☝️Откровенный фотомонтаж, враньё, ложь и провокация‼️

Какое циничное враньё публикуют враги‼️

Наговаривают на основы основ, клеймят фундаменты, трубу шатают👇👇👇

https://t.me/brieflyru/43938?single

☝️А ВАСИЛИЧ то не знает‼️

https://dzen.ru/a/akjOjUByqV0s0gpv и такое не устроит?

Сообщником арестованного 3 июля бывшего главы Росавиации Александра Нерадько полиция считает экс-командующего ВВС и ПВО Военно-морского флота Юрия Антипова.

Вменяемое им в вину мошенничество на 800 млн руб. связано со строительством ВПП в аэропорту Домодедово.

"Воевода вещает" теперь и в МАХ

☝️Скоро они перестанут друг другу жать руки...

чтоб "прицепом" не сесть...

ХУЦПА ПО-КОЗАРСКИ, ИЛИ ГОЛУБЬ С КОРОЛЕВСКОЙ КЛЯКСОЙ

Граждане! В палатах козарского корольки Зелебобы — затишье перед бурей. Буря, правда, пока в хрустальном шаре, но Верка Фэншуй над ним уже полчаса колдует, и шар взмок от напряжения.

Рядом — начальник сыска Буданкин. Мужик с дубиной и большими планами. Он не колдует. Он думает. А это, как известно, пострашнее всякой ворожбы.

В углу — древнешотландский череп. С золотым зубом. Тот самый, который Верка ещё вчера на заговор ставила. Сегодня зуба нет.

— Был! — орет Верка. — Только что блестел!

Зелебоба давится мухомором. Рука сама ныряет в карман шаровар. И там — золото. Зуб. Чей — неясно, но очень похож.

— А я шо? — говорит Зелебоба голосом обиженного младенца. — Я ни при чём! Это череп сам выплюнул. Он вообще с характером, этот череп. Ещё от англицких фармазонов нервы остались.

Верка открыла рот для трехэтажного проклятия. Но Буданкин её опередил. Потому что Буданкину плевать на стоматологию. Ему плевать даже на фэншуй. У него задача государственной важности.

— Брось череп, Верка, — сказал Буданкин весомо. — Тут, Зелебоба, вопрос легитимности. Сидишь ты в Козарской Литве как королёк, а по факту — самозванец ты, королька. Думский приказ в Москвитянском царстве про тебя даже циркуляр выпустил — просроченным называют. А без признания ты — не королёк, а так, завскладом сушёных мухоморов. И трон твой — табуретка.

Зелебоба загрустил. Даже мухомор отложил в сторону. И тут Буданкин — о чудо! — достаёт из-за пазухи главный козырь.

— Был я намедни у раби Шнеерсона, — говорит. — Чаи гоняли. Без заварки и сахара. Но сходил не зря. Раби мне, между прочим, просветил одну хуцпу. Да такую блистательную, что сам царь московский позавидует.

— Хуцпу? — переспросил Зелебоба, прищурившись. — Это страшно?

— Это страшно красиво, — ответил Буданкин. — В Москвитянском царстве выборы в Думский приказ. А мы сделаем так, что эти выборы станут голосованием за тебя, Зелебоба.

Зелебоба не поверил. Пошевелил ушами.

— Как же так? Народ думает, что за депутатов, а там — моя морда?

— Именно, — кивнул Буданкин. — Бюллетени те же. Урны те же. Даже комиссии те же. Только фамилии подменим. И проголосует Москвитянское царство, само того не зная, за корольку Козарской Литвы. Легитимизация, считай, в кармане.

И тут с Зелебобой случилось нечто. Он подскочил. Он заплясал. Он выхватил из второго кармана сушёный мухомор и сжевал его, даже не поморщившись. Плясал он, граждане, так, что хрустальный шар на пол слетел и едва не разбился. А Верка едва успела его подхватить.

— Блистательно! — заорал Зелебоба. — Хуцпа! Чистейшая аки слеза раби Шнеерсона! Без примеси скромности!

Он подскочил к Буданкину и поцеловал его в едва видневшуюся плешку. С причмоком. На весь дворец.

Буданкин смутился и отодвинулся. Поправил мундир. И изрёк:

— Не увлекайся, Зелебоба. Мы не одни. Вон Верка смотрит. Не смущай девку.

Зелебоба замер. Улыбка сползла. И по лицу, только что сиявшему, пробежала тень. Самая что ни на есть тень сомнения.

— Слушай, Буданкин... — сказал он уже тише. — А как мы это сделаем? Москва-то далеко. Там дьяки. Бумаги проверяют. Вдруг мою подпись не признают? Вдруг почерк не тот?

Буданкин усмехнулся. Полез за пазуху во второй раз. И достаёт — нет, не стрелу вострую, не булаву булатную, а голубка почтового. Жирного. Наглого. С бумажной лентой на лапке. И свиток при нём.

— Вот, — говорит Буданкин. — Письмо. Уже готово. Шлёпай печать козарскую. Ставь подпись. И отправляем в Москвитянское царство нашему верному другу. Он там в палатах царских шарится, кухню внутреннюю ведает. И у него эти... как их... фармазоны англицкие на побегушках. Они по его приказу и организуют всё в лучшем виде.

— Сюрприз? — спросил Зелебоба, и голос его дрогнул от неподдельного счастья.

— Он самый, — подтвердил Буданкин. — Такой сюрприз, что у московских бояр кокарды задом наперёд встанут.

Зелебоба трясущимися от восторга руками схватил перо. Хотел вывести каллиграфически. Но от волнения — шлёп! — здоровенная клякса. Чёрная, жирная, как душа вороватого чиновника.

☝️Продолжение на канале ГАДАЛКА ЕРМАКА

Следственный комитет и Генеральная прокуратура негативно относятся к инициативе Министерства юстиции по реформированию суда присяжных. Ситуация развивается в русле общего усиления влияния силовых ведомств на гражданский блок государственного управления.

1 июля Минюст представил законопроект, направленный на защиту оправдательных вердиктов присяжных от отмены по формальным (техническим) основаниям. Именно такая практика сегодня широко применяется и поддерживается силовыми структурами.

В частности, министерство предлагает запретить прокуратуре обжаловать оправдательный приговор по мотиву «незаконного состава коллегии» в случаях, когда государственное обвинение заранее располагало сведениями об обстоятельствах, препятствующих участию гражданина в коллегии присяжных (например, о скрытой судимости родственника), но сознательно не сообщило об этом суду на стадии формирования коллегии. По мнению разработчиков законопроекта, подобная информация нередко используется прокурорами уже после вынесения оправдательного вердикта как основание для его последующей отмены.

Кроме того, Минюст предлагает сократить перечень процессуальных оснований, позволяющих вышестоящим судебным инстанциям отменять решения суда присяжных.

Статистика показывает, что суды присяжных выносят оправдательные вердикты примерно в 20–30% случаев. Для органов следствия и прокуратуры каждое такое решение означает официально зафиксированный недостаток в работе, поскольку действующая система ведомственной оценки предусматривает дисциплинарные и карьерные последствия для следователей и прокуроров, чьи дела заканчиваются оправданием подсудимого. Соответственно, сокращение возможностей для отмены оправдательных вердиктов по процессуальным основаниям способно негативно сказаться на ведомственной статистике.

На этом фоне особенно заметен контраст с рассмотрением уголовных дел в судах общей юрисдикции без участия присяжных. По официальным данным, доля оправдательных приговоров в таких процессах составляет около 0,15%, тогда как суд присяжных остается единственным институтом, регулярно демонстрирующим значительно более высокий уровень оправданий.

По данным правозащитницы Ева Меркачева, в 2025 году присяжные вынесли 249 оправдательных вердиктов, однако более двух третей из них впоследствии были отменены судами вышестоящих инстанций по протестам правоохранительных органов. В отдельных регионах, по ее оценке, доля отмен достигала 99%.

Опрошенные источники, знакомые с ситуацией, характеризуют возникшие разногласия как ведомственный и структурный конфликт. По их словам, часть представителей гражданской бюрократии все более критично относится к продолжающейся секьюритизации государственного управления, однако в условиях текущей политической ситуации возможности влиять на происходящие процессы остаются ограниченными.

Источники также отмечают изменение общественных настроений. По их оценкам, поддержка масштабных репрессивных практик и национализации бизнеса заметно снизилась. Аналогичная тенденция наблюдается и в отношении антикоррупционной повестки: число уголовных дел против предпринимателей и чиновников растет, однако общество не связывает это с сокращением коррупции или повышением эффективности государственного управления. Вместе с тем, собеседники полагают, что силовые структуры в своей деятельности все меньше ориентируются на общественную реакцию.

По мнению источников, силовые ведомства уже не скрывают своих претензий на доминирующую роль в системе государственного управления. В этой логике суд присяжных воспринимается как институт, ограничивающий возможности Следственного комитета и прокуратуры добиваться обвинительных приговоров. Именно поэтому, считают собеседники, предпринимаются последовательные попытки сузить его влияние, несмотря на аргументы Минюста в пользу большей устойчивости оправдательных вердиктов. Для представителей силового блока любое оправдание остается системным сбоем, который необходимо минимизировать.

Профессор ВШЭ стал фигурантом уголовного дела о мошенничестве, выяснил «Незыгарь». Он объявлен в международный розыск.
В отношении профессора Высшей школы экономики, почетного строителя России Александра Збрицкого возбуждено уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Расследование связано с хищением денежных средств, полученных под предлогом инвестирования деятельности ООО «ГрандМонтаж».

Збрицкий объявлен в международный розыск. В Тверской районный суд Москвы поступило ходатайство следствия о его заочном аресте. Это уже второе такое ходатайство. Впервые суд заочно арестовал профессора еще в ноябре 2024 года. Уголовное дело в отношении него было возбуждено в феврале 2024 года.

Изначально Збрицкий проходил по делу в качестве свидетеля и не скрывался от следствия. Незадолго до смены процессуального статуса он покинул Россию. В ВШЭ профессор работал с 2012 года. Он был научным руководителем Института комплексного проектирования.

☝️Му Му пусть идет вперёд‼️

Наглые негодяи👇

https://t.me/novosti_efir/87568

А как они образуются этой новости - "хозяину" угодили))) https://t.me/rasstriga/15989