⚡️Версия взрыва на борту самолета Пригожина является в расследовании приоритетной. Но дело не в турбохолодильнике

Речь идет не столько о личных вещах пассажиров, сколько о посылках, периодически перевозившихся этим бортом - к большому неудовольствию членов экипажа.

О том, что оба пригожинских борта использовались не только как пассажирские, но и как почтовые, знали все лица, обслуживавшие «главного пассажира» (так неофициально называли между собой Пригожина).

Процесс загрузки неформального багажа на борт контролировал Андрей Олейник - менеджер, ответственный за безопасность. На наши вопросы он отвечать отказался, но кое-какие нюансы этой процедуры мы все же выяснили.

Обычно просьба экипажу (на самом деле это был завуалированный приказ) звучала так - необходимо передать какую-то коробку из Шереметьево в Пулково. Водитель должен был встретить самолет прямо на летном поле питерского аэродрома, где ему и передавался груз.

Изучать содержимое коробок членам экипажа, разумеется, было строго запрещено. Однако роль курьеров выполняли именно пилоты и бортпроводница. Никто из пассажиров не касался этих коробок, и передача груза водителю в аэропорту назначения происходила уже после того как все, включая Пригожина, покидали борт. Летчики были не в восторге от этой миссии, но им оставалось только смириться.

При этом сам груз отличался и по внешнему виду, и по габаритам. Иногда это были подарки (к праздничным дням) - коробки, упакованные в подарочный пакет, иногда просто коробки, либо конверты с бумагами формата А4. Коробки обычно размещали в багажном отсеке самолета, пакеты - прямо в салоне.

Сама процедура выглядела следующим образом. Багаж привозили на территорию терминала «А» аэропорта Шереметьево, куда машина может заехать только по предварительно заказанному пропуску.

Далее груз помещался на первичный контроль - его пропускали через интроскоп HI-SCAN. Некоторое время груз оставался в терминале в ожидании Пригожина и его спутников.

Когда же поступала информация, что пассажиры выдвинулись в сторону Шереметьево, груз забирали пилоты, снова проходили досмотр и в сопровождении хендлингового агента (человек, который регулирует всю процедуру обслуживания самолета) на машине службы авиационной безопасности аэропорта ехали к самолету. Кстати, хендлер обязательно сопровождает экипаж во время перемещения по полю.

Подобный строгий порядок касался и пассажиров. Даже если Пригожин прибывал в Шереметьево на вертолете - а так бывало чаще всего - он не мог бы просто перейти с одного воздушного судна на другое, даже если бы они стояли в 50 метрах друг от друга. Все пассажиры доставлялись в терминал на машине, проходили контрольные рамки и так же на машине ехали уже к самолету. Около самолета обычно дежурил представитель службы авиационной безопасности.

При всей процедуре получения и досмотра «неофициального груза» обычно присутствовал Олейник. Так было и при последнем вылете Embraer Legacy из Шереметьево 23 августа. Однако за размещением багажа в самолете он обычно не следил - это прерогатива пилотов. Летчики отмечают, что за несколько лет - Олейник работал на Пригожина достаточно давно - никаких инцидентов с посылками не происходило. (с)