73-летний президент Владимир Путин построил мощный персоналистский режим, у которого, однако, нет реального плана на будущее. В конечном итоге Путин покинет свой пост, будь то вследствие смерти, болезни или, вопреки всем наблюдаемым тенденциям, добровольного ухода. Но что произойдет после этого, неясно.

Поэтому вопрос преемственности режима в России — это нечто большее, чем просто вопрос о самом Путине. Речь идет также о неизбежном уходе целого поколения элиты, окружающей российского автократа и по-прежнему занимающей большинство высших постов в государстве.

Многие фигуры, достаточно близкие к власти, чтобы повлиять на выбор следующего лидера, такие же старые, как и сам Путин. Их уход с политической арены имеет решающее значение, поскольку они по-прежнему непропорционально сильно контролируют институты, определяющие, кто будет иметь значение, когда в конечном итоге наступит смена власти.

Поскольку высшие элиты России стареют вместе с Путиным, нет никакой гарантии, что они смогут управлять процессом преемственности или предотвратить перерастание давно отложенных амбиций своих более молодых коллег во внутренний конфликт.

Процесс преемственности в России будет проходить в рамках формально демократической конституционной архитектуры страны, которая требует проведения переходных выборов в течение трех месяцев после ухода президента с поста. Однако конституция не определяет, кто сможет занять позицию, позволяющую выиграть эти выборы, или кто в конечном итоге станет следующим лидером России.

Особенность нынешней ситуации заключается в том, что многие из сегодняшних влиятельных фигур и претендентов на лидерство значительно старше, чем кандидаты на пост преемника Сталина, что дает основания полагать, что у них может не хватить ни энергии, ни ясности ума для управления процессом преемственности.

Если стареющие соратники Путина останутся у власти после его ухода с поста президента, они упустят возможность подготовить новое поколение элиты и обеспечить мирный переход власти — точно так же, как Путин упустил возможность подготовить своего собственного преемника.

Путин последовательно отказывался назначать преемника или институционализировать четкий процесс его выбора. Согласно конституции, если пост президента становится вакантным, премьер-министр исполняет обязанности президента до проведения выборов. Однако Путин тщательно подбирает премьер-министров, не обладающих прочной властной базой и не способных затмить его.

Как и раньше, центральную роль, вероятно, будет играть «селекторат» режима — небольшой внутренний круг лиц, занимающих ключевые государственные посты, которые могут бороться за власть и влиять на выбор следующего лидера.

Список политических деятелей, обладающих как властью, так и авторитетом, необходимыми для вхождения в круг лиц, определяющих будущее после ухода Путина, весьма невелик. В него входят спикеры нижней и верхней палат парламента; премьер-министр; глава Администрации президента; секретари Государственного совета и Совета безопасности; глава ФСБ; министр обороны; а также, хотя это и менее вероятно, другие лица, включая министра финансов и председателя Конституционного суда.

Однако преимущество будет за относительно молодыми политиками, которых в большей степени мотивирует перспектива стать следующим лидером, чем простое сохранение нынешних привилегий.

Чем дольше российские геронтократические элиты будут возглавлять институты, обладающие политической легитимностью, конституционным значением и доступом к ресурсам, тем менее вероятным станет упорядоченный переход к следующему президенту. Те, кто считает себя фаворитами в управлении будущим после Путина, будут подвергаться давлению со стороны других, которые слишком долго ждали своего часа за кулисами, но так и не приобрели навыков управления страной.

На фоне целого поколения политиков, сформированного разочарованием и ощущением несбывшихся ожиданий, давление с целью воспользоваться любой открывающейся возможностью будет только возрастать. Вместо ясности и стабильности будущее российской политики, вероятнее всего, станет отражением последствий почти «бессмертного» режима, который построил Путин.