Единственной неоспоримой профессиональной заслугой этого года считаю появившийся скилл - переплавлять любое своё состояние в текст. Давая материалу глубину, а себе свободу. Всё остальное: строчки сценарной записи, написанные с любовью и в хорошей компании, и живущие теперь с разной степенью неопределенности в судьбе. По этому случаю текст-состояние.

Взять еще один проект. Дописать старый материал. Закончить тот пилот. Прямо сейчас. Непременно. И чтобы выходные были заняты. Чтобы не смотреть в себя. Чтобы не замечать, не видеть, не встречаться, не сталкиваться с… прощанием.

Один мой близкий человек, когда я была маленькая, жил на две страны: часто прилетал к нам, а потом улетал обратно. Когда он собирал вещи, он всегда жевал жвачку и плакал. И мы не понимали, почему. Жвачку ведь жевать вредно. А плакать. Зачем плакать, если скоро вернешься снова.

Пляжная полоса тут тянется, аж извивается в своем одиночестве. Море в декабре. Волна уходит, чтобы снова вернуться. И как ей не надоест. Прибрежные кафе, пункты аренды водного транспорта и раздевалки заколочены. Насмерть. Как будто бы там есть что брать.

По глинистому песку ходят только кошки, как будто бы тоже ожидая сезона, сытого времени, когда нет-нет, да и удастся перехватить чью-то закуску между выцветшими усилиями местной воды полотенцами.

Дописать свое. Вписаться в чужой проект. Вычитать после разговора с режиссером. Текст уже не его и не мой и даже не наш. Уже достояние цехов, а скоро и площадки. История как будто закончена, но поставить точку в сценарии невозможно. Новый круг правок. Как отпустить текст? Как отдать, просто подарить эти смыслы? Да заберите их уже наконец.

По сути прощание - просто этикет, дань культуры, привычка. Не забудь поздороваться и попрощаться. Доброе утро, класс. До свидания, Галина Васильевна. (Уже совсем до свидания, между прочим. Отдельное прощай вашим каждое утро криво-подведенным красным губам). А если забудешь попрощаться, мама напомнит. Подзатыльничком или замечанием отделаемся. Да.

И так всю жизнь. Здравствуйте и до свидания. А толку прощаться, завтра снова увидимся. Но так надо, так научили. И я учу Миру: «Доброе утро», «Добрый день», «Добрый вечер».

Мамочка, а бывает злое утро?
Ха. Не бывает, дочка.

Ну и, маленькая, не забывай: «Спасибо». Обязательно! Да, это долбанное спасибо.

Спасибо, что нашли время покритиковать, но не нашли время похвалить мой текст. Спасибо, что пропали на несколько месяцев, но материал надо доработать прямо сейчас. Спасибо, что то, что нам искусство, вам бизнес.

Море все эти дни разное. Даже гроза была. А потом дождь. Вода падала в воду. Это тавтология? Может, намеренное усиление - гипербола? Или это в порядке вещей и так можно. А мелочи-то осталось в карманах. Высыпать всю в соленую воду? Чтобы никогда больше не вернуться к себе прежней. Чтобы никогда больше не вернуться к тебе прежнему.

Какой смысл в прощании? Если все связано. Ничего не проходит, не останавливается, не заканчивается. Вчера закончилась собака. У родителей - чихуахуа. Она жила с нами, когда мы еще жили с родителями. Потом съехали мы. Теперь она. На совсем.
Мира была практичной. Как ты: «Значит, платье на новый год я ей уже покупать не буду». Мира была романтичной. Как я: «А кто-то еще почил, из хороших людей?» - «А зачем, Мира?» - «Чтобы кормить Тосеньку на небушке».

Спасибо, что поставили под сомнение. Спасибо, что надавили на больное. Спасибо, что отныне мы не по душам, а из глубины своих защит. Все хрупкие. Берем щиты, строим ограждения, не снесло бы крышу.

Пляж здесь едва ли заканчивается. Но в какой-то момент начинает спорить, двоиться с городом. И клянусь: меня тут постоянно преследует Фрида Кало. То на случайном граффити, то на чашках, то в витринах. Что за послание? О силе, о твердости тонкого женского в искусстве. Я не сдамся, моя дорогая Фрида. В этом мужском бизнесе нечего делать без силы и правды женских эмоций.

Уже пару недель не знаю, где лежат мои вещи. Я и обычно не знаю. Точнее, никогда. Штерн, а где градусники у нас? А пасту мою не видел? А куда я резинку для спорта убрала? А у нас порошок для цветного есть? Занята проблемами мировой философии, озадачена. Прости.

Но в этой жизни на чемоданах совсем потеряла пижаму. Штерн найдет. Он все знает: знает, где каждая моя баночка. Которые я покупаю в надежде справиться с акне и с таким же рвением, с каким принималась дисциплинированно пользоваться, бросаю навсегда. Но его здесь нет. И пижамы тоже нет.

Однажды близкая моей душе девочка сказала, она тогда встретила своего будущего мужа: «Я теперь дома». Они, кстати, жили в другой стране. А потом еще в другой. И теперь. И вот я тоже со Штерном дома. На чемоданах, без пижамы, где бы он ни был. Где бы ни была я. Вышла замуж за соседа. Отныне и во веки веков: «Я в домике».

Вдоволь ли в горе
Вдоволь ли в море
И что тебе за радость?
Вдоволь ли тебя самого в этой роли?

Крутится в голове. Цитирую самое себя в мире, где столько великих поэтов. Интересно, это непомерное эго со мной навсегда? Я именно им, им одним запомнюсь современникам?

Небо сливается с водой, напрочь съедая горизонт. Его здесь нет. Все едино в мире. Небо впадает в море. Море впадает в другое море. Я впадаю в крайности. Характер.

Какой смысл прощаться в мире, где все закольцовано? Где земля круглая? Где границы придумали, чтобы охранять свое (мое) непомерное эго.

Дважды прохожу мимо кафе, где написала львиную долю своих лучших текстов за год. И не могу найти силы попрощаться. Не могу зайти. А если зайду, все равно не скажу, что уезжаю. Никому не говорю. Какой смысл прощаться в мире, где есть самолеты, не отменили интернет и волны каждый день каждую минуту скользят от берега и к берегу обратно. И им одним никак не надоест.

В море не отражаюсь. Но отражаюсь в тебе как в зеркале. Все твои ошибки - на самом деле мои, все мои победы - никогда бы без тебя. Только брови, у тебя на зависть. У меня почти не растут. Зато какие у Фриды! Интересно, она так и будет следить за мной?

Спасибо за уроки, за пинки, за возможность увидеть в чистоте и без иллюзий. Как будто промыли глазок, морской водой.

Прощаться не умею, не люблю, делаю вид, что ничего не происходит. А, собственно, разве что-то произошло?

Так и буду стоять молчать, как дура. Я? Которой всегда есть, что сказать. Которая рефлексирует все через рассуждения? У которой в голове постоянно крутятся смыслы, я даже иногда просыпаюсь от того, что смотрю сны про слова.

Жую жвачку - вредную. Плачу - незачем. Нашла пижаму. Все, что могу, когда не могу говорить, обняться. Обнимаю воду, обнимаю воздух. Крепко обнимаю. Ставлю на свое место. А мне пора на моё. Оставайтесь тут, дорогие. До…свидания. Пока.

В этом году на моем мастер-классе по комедии меня спросили: «У меня есть новогодняя история. Но имеет ли смысл её показывать, если слоты под нее всегда отданы?» Не трудно догадаться, что я ответила. Я думаю, творца в принципе отличает способность видеть смысл там, где остальные не видят или перестали. А также способность видеть смысл как в своих победах, так и в поражениях.

И вообще сценарист - единственный во всей киношной цепочке: для кого история жива, даже если она ещё или уже не снята. В его голове и душе с его героями всё произошло. И в этом смысле это невероятно исцеляющая и вдохновляющая профессия.

Этого и желаю в новом году: «лечиться» об истории свои и чужие, вдохновляться историями - своими и других.

Ну и в качестве манифеста комически-лирической сценаристки весёлое фото в ч.б.

Обняла всех словами ✨

Приятно, когда близкие так хорошо знают тебя и чем тебя порадовать😁

https://www.kinopoisk.ru/film/4499386/

Посмотрела настоящее Рождественское кино. В нем очень мало от традиции рождественских фильмов: ни чудес, ни сказок, ни волшебства. Напротив: сюжет, персонажи и их чувства до боли реалистичны. Зато в этом так много от подлинного события Рождества: Человек рождается в неидеальный, страшный, искалеченный мир и своей собственной Жизнью, своими действиями утверждает свет.

Ну и к мирскому, сценарному: поразительно, что в фильме достаточно много атмосферных сцен, которые «не двигают сюжет вперед», то есть без них можно было бы рассказать историю, но какой красоты и чувственности мы бы тогда лишились. Не ожидала, что все еще могу запоем смотреть двухчасовое кино. Но это именно тот случай✨

С„Pluribus“ какой-то прикол: когда бы мы его ни включили (утром, днем, вечером) Штерн гарантированно засыпает в течение пятнадцати минут. При этом, проснувшись, он всегда требует продолжать просмотр... Наверное, втянулся в сон. 😁

Кому нужен автор, кто может написать классный доброком про доверчивую отлетевшую чудачку, которая до последнего верила и видела самое лучшее в людях и от того постоянно попадала в до слёз и смеха абсурдные ситуации🫠 Шутки шутками, а этакую комедию в духе Теда Лассо, но по-женски и по-русски я точно напишу. (Жизнь не оставляет мне выбора). Звучит как цель. Хотя у самурая нет цели, только Путь.

Каждый день хочу что-то написать, но последнее время фрустрация в рабочих процессах чуть превысила норму, поэтому не нахожу в себе сил для воздушно-вдохновенных профессиональных постов. Даже не сил, а честности. А быть нечестной, увы, не могу. Правда, в последнее время перестала считать, что это мой баг, и записала в свои фичи. А вдруг 😁

Так вот — пусть не воздушно-вдохновенно, но в своем же откровенном духе расскажу свой мега-инсайт.

Мне от природы дано быть неконфликтной и доброжелательной (и это не то, чтобы я такая классная. Подробнее об этом можно прочесть в книге Роберта Сапольски «Биология добра и зла») и от воспитания — весьма учтивой. И в профессиональной коммуникации я постоянно пользовалась сими дарами. Но несколько подряд ситуаций сложились так, что всё это, скорее, сыграло против меня, чем на.

И вот, придавшись разного вида терапиям: от коучинга до дыхательных практик, я поняла, что моё старание быть «хорошим» и «удобным» автором — это попытка прикрыть свои сомнения в материале. Мол, даже если что-то не так со сценарием, вы обратитесь ко мне, потому что я вежливая, пунктуальная, нетоксичная, дипломатичная — список могу продолжать долго 😁.

Так вот до меня наконец дошло, что мне не надо этого делать (как перестать - вопрос другой, но все тренируется). И не надо не потому, что этим могут пользоваться (хотя увы, бывает и такое), а потому что мой материал на высоком уровне. Его не требуется ничем «компенсировать». И опять также не потому, что я такая вся звезда, упавшая с неба (несмотря на фамилию Штерн, как же удачно замуж-то вышла 😁), а потому что я больше одиннадцати лет каждый день вкладываю в это достаточно усилий, времени и упорства.

И это осознание снимает необходимость бояться, что, если я вдруг перестану соглашаться на предложенные условия, быть вежливой, пунктуальной, нетоксичной, дипломатичной и далее по долгому списку 😁, я потеряю работу. Ведь со мной работают не потому, что я такая распрекрасная, а потому что мой материал рабочий.

Из всего вышеупомянутого вывожу лайфхак. В любой фрустрирующий рабочий период вместо самокопания прокачивайте свои скиллы по работе с историями (новое смежное кино-обучение, спек-сценарий (!), пьеса, проза, сценарии игр, прецельные просмотры кино и сериалов). Кроме того, что это вытащит вас в моменте, именно стабильное повышение качества мастерства даст возможность работать на более честных для вас условиях.

Про посмотренному в последнее время:

1. «Отец мать сестра брат» - было бы супер, если б кроме невероятной красоты и эстетики, можно было бы наблюдать глубокие семейные конфликты на экране, а не догадываться о них, «смакуя» только немые последствия. Даже подумала, что с кайфом посмотрела бы полноценный фильм из первой новеллы, потому что Адам Драйвер в паре с Майем Биалик меня порвали 💔 В Драйвера влюблена с «Брачной истории», а Майем восхищалась во время просмотра «Теории большого взрыва». И вдруг увидеть вместе на экране героев моих самых любимых на свете жанров: семейной драмы и ситкома было очень многообещающим. Да и тема быть и казаться в семье, начатая в новелле, очень подключает. Короче, если вдруг маэстро спросит (😁), предлагаю 90 минут только про Драйвера, Биалик и Уэйтса со всеми слезовыжимательными аттракционами семейных тайн, интриг, конфликтов, обид и открытий.

2. «Сводишь с ума» - приятно удивилась, что сегодня есть что сказать аудитории в жанре ром.кома. Клево, что фантастический движок существует не ради движка, а служит всей истории: как в подтексте, так и в сюжете. И вроде знакомая классическая конструкция с ложным любовным интересом тут играет новыми красками: герой сначала соперничает за даму сердца с достаточно правдоподобным романом (с Антоном Васильевым, который даже с отрицательной харизмой так хорош), а потом с самим собой из паралелльной вселенной. Все смотрится живо, актуально, нежно. Люблю, когда в историях, где вроде уже все было, прорастает новое семя.

3. «Ландыши» - в свое время недосмотрела первый сезон, наверстываю. Удивительно, как органична главная героиня, у меня прямо есть знакомые, которые могли бы легко быть прототипом Кати. И как же Ника Здорник точно попадает в заявленного персонажа. Просто мои аплодисменты. И тоже в максимально избитой конструкции: фиктивной свадьбы (у самой есть такой проект в прошлом) создателем удалось нащупать что-то очень живое.

Очень много работаю с фактурой семейных историй сейчас (и всегда). Как комедийных, так и мелодраматических. И вот какую штуку заметила. С одной стороны, уникальными такие истории делают именно детали: быт, характерные прозвища, регулярные подшучивания, совместные ритуалы, манера общения членов семьи. И в этих деталях будет зашит «код» этой конкретной семьи, поэтому они суперзначимы для истории.

И тут, кстати, позволю себе не согласиться с великим: и счастливы и несчастливы все семьи очень по-разному.

С другой стороны, всегда появляется соблазн нагнать эту атмосферу, дать эти уникальные, говорящие ключики-пароли к персонажам и их обстановке, но потерять за этим четкость конфликта.

Все-таки кино не жизнь: тут сложно отслеживать постоянный фон многочисленных вводных, все детали должны четко работать на сюжет, нанизываться как бисер на леску, работать на заданный конфликт и тему. Поэтому слишком увлекаться ими не стоит.

Короче, как обычно все дело в балансе. А баланс - это редкое искусство. Как весы вам ответственно заявляю😁

Попала в киношную папку каналов. Во-первых, суперрадостно, что столько людей ежедневно создают индустрию и рефлексируют об этом. А во-вторых, всегда советую своим студентам читать и заводить каналы, потому что тут реально «встретить» единомышленников (соавторов 💔) и вместо резюме быстро и эффективно показать: про что ты.

Вчера посмотрели «Марти Великолепный» и это, конечно, голливудский стандарт: каждую секунду повествование держит (хотя хрон 2.29). И ставка даже не победа/поражение как в спортивных драмах, а фактически всегда жизнь/смерть - причем, как физическая, так и метафорическая (потеря себя, самоуважения, смысла). В кадре все время противостояние - спортивное, физическое, психологическое или сексуальное. То есть с точки зрения аттракционов, структуры и подключения к героям - это просто «учебник» по драматургии полного метра.

Но поймала себя на интересном: я так «устала» от эмоций во время просмотра, что после фильма вообще о нем не думала. А я очень люблю думать о фильмах/сериалах после титров. Это прямо отдельная «коробочка» в моей голове. Причем не по сценарному, а совершенно по-зрительски: размышлять над героями и их жизнями, я называю это «катать бисер судеб». Я вот полмесяца назад посмотрела пилот один и теперь все жду этот проект на экранах, так мне понравилось там «жить». А с «Марти» любопытно: мне все дали, что обещали: полное погружение и аттракцион из эмоций, но возвращаться мыслями к герою или сюжету по-зрительски мне не хочется. Только как драматургу. А посему репост сценария.

Сценарий Марти Суприма или мастер класс "как заставить сопереживать засранцу?"

Сценарий Джоша Сэфди “Марти Великолепный” мчится без остановки, как и его герой. Его безумно интересно читать, и неудивительно, что сценарий является одним из фаворитов на Оскар в категории лучший оригинальный сценарий.

Фильм рассказывает о Марти Маузере, игроке настольного тенниса, который предпринимает невероятные усилия для того, чтобы победить в игре и убедить людей вокруг него, что его увлечение игрой это серьезно, как и сама игра.

Этот сценарий точно надо читать всем сценаристам, чтобы знать, как безжалостно обращаться с протагонистами – не защищать их, не ассоциировать их с собой, чтобы инстинктивно не пытаться защитить их от тягот этого мира, а наоборот – закидывать их всеми возможными проблемами, которые могут только произойти с этим персонажем, чтобы он чему-то научился.

При этом Марти вообще нельзя назвать приятным типом. Он даже не очень приятный. Он лжет, он крадет, он отвратительно относится к своей матери и подруге, домогается замужней женщины, мучает собаку, пользуется людьми. И все это ради своей “высокой цели”. Но при этом все 2,5 часа фильма мы ему глубоко сопереживаем и даже болеем за него, п.ч. он шутит, импровизирует, он быстро на все реагирует, может убеждать людей и очаровывать их.

И вот Джош Сафди делает реально эталонную работу по тому, как заставить зрителей сопереживать засранцу. И все умещается на самом деле в первые 18 страниц сценария.

Сначала нам показывают, как Марти продает обувь. И впаривает не самую удобную обувь, но он так красиво лепит, что женщина берет эти неудобные, но дорогие туфли. Любой человек, который делает свою работу хорошо, сразу вызывает уважение. Как мы потом поймем, это даже не его настоящее призвание — он тут работал, чтобы заработать денег на свою поездку в Лондон, но дядя уже готов назначить его менеджером магазина. Мы еще не видели, как он играет в настольный теннис, но, глядя на то, как он продает обувь, то нам это даже не так важно.

Дальше мы уже видим, как он тренируется в зале до изнеможения. Он не только говорит, что он крутой игрок в теннис, но и показывает, что он ради этого он должным образом тренируется. И он реально хорош в своем деле. Он быстр, ловок, и, самое главное, он пашет ради своей цели. И это вызывает у нас огромное уважение к такому персонажу.

Он идет питчить идею оранжевых мячей отцу своего друга. В ходе сцены мы понимаем, что он использует своего друга, у которого не самые выдающиеся умственные способности, но при этом то, как он питчит эту идею опять же убеждает нас в том, что он знает, о чем говорит. И у него есть желание вывести настольный теннис на уровень большого тенниса.

А потом уже происходит событие, которое окончательно заставляет нас оказаться на стороне Марти. Он приходит в магазин и не обнаруживает своего дядю, который ранее обещал ему выплатить оговоренную сумму в конце рабочего дня. И не просто ушел домой, а уехал куда-то на выходные, чтобы уж точно с Марти не расплатиться. И вот здесь мы уже окончательно побеждены. Да, он не совсем приятный человек, но даже с засранцем не должна происходить несправедливость.

А тем более, когда мы видим, насколько он хочет добиться своей цели и что он реально хорош в этом. И когда он направляет пистолет в сторону своего коллеги, чтобы тот открыл сейф и отдал причитающиеся ему деньги, мы прекрасно понимаем Марти и даже болеем за него.

Как и я болею за Марти и Сафди в сценарной номинации.

Есть такая прекрасная фраза, кажется, она принадлежит Чарли Чаплину: «Simplicity is not a simple thing». Вот воистину: который раз убеждаюсь, что при создании сценария зачастую проблема не в нехватке чего-либо, а в переизбытке.

У меня всегда так: хочется сделать персонажей объемными и парадоксальными, хочется наполнить мир правдоподобными деталями (особенно, когда освоил, как переплавлять личный опыт в текст), хочется заложить несколько уровней конфликтов, причем между всеми. Но в итоге это часто приводит к невнятному движку и потерянному среди всего этого разнообразия конфликту.

И тем не менее, мне все равно проще написать полноценный драфт в диалогах (и не один), чтобы это понять. Вчера я в четвертый раз переписала свой spec script, чтобы наконец увидеть, что нужно полностью поменять, чтобы конфликт стал внятным 🫠

Казалось бы, это очень длинный, неочевидный и даже нелогичный путь. Можно же двигаться от логлайна к синопсису, потом к эпизоднику. Но мне не видно на более маленьких формах всех проблем материала. И мне важно, чтобы герои как можно раньше заговорили, потому что они натурально начинают «подсказывать», куда надо качнуть историю или характер, чтобы история получилась цельной.

А еще меня успокоила моя любимая Лиля Ким.
Сейчас как раз слушаю её лекции по сценарному шаманизму, и она там говорит, что авторам-женщинам часто свойственно понимать историю и менять прямо в активном процессе написания.

Это сто процентов мой метод.

Минусы: долго, много «лишних» усилий, продолжительный dissatisfaction от быстро навайбленных, но не крепких драфтов.

Плюсы: прокачиваешь одновременно все навыки - от выстраивания мира и структуры истории до написания захватывающих сцен, постоянно держишь в голове всю историю, находясь в каждой конкретной маленькой точке - это помимо прочего очень тренирует авторское чутье.

Навеянное Шагалом

Который раз замечаю, что гения сдает работа с парадоксом. Гений зачастую соединяет нечто несоединимое и в этом примиренном противоречии его искусство оживает.

Марк Шагал очень любил связывать высокопарное и низменное: на его картинах под парящими от переизбытка чувств над городом влюбленными можно легко обнаружить человека, присевшего справить нужду, любил использовать сразу гуашь и масло, чем очень путал искусствоведов, без труда соединял иудаизм и христианство - его Христос на кресте в талите (еврейском облачении). Он объединял женское и мужское, следуя иудейской традиции: где в союзе мужчины и женщины человек обретает подлинную целостность, у нас, кстати, об этом очень глубоко говорил (а за ним записывали) Антоний Сурожский.

На его картинах животные превращались в людей, а люди в животных, и кроме того, что они летали, они часто сидели где-то очень высоко, на деревьях. И когда художнику за это вменяли ненормальность, он отвечал: «К сожалению, я абсолютно здоров».

Абсолютно здоров и абсолютно гениален.

Гений не игнорирует противоречия, не наивно сглаживает, а дает увидеть всю эклектичность, многообразие и красоту Великого замысла.

В этом году помимо прочих цель поизучать театральную драматургию. Пока занимаюсь самой приятной частью задачи: «насматриваю». (Классно быть сценаристом, ты типа не просто отдыхаешь в выходные в театре, а усердно занимаешься ресерчем 😁)

Вчера были в МХТ на постановке Алексея Мизгирёва «Дамасобачка» по мотивам рассказа Чехова про больше чем курортный роман.

В эпоху «давайте всё сделаем по IP» особенно интересны адаптации как работа с первоисточником, где многое сохраняется: и тема, и герои, и даже текст. Но какой-то неожиданный взгляд и фокус делают произведение фактически новым. В постановке в отличие от рассказа добавлены точки зрения на происходящее обманутых супругов (жены Гурова и мужа Анны Сергеевны).

Мне это, конечно же, напомнило фильм «Любовное настроение» Вонга Карвая. Любопытно, что тут же в постановке упоминается и некий спектакль про гейшу (как и у самого Чехова). И получается перекличка с мотивом, который часто встречается в восточно-азиатских историях/мелодрамах: когда важность во чтобы то ни стало сохранить приличия и страх потерять лицо делают невозможным честный разговор и проживание вспыхнувшего чувства без разрушительной силы вины и стыда.

И в этом смысле постановка как раз иллюстрирует замкнутый круг «несчастливое супружество — измена — невозможность пережить последствия» как полноценную трагедию, кстати, меняя оригинальный жанр произведения. И это тоже классный лайфхак для работы с адаптацией, а что если реалистический психологический рассказ станет трагедией (происходящей на сеансе семейной психотерапии)?

Но больше сюжета меня в «механике» театра сейчас увлекает форма, потому что она сильно отличается от кино. В театре работать с пространственно-временным континуумом возможно в основном на уровне диалогов (именно художественных ходов через текст: автор-рассказчик или реплика с новой информацией) и в меньшей степени на уровне декораций.

В кино для этого требуется внятная предпосылка (какой-то логичный на уровне сценария ход), спец. эффект и часто портал (машина времени, зеркало, лифт и тп). В театре в этом плане создатель ограничен технически, но парадоксально более свободен художественно. Поясню. Как раз за счет того, что в театре меньше технических возможностей, ещё активнее работает фантазия зрителя (мы так устроены, что чем меньше вводных нам дать, тем больше мы достроим самостоятельно).

Поэтому когда в постановке вдруг оказывается, что один из персонажей — это просто «призрак», плод воспаленного сознания героя — это происходит только за счет диалога и игры актёров, но при этом в корне меняет восприятие происходящего на сцене. И дальше этот «волчок» работы с реальностью закручивается ещё круче, увлекая зрителя то в сознание персонажа и его воспоминания, то в реально происходящие вокруг него события. При этом отличить одно от другого — каждый зритель волен сам.

Именно работа с пластами реальности, такая неожиданная реконтекстуализация за счет очень простых текстовых приёмов — стала для меня самым крутым в постановке. Беру на заметку.

Кто у нас тут пишет для театра? Расскажите про свой опыт.