовые коридоры
остановка сердцемышцы

Чему абзац?
Чего глава?
Кого раздел?
Ваш бледный заяц
на небо лаял,
потом растаял.

Спешат слова
уйти в предел
и завязать
кровавый палец,
хрустящий палец,
хрустальный палец.

I

Шло и шло и шло и шло и
старый шкаф, щепотка моли,
в хвост и в гриву.
Хватит что ли?
Дырки в поле, пломбы в поле,
косо, криво,
но не более
того:

иго го.

II

Облако в форме половины грудной клетки
плывёт, рёбрами указуя как будто на меня.
С другой стороны выползает кокетливо
какая-то мелкая жуковидная фигня.
Между чёрным усом и туманным ребром
проскакиваю - электрическая дуга.
С другой стороны колёса идут вчетвером.
С другой стороны вытягивается нога.

III

Шло и шло и шло и шло и
треск стекла и пар от зеркала,
вылезло такое злое
и глазами всё обзыркало.
Провалилось поле пропадом,
пломбы выпали и крутятся -
для кивания безропотного
с пониманием, как устрица.

Контроль дискурса -
Слежка за чужим базаром -
Неотъемлемая пятая нога
Для борьбы с пятой колонной.
Нужно зороастрить внимание
На чужой пиромании.
Своя же рубашка насмерть
К телу пригорела прекрасно.
Не судите, иначе судимы будете,
А мешаете судить - так не обессудьте.
Никто не вернётся в 2007 год,
А на семьдесят лет раньше - наоборот.
Не мы начали эту историю,
Но мы её закончим,
Почти как завещал Фукуяма,
С привкусом Иоанна.
Не мы прописали это лечение,
И пациент совершенно не умер,
Просто слегка отъехал.
Кто взял меч и отрубил врагу ухо,
Пусть рубит и голову, во имя всего святого,
Ибо так написано в текстах,
Которые вы всё равно не читали.
Или которые вы неправильно истолковали.
Лицемерные мрази
Топят за разнообразие,
А сами лечат про какие-то противоречия...
Заняться им больше нечем!
В космосе жизни нет -
Это безрассудная трата ракет.
Да, в руке чёрный пакет,
Но это всё фейк и макет.
Самое главное в нашей кухне
То, что всё процветает и пухнет.
Сколько можно кусать руку, которая тебя душит?
Думаете, без руки будет лучше?
Карабас, наколотый на нос Буратино -
Ужасающая картина,
Достойная пера Тарантина,
Поэтому всех буратинов
Лучше кронировать превентивно.
А ещё лучше отформатировать земной диск,
Чтобы не было вообще никаких редиск.

1
Прямоугольник?
Негативное пространство?
Кусок отсутствия?
Вход? Выход?

Хлопнула дверь
И прищемила
Поиск общего языка.

2
Это ваши мысли,
А это наши мысли,
Это наши слова,
А это ваши слова.
На общих улицах,
В общих подъездах
Противоположности
Притягиваются
Только к земле.

3
В условиях тотального эпистемологического сомнения
И мясной несомненности
Не всё так однозначно
И никто не сомневается в своей правоте.

Уже вывелись мухи.
Просто, как факт.

Килька в томате падает на кальку,
Отпечатываясь в книге судеб.
Повесить себя - медненькую медальку
На смерть, на её голые груди -
Хочет один, второй, пятый, сороковой,
Медальки звякают в потных ладонях.
На улицах спасённых нет никого.
Висит медалька за дожил-помер.
Из чёрных сосков капает мерно,
Успокаивающе, словно часов тиктаки.
В головы прилетает нервно и веерно.
Буднично доедают собаки.
На плотной нетронутой улице
Монета упала ребром, снеслась мышь -
Горой, будто томная курица,
И понеслась всё выше, и выше, и выше...

Фобофилы, филофобы
Толстокожи, узколобы.
Задолбали дуть в рога
Фабрикаторы врага.

Иисус из Назарета
Не похвалит их за это:
Как херню ни поверни,
Смотрят в сторону херни.

27/V/23

он кукавадлу прочесал до середины,
прозрачную, как пуганый смешок:
пушистые костровые седины
да потайной заоблачный снежок.

обноски нот, обрывки пуповины,
шажок в адок, и окна на стежок.
у кукавадлы много половины
и бесполезный кожаный мешок.

обезображен воздух карантинный -
во всё лицо озоновый ожог,
и кровяной сакральною скотиной
в дыре души вибрирует божок.

Оторванные взгляды крошатся.
Курочка по зёрнышку их - тык-тык-тык.
Белая курочка позорнейше тык-тык-тык.
Тесновата, бесновата котомка,
сбалтывающая, сбулькивающая секреты
на полпути, на одной рельсе.
Из-за угла выпрыгивают человеки,
сзади падает дерево,
под ногами - кровоточит срез одуванчика.
Белый фейерверк семян
похабно размазывается по небу.
Красная курочка-позёр их - тык-тык-тык.
Нефтяное озеро высосано из пальца
и капнуто в каждый глаз.
В корне оторванного взгляда
на своём предопределённом месте
дрожит чёрная капелька.

15-16/VI/23