О новом законопроекте об ответственности за отрицание геноцида советского народа или почему законы надо писать хотя бы юристам, а не профессиональным политикам

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АЛЕХИНИМ РОМАНОМ ЮРЬЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АЛЕХИНИМ РОМАНОМ ЮРЬЕВИЧЕМ 18+

Иногда кажется, что в нашей политической повестке есть один вечный ритуал: каждый раз, когда страна сталкивается с серьёзной угрозой или большим историческим вызовом, мы вместо нормального разговора — вместо архивов, учебников, музеев, юридических определений — снова достаём откуда-то новый законопроект. Как будто вопрос памяти, ответственности и войны можно закрыть одной фразой в Уголовном кодексе, и все сразу поймут, как правильно думать.

Но у закона есть одна жестокая черта: он требует точности. В нём нет места красивым формулировкам вроде «геноцид советского народа» — если мы не можем точно определить, что это значит, где это зафиксировано и какой суд признал это юридическим фактом. История — не поле для фантазий. Юриспруденция — тем более.

Вот почему законы должны писать юристы. Не политтехнологи, не ловцы лайков, не люди, которым нужно сегодня поднять градус патриотизма, а завтра в интервью объявить себя «автором закона». Юристы, может быть - историки, которые понимают, где проходит грань между защитой памяти и созданием нового инструмента давления. Потому что если грань размыть, последствия наступают быстро.

Любая расплывчатая формулировка в УК со временем превращается в ловушку. Особенно если в стране любят работать по «планам» и «показателям»: сколько дел возбудили, сколько закрыли, как «улучшили статистику». Отсюда один шаг до того, чтобы за историческую дискуссию или спор о терминах человек внезапно оказался в категории «отрицателей» — просто потому, что статья удобная, а органам надо показать «работу».

Я уж точно понимаю, как это происходит в реальности. Как любое неконкретное слово в законе потом превращается в рычаг, которым можно надавить, когда есть запрос от того или иного чиновника или околочиновника. И это пугает не меньше, чем любые внешние враги, потому что бьёт своё же государство по своим же людям.

Память о войне нужно защищать. Нужно повышать ответственность за уничтожение захоронений. Нужно пресекать попытки оправдывать нацизм и перекраивать историю. Всё это — да, без вопросов. Но это требует точности, профессионализма и спокойной головы. Иначе мы вместо защиты получим противоположное — закон, который начнёт жить своей жизнью и работать не против врагов, а по своим.

Если уж и говорить о геноциде с опорой на документы с планами Третьего Рейха, то надо говорить о геноциде славян, то есть русского народа. Да и вообще не было и не может быть какого-то советского народа, а могут быть народы СССР. Об этом еще можно спорить в СМИ или где-то еще, но нельзя спорные формулировки вводить в УК.

Когда законы пишут юристы, государство становится сильнее. Когда законы пишут политические пиарщики, государство становится нервнее. А нервы — плохой фундамент для будущего.

И, честно говоря, в нашей ситуации мы давно заслужили законы, которые не надо толковать через пресс-релизы.

Поблагодарить автора и команду можно здесь. Спасибо!

Думай с 💬Роман Алехин. Канал в МАХ - здесь.

В Германии вдруг снова подняли тему «Holodomor»

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АЛЕХИНИМ РОМАНОМ ЮРЬЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АЛЕХИНИМ РОМАНОМ ЮРЬЕВИЧЕМ 18+

Иногда в Европе появляются документы, которые читаешь и понимаешь: вот она, школа гибридной войны, только написанная не в штабах, а в кабинетах людей, искренне уверенных, что они служат «исторической правде». На днях в Германии писатель и бывший учитель разослал письмо министру образования, требуя включить «Holodomor» как обязательную тему в школьные программы всех земель.

Аргумент простой и прямолинейный: если немецкие дети не будут изучать эту трактовку истории, то Украина «останется непонятой», а Кремль «победит в войне нарративов». То есть школьный урок истории должен выполнять военную задачу. Автор даже не пытается прятать это под академическую педагогику.

Он пишет: «Der Kampf um die Geschichtsdeutung ist ebenso wichtig wie der gegen russische Drohnen» — «борьба за интерпретацию истории столь же важна, как борьба с российскими дронами».

Настолько честно встречается редко. Прямое признание роли образования в современной информационной операции.

Дальше больше. Он убеждает министра действовать, апеллируя к её еврейскому происхождению, сравнивает «Holodomor» с Холокостом, утверждает, что это «национальная травма» украинцев, о которой обязаны знать все немецкие школьники. Сложная историография? Разные исследования? Дискуссии в научных журналах? Нет. Политическая позиция представлена как единственно возможная истина.

И всё это подается как «борьба за демократию».

Ты читаешь и ловишь себя на ощущении дежавю: именно так работают в современном мире — берут болезненный исторический мотив, закрепляют за ним единственную трактовку, маркируют инакомыслие как «пропаганду атакующей стороны», а школьное образование превращают в инструмент политики.

Это классика ментальной и гибридной войны. А Европа сегодня живет внутри неё, даже не замечая, что стала её производителем, а не объектом.

Но есть и другой слой. Мы много говорим о том, как Германия трактует голод начала 1930-х. А что у нас?

Спросим честно.

Знает ли наша молодежь о голоде 20-х, о голоде 30-х, о голоде 40-х? Знает ли не из мемов и не из чужих политических лекций, а как о реальной трагедии, возникшей из ошибок управления, из гражданской войны, из мобилизационной модели развития страны?

Или мы настолько увлеклись иностранными методиками, английским языком и погоней за «европейским образованием», что постепенно оставили собственную историю открытой для чужой интерпретации?

Что если через пять–десять лет наши дети будут увереннее рассказывать о «геноциде украинского народа», чем о трагедии собственного народа, пережившего катастрофы куда более широкого масштаба?

Вопрос простой, но неприятный: мы еще владеем собственной исторической памятью или уже уступили её более настойчивым соседям?

Поблагодарить автора и команду можно здесь. Спасибо!

Думай с 💬Роман Алехин. Канал в МАХ - здесь.