Рать белых патриотов, потрясая набором казённых формулировок из советского учебника истории, ринулась доказывать, что таки нет, я неправ, Русских Людей Обижали только и исключительно в СССР, а ни в московском царстве, ни тем более в РИ такого и в заводе не водилось. Егор тот даже цитату из Исаича откопал по случаю, впрочем, весьма ярко иллюстрирующую дремучее невежество нобелиата.

Ну это шут с ними. Я таки продолжу про Солжа. Там есть важная тема, более важная, чем вся эта мелкобуржуазная говорильня.

У нашей госсистемы, среди прочих её слабостей, есть одна очень серьёзная — это отсутствие культуры ошибок. Она, как бы, никогда не ошибается — ни целиком, ни в частностях. Курс всегда верен, решения руководства неизменно мудры, а если что-то не получилось или получилось не так, как было задумано — то это никогда не осмысляется как ошибка, тем более как системная ошибка: только как преступление, причём чьё-то, с именем и фамилией. Помянутого имярека надо жыстоко покарать, и гордо идти дальше к новым свершениям.

Так было всегда, так и сейчас. Скажем, в десятые, когда товарищ Маск создавал свой Старлинк, а мы от аналогичных проектов отказались (по идиотской причине конфликта между Борисовым и Рогозиным, когда один аппаратно топил другого), это была именно что ошибка — имеющая, как мы сейчас видим, стратегические последствия. Но мы это даже сейчас описываем исключительно как историю про то, как генералы Халиловы пилили охулиарды на Азарте, и мало им за это дали. Было преступление? Да, было, установлено судом. Но куда хуже — то, что поверх него была ошибка, и вот о ней не говорят вообще.

За Солженицыным, каким бы он ни был (а я не отказываюсь ни от одного своего слова критики в его адрес) в послевоенные годы была великая правда, которую трудно, если не невозможно было перешибить никакой "системе". Он — и его устами примерно все — задавал главный на тот момент вопрос: да, победили в 45-м, но почему с такой кровью, такими потерями и такими жертвами? Почему, несмотря на то, что всю страну в 30-е поставили на уши именно под флагом подготовки к большой войне, по факту оказались к ней настолько не готовы? Почему перед тем, как начать побеждать, проиграли столько сражений, потеряли столько жизней и отдали столько территорий? Что там насчёт "малой кровью, могучим ударом?" Почему кадровая Красная Армия сгорела дотла уже в первые месяцы, и до Берлина пришлось идти вчерашним гражданским?

Именно потому, что ошибки невозможны, нельзя было не то что ответить на этот вопрос — нельзя было даже его задавать. Собственно, Солженицын за то и сел. У нас тоже, кстати, сейчас таких сколько-то сидит; а некоторые, особо настойчивые, зачем-то принялись взрывать гранаты в собственном самолёте и даже до тюрьмы не дожили.

Но, возвращаясь к тем временам, весь финт Хрущёва с десталинизацией по сути и был попыткой уйти от разговора об ошибках, переведя его в язык "преступлений" — в данном случае уже покойного к тому времени вождя, его "культа личности" и репрессий. Однако фокус не удался. И если уж говорить всерьёз, почему СССР рухнул, то самая главная причина именно в том, что этот разговор внутри поколения победителей так и не состоялся.

Его, кстати, и сейчас толком нет. Ни про ту войну, ни, между прочим, про эту.