Было: Скучные традиционные бизнесы пылились на задворках рынка M&A. Инвестиционные фонды искали взрывной рост и модные SaaS-проекты, отворачиваясь от компаний со стагнирующей выручкой.

Стало: Эти же активы внезапно превратились в главные цели для поглощений. Рынок M&A бьет рекорды, а Private Equity нашел новую золотую жилу.

Почему так происходит? ИИ-революция требует топлива, а топливо — это уникальные данные. Вчера это называлось «пыльной клиентской базой». Сегодня в кабинетах это звучит как strategic data asset для обучения нейросетей.

Фонды видят изнанку тренда: не нужно строить свой ИИ. Достаточно купить унылую юридическую, медицинскую или логистическую компанию, накопившую терабайты специфической информации за двадцать лет. Наложение базовых алгоритмов на эти данные моментально умножает оценку бизнеса.

Ирония рынка: основатели таких компаний часто продают их по старым мультипликаторам классической прибыли. А покупатель забирает их ради дата-сетов, которые стоят дороже самого бизнеса.

Посмотрите на компанию, в которой вы работаете или которой управляете. Что сейчас ваш главный актив: сам продукт или данные, которые он генерирует? Вы уверены, что правильно оцениваете свою капитализацию в новой реальности?

Источник: Financial Times — Companies

SHIFT Lab

Британия ограничивает торговлю электроэнергией из-за перегрузки европейских сетей и возвращается к старым добрым газовым электростанциям.

Зеленый переход выглядит безупречно в ESG-отчетах, но когда система не справляется, спасают ископаемые углеводороды. Идеальная иллюстрация к любой инновационной стратегии: громкие амбиции заканчиваются там, где начинается реальный стресс-тест инфраструктуры.

А ваш бизнес при первом же кризисе тоже откатывается к базовым настройкам десятилетней давности?

Источник: Financial Times — Companies

SHIFT Lab

Соберуха недели

Информационный фон этой недели напоминал питч-дек неопытного стартапера: много громких слов про ИИ, легкая паника на рынках и обещания скорой трансформации. Самое время заварить кофе, отфильтровать шум и посмотреть на реальные сдвиги, которые меняют правила игры.

Эволюция ИИ-агентов
Нейросети перестали быть просто умными печатными машинками и начали забирать на себя целые цепочки управленческих решений. Топ-менеджмент гордо называет это цифровой трансформацией. На деле — это лихорадочный поиск способов незаметно сократить раздутый штат без репутационных скандалов.

Арифметика жизни в Дубае
Налоговый рай ОАЭ дал трещину: аренда, школы и базовый комфорт незаметно съели все преимущества нулевых ставок для C-suite. Аналитики называют это логичной коррекцией рынка, а экспаты — поводом срочно пересчитывать личную unit-экономику и искать новые гавани.

Коллапс программ bug bounty
Корпоративные системы выплат за поиск уязвимостей в коде захлебнулись в потоке мусорных отчетов от нейросетей. Искатели легких денег автоматизировали процесс, доказав старую истину: любую систему KPI можно сломать, если дать исполнителям правильный инструмент.

Торговля воздухом от SpaceX
Криптобиржи начали запускать деривативы на акции компании, которая даже не вышла на IPO. В природе существует ровно ноль публичных акций SpaceX. Но когда спекулянтам нужна ликвидность, отсутствие базового актива становится лишь мелким техническим нюансом.

Конец ценового абсурда в люксе
Глава Dior официально заявила о паузе в агрессивном повышении цен. Маржинальный праздник, когда конгломераты переписывали прайсы дважды в год просто потому, что могли, подошел к концу. Теперь за кошельки клиентов придется снова конкурировать, а не просто выставлять счет за статус.

Авиационный дефицит
Мировые авиакомпании столкнулись с непредсказуемой нехваткой топлива, хотя билеты уже успешно проданы на год вперед. Классический пример того, как блестящие показатели продаж могут в один момент разбиться о банальную логистику физического мира.

Рынок меняется быстрее, чем успевают обновляться кейсы в бизнес-школах. Какой из этих сдвигов заставил вас пересмотреть стратегию на ближайший квартал? Поделитесь мыслями в комментариях — обсудим реальные последствия.

SHIFT Lab

Новости о разрушенных учебных корпусах заставляют смотреть на концепцию бизнес-образования под совершенно другим углом. Когда физическая инфраструктура перестает быть константой, ценность диплома и формы обучения меняет свою природу.

Раньше выбор между классическим офлайн-кампусом и онлайном был исключительно вопросом качества нетворкинга. Сегодня это вопрос риск-менеджмента. Традиционная модель намертво привязывает к локации. Но в мире перманентной турбулентности единственным защищенным активом становится тот, который нельзя уничтожить физически.

Главный критерий выбора любой программы обучения сегодня — портативность навыков.

Если компетенции применимы только в одной юрисдикции, их ROI всегда под угрозой. Настоящий переход на новый уровень дает образование, которое легко пересекает границы. Кросс-культурный менеджмент, понимание глобальной unit-economics, международные финансы или управление распределенными командами.

Многие до сих пор выбирают локальные Executive MBA исключительно ради красивой строчки в резюме. На практике — покупают дорогой билет на внутренний рейс в мире, где давно пора летать международными.

Выбирая следующий шаг в развитии, смотрите на ликвидность знаний. Вкладываться нужно в то, что легко конвертируется в любой точке мира.

Проведите быстрый аудит своих компетенций. Задайте себе вопрос: если завтра придется запускать проект в GCC или интегрироваться в западный C-suite, сколько из ваших текущих навыков сохранят свою стоимость, а сколько придется списать в убыток?

Источник: Forbes Russia

SHIFT Lab

Спускать внедрение AI сверху вниз — самый дорогой способ саботировать собственный бизнес.

Мейнстрим кричит, что алгоритмы вот-вот заменят линейный персонал. Реальность жестче: люди просто похоронят ваши инвестиции в автоматизацию, если вы не сделаете их соавторами процесса.

Пока C-suite рисует красивые презентации с графиками ROI от новых нейросетей, реальная unit-экономика трещит по швам. Практика показывает: успешные корпорации создают AI вместе с командой, а не спускают его как директиву.

Секрет не в закупке дорогого софта. Секрет в том, чтобы разработчик сидел рядом с тем, кто стоит у станка или закрывает сложные сделки. Интеграция работает только тогда, когда инструмент решает ежедневную боль исполнителя, а не тешит визионерское эго совета директоров.

Топ-менеджмент обычно называет навязанную цифровизацию стратегическим преимуществом. Те, кому с этим софтом работать каждый день, называют это иначе.

А вы уверены, что последняя инновация в вашей компании реально ускорила процессы, а не просто добавила сотрудникам еще один инструмент для тихого саботажа?

Источник: Harvard Business Review

SHIFT Lab

Понедельник. Начинаем.

SHIFT Lab

$100 миллиардов — примерный CapEx гигантов вроде Microsoft, Meta и Alphabet на ИИ-инфраструктуру в этом году. Рынок называет это технологическим лидерством. Финансовые директора называют это катастрофой для свободного денежного потока.

0 — ровно столько гарантий, что эти инвестиции окупятся в ближайшие пару лет. Big Tech жертвует своей главной святыней — стабильным cashflow — ради инфраструктуры, у которой пока нет понятной unit-экономики для масс-маркета.

Раньше инвесторы жестоко наказывали корпорации за сжигание кэша без четкого ROI. Сегодня они наказывают за отсутствие слова «AI» в квартальном отчете. Это уже не стратегия, а чистый FOMO на уровне советов директоров.

В гонке за будущим очень легко остаться без штанов в настоящем.

А вы готовы резать текущую маржу своего бизнеса ради технологии, которую пока мало кто умеет монетизировать? Посчитайте реальную отдачу от внедрения нейросетей в ваши процессы — или вы тоже просто оплачиваете чужой хайп?

Источник: The Economist — Business

SHIFT Lab

Пока большинство читает заголовки про ракеты и саммиты с легким чувством надвигающегося апокалипсиса, инвесторы видят в этом P&L и переговорные фреймворки.

Financial Times выдал плотный дайджест: Си Цзиньпин жалуется Трампу на Японию, США ставят на паузу сделку по Ирану, а в Европе продолжается обмен ракетными ударами. Для обывателя это геополитика. Для C-suite — это переоценка рисков логистики, волатильность нефти и изменение стоимости капитала.

Как на самом деле читаются такие новости на высшем уровне?

Си Цзиньпин не просто критикует Токио. Он использует классический прием переговоров: пытается вбить клин между партнерами прямо на старте нового цикла взаимодействия с Вашингтоном. Ничего личного, просто попытка изменить баланс сил в совете директоров Азиатского региона. Политики называют это сложной дипломатией. В бизнесе это называется попыткой выдавить конкурента из прибыльного совместного предприятия.

Заявление Трампа по Ирану — это тоже чистая корпоративная логика. Базовое правило M&A: тот, кто показывает спешку, всегда проигрывает в цене. Искусственное затягивание времени — самый дешевый способ заставить противоположную сторону нервничать и снижать ставки.

Слабые игроки реагируют на сами события. Сильные — на скрытые мотивы тех, кто эти события создает.

Умение читать новости не как хронику происшествий, а как столкновение бизнес-интересов — обязательный навык для перехода на новый уровень управления. Глобальные конфликты сейчас напрямую диктуют локальную юнит-экономику.

Перенесите эту логику на свой масштаб. Посмотрите на свои текущие переговоры. Кто прямо сейчас искусственно затягивает время, чтобы сбить вашу ценность? И кто пытается дискредитировать ваших ключевых партнеров под видом «дружеского совета»? Проанализируйте свой последний сложный контракт — видели там такие паттерны? Напишите в комментариях.

Источник: Financial Times — Companies

SHIFT Lab

AD Ports расширяет сеть грузоперевозок по железным дорогам в ОАЭ. Пока стартапы питчат инвесторам очередной ИИ-алгоритм для спасения мира, по-настоящему большие деньги продолжают скучно закатывать в бетон и сталь.

Чтобы понять, почему контроль над физической инфраструктурой — это абсолютная власть, стоит отложить бестселлеры по софт-скиллам и прочитать «Ящик» (The Box) Марка Левинсона.

Это история о том, как стандартизированный морской контейнер сломал старую экономику и создал современную логистику.

Инновации, которые меняют правила игры, редко выглядят сексуально. Чаще всего они просто сокращают стоимость транзакции на пару центов, но в масштабах планеты.

В чем здесь урок для C-suite? Стратегический ров строится не только в облаке, но и на земле. Тот, кто владеет логистическим узлом или рельсами, в конечном итоге забирает маржу у тех, кто просто везет по ним свой товар.

Добавьте в список. Или хотя бы главу 3 про то, как бизнес ломал сопротивление портовых профсоюзов — она точно окупит время.

А теперь посмотрите на свой P&L: вы контролируете ключевые узлы в своей цепочке создания стоимости, или просто арендуете чужие правила игры?

Источник: Forbes Middle East

SHIFT Lab

В любой топовой программе Harvard Business School или европейской INSEAD есть обязательный модуль по бизнес-этике. Обычно это те самые часы, когда амбициозные управленцы наконец-то могут выспаться между лекциями по M&A и корпоративным финансам.

Академики любят спорить, как экономистам оценивать мораль — как внешнее ограничение или часть системы. Этика в бизнесе давно перестала быть вопросом совести и стала вопросом unit-экономики.

Бизнес-школы преподают корпоративную ответственность с очень серьезными лицами. На практике самые красивые презентации о высоких стандартах обычно показывают компании ровно за квартал до грандиозного скандала с отчетностью.

Если вы сейчас выбираете программу Executive MBA или проходите обучение для C-suite, перестаньте смотреть на модули по ESG и этике как на скучную теорию. Читайте их через призму управления рисками. Как репутационный коллапс рушит капитализацию? Как ведут себя стейкхолдеры, когда лидер переходит красную линию?

Мораль на уровне топ-менеджмента — это не про то, как быть хорошим. Это про то, как не обнулить бизнес одним решением, которое казалось математически безупречным.

Вспомните свое бизнес-образование. Модуль по этике был жестким разбором антикризисных кейсов или просто красивой сказкой для галочки? Поделитесь в комментариях, как это преподавали вам.

Источник: The Economist — Finance

SHIFT Lab

Типичная сцена на совете директоров: кто-то из стейкхолдеров предлагает отдать нейросетям не только рутину, но и первичный фильтр стратегических решений. Звучит как мечта об идеальной эффективности. На практике — это делегирование управления компасом слепому.

Репортер NBC провела год, передав ИИ контроль над своей жизнью и работой. Итог эксперимента: колоссальный прирост в скорости и пугающие компромиссы в качестве.

Алгоритмы блестяще имитируют уверенность. Проблема в том, что в бизнесе уверенная галлюцинация стоит реальных денег. Нейросети отлично справляются с драфтами договоров и сводками P&L, но они не умеют читать воздух в переговорной.

ИИ — это экзоскелет, а не автопилот.

Вывод прост: делегируйте машинам сбор данных и рутинный execution. Но как только дело касается judgment call — оценки рисков, найма C-suite или сделок — руль должен оставаться у человека.

Какую задачу в вашем бизнесе вы пока категорически не готовы отдать алгоритмам?

Источник: McKinsey Insights

SHIFT Lab

Исследование РАНХиГС показало: только 15–20% студентов и школьников обладают базовыми знаниями в сфере ИИ.

Бизнес ждет, что новое поколение придет в офисы и с порога автоматизирует процессы. На практике большинство использует нейросети исключительно для генерации дипломов, а не для сведения unit-economics. Компании надеются на приток свежих талантов, но суровая реальность такова, что нанимать пока некого.

Образовательная система стабильно проигрывает скорости технологий. Пока институты согласовывают учебные планы, рынок меняется трижды. В итоге HR-отделы продолжают искать мифических AI-специалистов на пустом рынке.

Вывод предельно прагматичен. Не ждите готовых кадров с рынка — их там нет.

Если бизнесу нужен качественный скачок, обучать придется текущую команду. Вкладывать в точечные курсы для C-suite и мидлов сейчас выгоднее, чем надеяться на выпускников. Профессионал с глубоким пониманием индустрии, освоивший базовые AI-инструменты, принесет компании кратно больше денег, чем студент, умеющий писать красивые промпты.

А как решают эту задачу у вас? Пытаетесь хантить готовых «ИИ-экспертов» или уже начали обучать своих сотрудников? Поделитесь в комментариях.

Источник: Ведомости

SHIFT Lab

За кулисами Кремниевой долины: кто на самом деле строит AI.

Политики вещают о технологической войне США и Китая. На практике всё выглядит иначе. Лучшие китайские инженеры-математики арендуют старый дом Марка Цукерберга в Лос-Альтос и пишут код. Meta, Apple и OpenAI перекупают их друг у друга, предлагая компенсационные пакеты до $200 млн за одного специалиста.

Компании называют это борьбой за таланты. На деле — это скупка элитных цифровых наемников, которым плевать на геополитику. Парни, чьи мозги стоят сотни миллионов, спят на брошенных на пол матрасах и едят с бумажных тарелок.

Капитал абсолютно прагматичен. Ему не важен цвет паспорта, если вы решаете задачи, двигающие рынки. Эти молодые инженеры поняли главное правило новой экономики: уникальная хард-экспертиза ломает любые барьеры.

Они не пытаются вписаться в корпоративную культуру или аккуратно строить нетворкинг. Они просто становятся настолько незаменимыми, что корпорации сами меняют правила игры ради них.

Это чистая иллюстрация реального перехода на новый уровень. Можно бесконечно обсуждать макроэкономику, стеклянные потолки и нехватку связей. А можно стать человеком, из-за которого C-suite готов переписывать годовые бюджеты.

Задайте себе вопрос. Если завтра в вашей индустрии начнется резкий рост и смена парадигмы, за кем придут хедхантеры? Вы в списке тех, кого будут агрессивно перекупать, или среди тех, кого тихо оптимизируют?

Источник: Rest of World

SHIFT Lab

ETF Roundhill Memory (тикер DRAM) собрал $10 млрд всего за 50 дней после запуска и вырос на 87%. Это абсолютный рекорд скорости в истории фондового рынка, разогнанный хайпом вокруг искусственного интеллекта. Но за этой аномалией скрывается холодная механика того, как умный капитал отрабатывает тренды.

1. Институционалы не играют в рулетку с AI-стартапами, они скупают инфраструктуру. Пока тысячи фаундеров питчат инвесторам очередные приложения-обертки, реальные деньги уходят в компании, производящие память для дата-центров.

2. Золотая лихорадка работает неизменно: большинство искателей разорится, но продавцы кирок и лопат гарантированно окупят свои вложения. Сегодня кремниевые чипы — это те самые лопаты, на которых держится весь хайп.

3. Искать профит нужно не на сверкающей витрине тренда, а в его узком горлышке. Выигрывает тот, кто контролирует дефицитный ресурс в цепочке поставок, без которого инновация просто не заведется физически.

В любом глобальном сдвиге самые надежные сверхприбыли делаются на обеспечении базовых мощностей, а не на красивых пользовательских интерфейсах. На каком уровне пищевой цепи в своей индустрии находитесь вы: продаете лопаты или все еще надеетесь откопать золото?

Источник: Financial Times — Technology

SHIFT Lab

Было: выгорание считалось личной слабостью. Не тянешь KPI — иди в отпуск, попей витамины или освободи кресло для более стрессоустойчивых.

Стало: выгорание признали структурным сбоем менеджмента. Это не диагноз сотрудника, это баг в бизнес-процессах.

Долгое время корпорации пытались лечить 80-часовую рабочую неделю бесплатной пиццей по пятницам и подпиской на приложение для медитаций. Теперь на уровне C-suite стало ясно: выгоревший топ-менеджер или ключевой разработчик — это прямая угроза P&L, а не просто повод для сочувствия.

Если команда массово теряет драйв, дело не в мотивации. Дело в кривой архитектуре задач, конфликтующих целях или банальном микроменеджменте. Загонять людей до состояния зомби, а потом отправлять на корпоративный тренинг по тайм-менеджменту — это отвратительная unit-economics.

Лечить нужно не людей, а систему. На практике это значит перестать перекладывать ответственность на HR-отдел и начать жесткий аудит операционки.

Посмотрите на свой бизнес прямо сейчас. Вы действительно чините процессы или просто надеетесь, что ваши люди сделаны из титана? Напишите в комментариях, как у вас принято решать проблему падающей эффективности.

Источник: Harvard Business Review

SHIFT Lab

Airbus вежливо заявил, что рассматривает возможность сборки вертолетов в Канаде. В переводе с корпоративного на реальный язык бизнеса это звучит иначе: дайте нам жирные госконтракты на фоне роста вашего оборонного бюджета, и тогда мы, так и быть, создадим вам рабочие места.

На Западе это называется стратегическим партнерством. По факту — изящный B2G-торг, где строительство завода выступает заложником гарантированного сбыта.

В GCC логика обратная. Там больше не раздают бюджеты за красивые презентации. Хочешь деньги саудовского или эмиратского госзаказа? Сначала построй производство, передай технологии и выполни квоты по найму местных. Инвестиции идут впереди контракта, а не наоборот.

В СНГ подход традиционно строится на нетворкинге и скорости. Сначала жмем руки, запускаем пилотный проект, а глубокую локализацию обещаем внедрить «на следующем этапе», который часто так и остается на бумаге.

Где больше возможностей? Там, где вы адекватно оцениваете свой рычаг. Если у вас уникальный продукт — вы диктуете условия, как Airbus. Если вы идете на перегретый рынок с большими деньгами — правила диктуют вам. При выходе на новый уровень и масштабировании продавать нужно не сам продукт, а экономический эффект для того, кто принимает решение.

А как вы заходите к крупным заказчикам? Выбиваете гарантии объемов на старте или сначала вкладываетесь в инфраструктуру партнера?

Источник: Bloomberg Business

SHIFT Lab

Представьте типичный совет директоров. Кто-то предлагает потратить четверть миллиарда долларов не на серверы, не на R&D и не на хантинг разработчиков, а на «исследование влияния нашего продукта на экономику». В обычной корпорации за такое отправляют к психиатру. В OpenAI — выписывают чек.

Фонд компании выделяет $250 млн на изучение того, как искусственный интеллект перекроит глобальные рынки.

Они создают технологию, которая сносит целые индустрии, а затем щедро финансируют изучение образовавшейся воронки.

На деле за этим стоит не академический интерес. Это покупка контроля над нарративом. Когда ваш продукт угрожает мировому рынку труда, лучше самому возглавить дискуссию о последствиях и спонсировать нужные исследования, пока за вас это не сделали государственные регуляторы. Это лоббизм высшего уровня и формирование новых правил игры.

Пока создатели ИИ тратят сотни миллионов на понимание макроэкономического сдвига, многие компании всё ещё используют нейросети только для переписывания писем.

Загляните в свой P&L на следующий год. Там заложен бюджет на реальную адаптацию юнит-экономики к новым технологиям, или вы искренне планируете пережить эту революцию бесплатно?

Источник: Financial Times — Companies

SHIFT Lab

Геополитическая волатильность окончательно перестала быть строчкой в разделе рисков и стала главным инструментом перераспределения капитала на уровне C-suite.

Пока одни пишут инвесторам о непредсказуемости рынков, другие тихо скупают активы по новым торговым коридорам. Аналитики красиво называют это стратегическим предвидением. На деле — это просто умение читать глобус быстрее, чем заголовки новостей.

Ваш бизнес уже перевел капитал на новые рельсы, или совет директоров все еще ждет, когда «ситуация стабилизируется»?

Источник: McKinsey Insights

SHIFT Lab

Молодые мозги бегут из академической среды. Financial Times фиксирует массовый отток талантов из науки в консалтинг и корпоративный сектор.

Университеты десятилетиями продавали престиж, но статус больше не оплачивает счета. Академическая среда учит исследовать проблему со всех сторон. Бизнес платит за то, чтобы её решить. Глубокая экспертиза без умения её монетизировать — это просто очень дорогое хобби.

В этом кроется главная ловушка классического образования. В университете вас награждают за 300-страничную диссертацию, которую прочитают пять человек. В совете директоров — за презентацию из пяти слайдов, которая спасет компании $50 млн.

Поэтому при выборе MBA или программы executive education критически важно смотреть на преподавательский состав. Если курс ведет пожизненный профессор, вы узнаете, как рынки работают в идеальном мире. Если практик из C-suite — поймете, как управлять компанией, когда бюджет срезали на треть. Академики называют это «сменой парадигмы». Инвесторы — спасением unit-экономики.

Инвестировать время нужно только в те навыки, которые дают прямой рычаг. Теория без привязки к реальному P&L — пустая трата ресурса.

Посмотрите на свой план развития на этот год. Что вы сейчас изучаете: красивые концепции для резюме или инструменты для следующего карьерного скачка? Какое обучение в итоге дало вам самый высокий ROI? Поделитесь в комментариях.

Источник: Financial Times — Companies

SHIFT Lab

Месяц в разрезе

Тема месяца — Искусственный интеллект как разрушитель привычных операционных моделей.

В прошедшем месяце корпоративный мир обсуждал нейросети с таким надрывом, что, кажется, сами алгоритмы устали генерировать для топ-менеджеров стратегии спасения. Рынок окончательно прошел стадию слепого восторга и столкнулся с банальной реальностью: ИИ больше не забавная игрушка для написания писем. Это инструмент, который безжалостно ломает устоявшийся P&L, перекраивает оргструктуры и обесценивает классический менеджмент.

Как это выглядело на практике:

— Умные деньги начали фиксировать прибыль. Пока розничные инвесторы и меди

SHIFT Lab

Банки веками конкурировали процентными ставками, а теперь — алгоритмами и дресс-кодом.

ОАЭ одобрили запуск нового цифрового банка на базе ИИ. В стратегии заявлены агрессивная национальная экспансия и официальная политика «no tie» (без галстуков). За фасадом корпоративной свободы скрывается жесткий расчет: ставка на нулевое трение в unit-экономике.

Что за этим стоит на самом деле? Отказ от галстука — это не заигрывание с молодой аудиторией. Это позиционирование. Сигнал рынку звучит так: «Мы — IT-компания с банковской лицензией, а не старый банк, натянувший на себя модную IT-оболочку».

Классические игроки заливают миллионами процесс цифровой трансформации. Ирония в том, что можно купить премиальный софт, но если одобрение сделки всё ещё требует пяти подписей топ-менеджеров в тяжелых костюмах — это не инновация, а просто оцифрованная бюрократия.

ИИ в новом проекте — это не умный чат-бот на сайте, а радикальный срез костов на комплаенс и андеррайтинг. В регионе GCC, перенасыщенном историческим капиталом, сейчас скупают скорость. Власть окончательно переезжает из мраморных лобби в бесшовные API.

Побеждает тот, кто убирает барьеры между клиентом и результатом.

Если ваша бизнес-модель до сих пор заставляет клиента «надевать галстук» — метафорически продираться через ваши внутренние регламенты, долгие согласования и скрипты — вы уязвимы перед первым же технологичным конкурентом.

Взгляните на свой клиентский путь. Вы продаете реальное решение, или клиент тратит время на преодоление созданного вами же корпоративного трения? Какой процесс в вашем бизнесе давно пора оставить «без галстука»? Напишите в комментариях, что будете менять.

Источник: Arabian Business

SHIFT Lab