🥾15

Про чувство локтя.

Полгода назад, в самом начале пандемии, я вел вебинар о техниках и принципах удалёнушки. Ну, все тогда это делали, мы не остались в стороне. Тем более, что мне тогда было что рассказать, потому что наши собственные первые эксперименты с «отпусканием команды в абсолютную географическую свободу» начались еще году в 2012.

(И, кстати, первые пару лет были тотально неуспешными — наши ребята клялись и божились, что продажи с берега моря будут только лучше: «мол, я утром окунусь, и потом буду хреначить с удвоенной силой» — но потом пропадали, уходили в запой, и возвращались красные от жары через месяц: «Сорян, не смог удержаться».

Но я не об этом сегодня.)

Шишек с удаленной работой мы за эти годы набили много — но с 2015-го всё же перешли в распределенный формат команды.

И вот, помимо всего прочего, на том вебинаре я рассказывал о ценности постоянной видеосвязи всей команды, в режиме always on, создающей эффект присутствия в единой комнате.

Это полезно для всего: и для взаимодействия, и для мотивации, и для самодисциплины, и для чувства локтя, да и просто, чтобы с ума не сойти от одиночества во время работы из дома. Асинхронным командам это не очень надо, а вот тем, кто привык к синхронной работе — просто необходимо.

Я предполагал, что люди будут брать для этого старые ноуты или планшеты, ставить их рядом, включать там на постоянку зум или скайп и создавать для себя виртуальные комнаты, худо-бедно эмулирующие общение в офисе.

Тогда я получил приличное количество справедливо возмущенных откликов, мол, ну что за освенцим? что это за тотальная слежка большого брата?! а вдруг я в носках? а вдруг у меня девушка голая на заднем плане по комнате ходит, еще не проснувшись?! (Это дословная цитата одного из комментов.)

6 месяцев назад такая always-on видеосвязь воспринималась исключительно как вторжение в личную жизнь. Как если бы работодатель поставил CCTV-камеру над затылком и постоянно следил за каждым твоим кликом. (Ну, в принципе, технически почти так оно и есть).

Прошло полгода.

Один из самых интересных сейчас стартапов, Sidekick — это ровно такие постоянно включенные «видео-порталы» к команде. Отдельные планшетики на ножках, тач-скрин управление: всех видно, никого не слышно. С утра сел работать — включил старт. Нажал на человека — поговорил с ним, остальные не отвлекаются. Нажал на троих — поговорил со всеми. Нажал снизу на «Я занят» — включился режим «не трогайте меня». Закончил работать — нажал на «Ушел с работы». И так далее.

Бизнес-модель проста: за $50 за сотрудника в месяц (по цене рабочего места), команда получает сами устройства с бесплатной доставкой, трафик, техподдержку и т.д. Закончил платить — вернул устройства.

Я абсолютно убежден, что постепенно, через боль и страдания новых способов разграничения личного и рабочего (которое раньше легко осуществлялось посредством физического переноса собственной тушки из одних географических координат в другие), мы все постепенно придем вот примерно к таким решениям.

Не зумчики, так планшетики на ножке. Не планшетики, так VR-очочки. Не очочки, так что-нибудь еще, не знаю, там, резиновые куклы коллег, быть может.

Чувство локтя как базовую потребность социальных животных пандемия, увы или к счастью, не отменяет.

Вот как это выглядит.

🥾16

Про взращивание.

О, какие замечательные «4 способа взращивания культуры любопытства» от HBR (осторожно, английский): https://bit.ly/2RMo62p

Если вкратце:
— стимулировать в сотрудниках вопрошание к самим себе по итогам рабочего дня в виде небольших добровольных опросников для рефлексии
— пункты планерки и повестку дня встреч записывать в форме вопросов: (“Как нам приоритезировать клиентов? Почему?”), а не в форме положений устава.
— вместо соблазнительного спускания собак и обвинений сотрудников в провалах спрашивать: “Слушай, а как ты думаешь нам надо было бы в тот момент поступить?”
— установка на то, что любая учеба сотрудника — уже благо, даже если это не имеет непосредственного отношения к работе.

Мне очень второе понравилось.

🥾17

Про лентоманию.

Social Media Dilemma — полуторачасовая документалка на нетфликсе, в которой десяток интервью с главными UX-дизайнерами фейсбуков, инстаграмов и прочих пинтерестов, тех, что и приучили нас к “лайкам”, “шерам” и уведомлениям ”друг отметил вас в фото”, перемежаются ужасающей статистикой самой незаметной наркомании современности — “лентоманией”.

Фильм немного алармистский — но таков закон жанра. Его это не портит.

Если коротко, там про:
— реальные аддикции к смартфону и повсеместное отрицание этого привыкания;
— психологические триггеры, заставяющие нас с вами постоянно проверять шторку уведомлений;
— рост на 150% подростковых суицидов из-за несоответствия своей собственной реальной физиономии в зеркале собственным же постам с инста-фильтрами;
— создание общества “этичных и человечных технологий” по принципу “пчелы против меда”: красивые собрания, умные слова — но рекламную модель монетизация не поколебать;
— детей разработчиков, которым запрещено пользоваться разработками их родителей, да и вообще всеми социальными медиа и гаджетами (Я не знаю ни одного старшего разработчика в долине, кто не запрещает своим детям социальные медиа от слова “вообще” — примерно так говорит один из героев фильма);
— ну и рашн хакерс, естественно; но это тоже закон жанра, дань эпохе, так сказать, можете не обращать внимания.

Цитата фильма: “Единственные две индустрии, где клиентов называют пользователями — это диджитал и наркоторговля” :)

Термин фильма: surveillance capitalism.

Короче, если совсем в двух словах, то ключевой месседж фильма примерно такой: “Знаете, когда мы придумывали кнопку “лайк”, никто не хотел порабощения человечества, но так уж получилось, — и что теперь делать, мы и сами не знаем. Просим, как говорил классик, отнестись с пониманием”.

~~

Несколько моих мыслей от фильма через день отстоя пены:

1. Наш ждет появление целого рынка сервисов, услуг и продуктов, помогающих людям побороть свою лентоманию. Диджитал-детокс и гаджет-фри ретриты — только первые ласточки. Рынок будет гигантский, ни с какой наркологией и никотиновыми пластырями ни в какое сравнение не идет. Дискурс “освобождения от навязчивых технологий” соберет ни одну сотню конференций и форумов.

2. Появится большая мода на “этичные приложения” и “осознанные уведомления” со стороны сервисов. Уже сейчас этим играют много сервисов — пишут, мол, “знаете, а мы не будем подписывать вас на рассылку, зачем вам это” или “мы объявляем с сегодняшнего дня, что кнопка “отписаться” будет самой большой и яркой в начале письма, а не незаметной ссылкой в футере”. Для многих это будет ярким (хотя и временным) уникальным оффером.

3. При этом, увы, ничто это уже не поможет “широким массам населения”, которые с гордостью отказавшись от телека (“я этот промывающий мозги ящик не смотрю”) плотно пересели на коробочку. Потому что плотный информационный пузырь, только подтверждающий каждому его собственную правоту, куда соблазнительней линейного программирования телеканала. Всё, приехали.

4. Важнейшей практикой инфомационной гигиены является подписка на контент, противоречащий твоим собственным убеждениям — для развития практики сомнения и разрушения своего собственного пузыря. Всем срочно подписываться

5. Самое пострадавшее поколение — нынешние 15-25-летние. Те, кто безудержно вовлекся в социальные медиа в самый уязвимый момент формирования привычек, установок и социальных практик — во время начала полового созревания. Те, что постарше, еще помнят радость оффлайна: двор, дискотеки, анкетки в тетрадочках, войнушка вокруг гаражей, все дела. Тех, что помладше, вероятно, спасут практики инфогигиены и обще-ЗОЖная установка их родителей. Хотя не факт.

6. Платить за контент станет модно — это будет словно аксессуар, доказывающий собственную причастность к “особым”, которые не могут себе позволить не становиться “продуктом для рекламодателей”. Уже сейчас в разговоре мы невзначай бросаем “сорри, я не видел этой рекламы, вы знаете, у меня ютуб-премиум, простите пожалуйста” — и сразу как бы возвышаемся. Дальше этого будет больше. Платные аккаунты как...

...партбилеты общества “независимых”. В кавычках, конечно же. Но в целом, это отрадно. Хоть так.

7. Тема психологии воли и волевой регуляции поведения и деятельности человека снова обретает максимальное внимание. Это вообще такая несправедливо пренебрегаемая область психологии — куда менее модная, чем психология памяти или всякие нейромаркетинговые шапочки из фольги. Надо бы перечитать пару университетских работ тут.

8. Конечно, критично важен инсайт, что конечным продуктом, который продают платформы, являются вовсе ни показы, ни охваты, и даже не внимание пользователя, — а едва заметные коррекции его поведения и установок. Они происходят незаметно для него самого, постепенно, плавно и планомерно. А обеспечиваются они тем самым информационным пузырем с постоянно самосбывающимся пророчествами.

9. Профессия UX-дизайнера по уровню вызываемой ненависти неизбежно обгонит коллекторов и гаишников. Не завтра, но скоро.

Но это лишь мои мысли — а не краткое содержание фильма. :)

Так что найдите полтора часа времени в какой-то момент — посмотрите. Эдакое “Черное зеркало”, но не про завтра, а про вчера уже даже, наверное.

~~

P.S. Кстати, будете смотреть — обратите внимание на крайне симпатичную художественную реализацию трех демиургов, отправляющих уведомления в инста-аккаунты “жертв” и лично монетизирующих их программатиком. Особенно двусмысленно то, что их роль исполняет актер, сыгравший эккаунт-директора Пита Кемпбелла из “Mad Men”. Ох, эта злая ирония кастинг-директора…

P.P.S. Спасибо дорогому Сергею Искорневу за рекомендацию посмотреть фильм.

### Не, всё. Короче, надо короче писать. Короче, Рома! Уже даже телега не справляется -- режет тексты ###

🥾18

Про пиковые переживания.

Источником личных глобальных перемен является собственный нетривиальный опыт — это мы все знаем.

Но подчас мы ждем от такого своего «экзистенциального опыта» не то, что бы слишком многого — но, как бы так сказать, — немного не того. Он, этот опыт, не то, что бы переоценен, но оценен чуть не так. Что ли.

Бывает, полез в горы, застрял на перевале в снегу — думаешь, ну всё, вернусь на работу другим человеком. Перестану заниматься фигней, начну делать что-то стоящее. И с этой мыслью, голодный и холодный, засыпаешь в палатке.

Но возвращаешься — день-два-три — рутина засосала — и делаешь ту же самую фигню, что и раньше. Легко может наступить разочарование: мол, зря мёрз, зря голодал.

Но это напрасно.

В смысле — разочарование напрасно. Мёрз и голодал — не напрасно.

«Пиковые переживания» (так их называют в академической психологии, если мне не изменяет память) действительно нас меняют. Вот только не «что», а «как».

Не меняется то, что делаешь. Меняется то, как. Смотришь на ту же фигню чуть по-иному. Делаешь ее чуть по-иному. Но да, ту же самую фигню. Более-менее.

Вообще эти особые опыты меняют нас незаметно, но скачкообразно.

Это странная грань, потому что ожидаем мы от них немного другого — какой-то приобретённой блиц-мудрости, что ли. А приходит, наверное, всё же не мудрость приобретения, а разумность оставления — то о чем говорили в 🥾3.

~~

P.S. Спасибо Вадиму Тылику за беседу, в которой удалось сформулировать эту грань.

🥾19

Про неравный бой.

Все беды человечества оттого, что память побеждает фантазию — а страсть разобраться в прошлом перевешивает жажду воплощать образы будущего.

Это справедливо и в измерении обычной человеческой жизни (привет, психоаналитики!), и в отношении корпоративной практики компаний (“знаете, у нас так исторически сложилось, что документы мы печатаем в трех экземплярах и собираем семь подписей на каждом”), и, увы, в масштабах нации и страны.

🥾20

Про перчатки.

Разговорился сегодня с приятелем-кассиром в супермаркете.

Он говорит:

— Как здорово, что всех обязали еще и перчатки носить. Носить никто не носит, конечно. Только бухтят на кассе, берут одноразовые пакеты и в них пинкоды нажимают. Но зато по поводу масок теперь никто даже слова не скажет.

Сошлись с ним на мнении, что это довольно мудрый психологический ход — и классический при этом — поставить завышенный план и упирать на двойные ожидания для того, чтобы обеспечить хотя бы минимум.

Вот вам, пожалуйста, толстовско-нравственное “берите выше по течению, вас всё равно снесёт” — в довольно успешном практическом применении.

Собственно, тот же банальный принцип ценовых переговоров: проси больше, сторгуешься на желаемом.

А интересно, это “бери выше” работает только с “внешними объектами воздействия” — народными массами, клиентами, сотрудниками, друзьями, детьми — или и с самим собой тоже?

🥾21

Про сортировку и прозрения.

Многие замечают за собой, что неожиданные решения (пресловутые инсайты-озарения) часто приходят к ним во время утреннего или вечернего душа. Да и дневного, собственно, тоже.

Есть расхожее объяснение этому: дескать, под струями воды мы входим в несколько медитативное состояние, мозг немного освобождается от внешних стимулов — не отвлекается на смартфон, беседы или дела — и наконец-то подсознательное (или бессознательное? или надсознательное? или внесознательное?) прорывается в этой тишине и диктует нам давно очевидные решения.

Некоторые даже советуют хранить в ванной карандаш с блокнотом, чтобы всё это “внезапно пришедшее” тут же под эту диктовку и записать — а не забыть тут же, как только выключил воду и отвлекся на выбор полотенца, а потом соблазнился проверить предательские уведомления на запотевшем экране.

Кому-то несказанно везёт — и он обнаруживает в себе такую медитативность во время, скажем, мытья посуды. Это действительно большая удача: и стаканы помыл, и мыслишек поднабрался у космоса. Для кого-то таким источником становится спорт или, например, лепка, живопись и музицирование; “балет и керамика”, в общем.

Я вот последние несколько дней приводил нашу эдконсалтовскую мансарду в порядок. Ну как “приводил” — переформатировал из офисного помещения в клубный бар, по сути. По этому случаю где-то часов шесть подряд разбирал и сортировал какие-то бумажки, лампочки, шурупы, те же стаканы, магнитики, и прочий хлам. Потом перебирал библиотеку — не всю, конечно, тут полок 100, наверное — но какую-то ее часть. Решил сам это всё сделать, чтобы хотя бы самому знать, где что лежит теперь.

Как только полностью ушел в сортировки и разборы — сразу в голову какие-то совершенно посторонние решения старых задач стали приходить. О которых, уже и думать забыл. Ну, всё то же под-бес-над-за-вне-сознательное, по-видимому.

В общем, обнаружил, что “мой душ” — это сортировки-классификации внешних физических предметов. Мозг через зрительный анализ сходств-различий вещей в руках аналогично простраивает неведомые ранее взаимосвязи между элементами задач, давно требующих решения. Ну или, во всяком случае, я себе это так объясняю для красоты.

На радостях тут же на авито купил 9 кг лего мешком. Буду фасовать-сортировать. Хватит надолго. Готовлюсь к гениальным прозрениям: не менее двух на каждые 100 грамм.

🥾22

Про запои.

Есть такая порода людей — запойные википедисты. Сели утром, открыли статью про гольф, закончили вечером на шести женах Генриха VIII.

Любые аддикции — это, конечно, не очень здóрово и не очень здорóво.

Но уж лучше википедия, чем лентомания (🥾17). Во всяком случае, в культуре любопытства таким фактоголикам не откажешь.

А в современном кроссплатформенном мире удивительные решения приходят всегда на стыке компетенций. И стыки, с ними ведь не угадаешь — они разными бывают.

Иногда решение рекламной коммуникации метафорой из гольфа презентовать-продать можно, а иногда женами Генриха VIII удачно иллюстрируешь байер-персоны в кастомер джорней какого-нибудь премиального бренда. Креатив — дело такое.

Правда, для всестороннего успеха, помимо гениальных идей и комбинаторики инсайтов, — еще надо бы уметь тщательно и последовательно ручками работать, закатав рукава.

У запойно-любопытных с этим могут быть большие сложности, конечно. Но тем не менее.

В общем, ищите запойных википедистов-трудоголиков — они полезные.

(А лучше — становитесь ими).

Или нет?

🥾23

Про паузы.

Тайм-ауты — вечные источники чувства вины.

Очень трудно разобрать — ты молчишь, потому что лень, потому что нечего сказать, или потому что собираешься с силами и мыслями, набухая энергией?

Велик соблазн предпочесть последнюю интерпретацию. Мол, бухаю-бухаю и набухаю. Щас как набухну!

Совесть, сволочь такая, все же подсовывает первую. Страх паникует перед реальностью второй.

Но как ни крути, паузы неизбежны. Поэтому и необходимы. В работе, в жизни, в тексте. Неважно от чего они — важно для чего.

Мне думается — что для контраста. Паузы оттеняют деятельность, как тьма свет, как тишина звук, как смерть жизнь. Простите за этот сентиментальный пафос.

В общем, что-то инь-яньское в них есть.

Когда я был совсем маленький, мне мама разрешала тряпочкой аккуратно протирать грампластинки у нашего проигрывателя. Я заметил, что на дисках есть такие черные полосочки по кругу. Вот не бороздки шершавые, а именно гладкие такие. Между песнями. Черненькие, тоненькие. Ну, паузы такие. Вы знаете,о чем я.

Мне нравилось следить, как игла к концу песни съезжает с толстой шершавой полосы записи на черную тоненькую паузу и молчит, чуть поскрипывая.

Это была запись тишины. Она была такой короткой-короткой. Ее все время не хватало. Уже через пару мгновений опять гремел оркестр.

(...Стал гуглить, как правильно назывались «бороздки с тишиной», — наткнулся на проект на кикстартере, где чувак собирал донаты на выпуск пластинки, полностью состоящей из тишины. Две стороны по 20 минут. https://www.kickstarter.com/projects/silentmeditation/silent-meditation-on-vinyl
Для минимального тиража ему нужно было $600 — он за пару недель собрал сходу 6 тысяч. Видно, не один я ностальгирую по тряпочке в детстве…)

Паузы надо беречь. Как дети растут во сне, мы растём в своих паузах.

🥾24

Про краткость.

Хочу учиться поэзии. Не очень понимаю, как. Видимо, просто нужно больше читать.

Как я недавно для себя понял, поэтическая практика — главный навык коммуникатора (любого: маркетолога, рекламиста, продавца, руководителя, сервисного сотрудника — кого угодно).

Только не рифмоплётство и графомания, а поэзия как упаковка смыслов в короткие строки. В пару слов. В один образ.

Дни бегут надо мной,
словно тучи над лесом.

И сразу ощущаешь, как именно тянется (течёт? бежит? стремится?) ускользающая жизнь.

И дело не в навыках копирайта. Мол, перечитал «Медный всадник» и забабахал два десятка слоганов для билбордов.

Дело в умении мгновенно передавать чувства, смыслы, образы, побуждения — и быть гарантированно услышанным и понятым в границах общего культурного кода.

Нет, мы не стали глуше или старше,
мы говорим слова свои, как прежде,
и наши пиджаки темны все так же,
и нас не любят женщины все те же.

И мы опять играем временами
в больших амфитеатрах одиночеств,
и те же фонари горят над нами,
как восклицательные знаки ночи.

Восемь строк.

Если бы не поэзия, чтобы передать всю эту громаду смыслов и чувств «условного кризиса среднего возраста», пришлось бы брать три бутылки водки, выкуривать блок сигарет и примерно неделю мямлить в жилетку друга: «Ты понимаешь, старик, тут ведь вот какое дело, я ведь не то чтобы уж очень, но ведь, как бы тебе сказать, тут вот какая штука...»

А тут 8 строк. Коротко и ясно.

Почему так важна эта быстрота?

А потому что время кончилось.

Продолжительность внимания — пресловутый attention span — неумолимо сокращается с каждым тиктоком. Взгляните на ироничную картинку чуть ниже.

Не научимся поэзии — останемся стоять на пустом перроне, довыговаривая деепричастные обороты вслед ушедшему поезду молниеносной краткости.

Ироничная картинка.