Я читаю её уже не первый день и не могу нарадоваться тому насколько это медленное и медитативное чтение.

Продолжение отрывка из графической части:

Затем, уже на меньшую глубину, чем жизнь книжных героев, в меня проникал набросок пейзажа, того, в в котором разворачивалось действие; он влиял на мою мысль куда сильнее, чем другой пейзаж, представавший глазам, когда я отрывал их от книги. Так два лета подряд я в овеянном жарой комбрейском саду, над книгой, которую тогда читал, томился по гористой и речной стране, где на каждом шагу попадаются лесопилки, окруженные зарослями дикого креста; а рядом вдоль низких оград вздымаются грозди лиловых и багряных цветов. И в эти два лета постоянно жившая у меня в мыслях мечта о женщине, которая меня полюбит, была проникнута прохладой ручьев и рек; и как бы ни рисовало мне воображение эту женщину, которую я мысленно призывал, по обе стороны от нее, как дополнительные цвета, сразу вырастали лиловые и багряные грозди.

Книги, которые я хочу прочитать до конца года:

✨Шагреневая кожа, Оноре де Бальзак✨
🟡Птицы, Владимир Торин🟡
✨Тайная история, Донна Тартт✨
🟡Луна 84, Ислам Ханипаев 🟡
✨Норвежский лес, Харуки Мураками✨
🦇Клоун-убийца, Терри Салливан 🦇
✨Helter Skelter: Правда о Чарли Мэнсоне, Винсент Буглиози✨
🟡Собор Парижской Богоматери, Виктор Мари Гюго🟡
✨Странная история доктора Джекила и мистера Хайда, Роберт Льюис Стивенсон✨
🟡Загадочная история Аллана Уэйна, Рита Хоффман🟡
✨Призрак Оперы, Гастон Леру✨

Книги, которые я хотел прочитать на Хэллоуин, но октябрь оказался  не резиновый:

🦇Мрачный Взвод. Моровое поветрие, Рита Хоффман🦇
✨Хэллоуин в книжном «Ленивые кости», Эммелин Дункан✨
🟡Пособие по выживанию для оборотней, Светлана Гусева🟡
✨Книжный магазин "Булочка с корицей", Лори Гилмор✨
🟡Общество забытых мучеников, Анви Рид🟡
✨Мертвые мальчишки Гровроуза, Gadezz✨
🦇Новолуние, Стефани Майер🦇
✨Ртутные сердца, Денис Лукьянов✨
🟤На затравку. Моменты моей писательской жизни, после которых все изменилось, Чак Паланик🟤

Еще немного про мнение критиков и связь с экзистенциализмом:

🔴Как это обычно бывает у Ф. М. книга глубоко психологична и отметил это не только я, но и крупные критики, такие как Николай Страхов и Николай Михайловский. Эти двое высоко оценили психологический анализ Достоевского и правдивость типа "подпольного человека", хоть и не во всем соглашались с автором относительно его идеологии.

🔴Позже Ф. М. вдохновил так же экзистенциалистов. Считается, что повесть - это отправная точка для Камю и Сартра, но так как писали эти двое значительно позже и высказаться по теме решили куда шире, то мне их произведения понравились куда больше ("тошнота"; "посторонний", второе хочу перечитать до конца года или в начале следующего).

🔴Сам Ф. М. не разделял взглядов своего героя.

Моё мнение и впечатления:

"Записки из подполья" во многом, действительно, при прочтении, ощущались как болтовня, а учитывая положение безымянного главного героя, можно даже сказать, что местами болтовня эта не стояла уделенного ей внимания. Злоба, которой этот человек, подобно герою аниме обрастает вдоль всего себя и как ему кажется в состоянии окутать весь остальной мир, и окружающих его людей, на самом деле выглядит скорее смешной и даже жалкой. Он мнит себя центральной фигурой, но является фоновым звеном, таким же, как презираемые им объекты.

Если хочется желчи, человечка с патологией и какой-то гадливости, думаю, произведение удовлетворит ваше мерзопакостное настроение и немножко вас обуздает в конце 🥰

оценочное суждение:

Для меня произведение оказалось значительно менее интересным и содержательным, чем его история создания и дальнейшее влияние на умы людей, последующую литературу.

Эту фантастическую повесть Достоевский написал, находясь под впечатлением от возрастающего количества самоубийств среди молодежи. В произведении автор пытался проанализировать мотивы реального случая, которым был потрясен, а фантастической повесть Ф. М. назвал лишь потому, что она представляла собой "поток мыслей" со стороны рассказчика, который будто был воспроизведен с помощью фонографа. Интересно, что и здесь писатель не дал имени главной героине, однако причины для повторного применения приема у него были разные. Имя "Кроткой", как и имя рассказчика автор отказался называть потому, что это, по замыслу, указывает на уже свершившуюся губительную стертость их душ, а в "записках из подполья" главный герой лишен имени потому, что Достоевский предложил читателю воспринимать героя вне времени и пространства, вне конкретного тела и облика, что в конечном итоге удачно сработало, подарив позднее целое направление философской мысли.

Большего о повести уже не написать, так как она слишком мала, а эта её часть была пересказана в предисловии самим Федором Михайловичем. Несмотря на то, что "Кроткая" захватила меня больше, большого впечатления она на меня так же как и "Записки из подполья"не произвела. Не исключаю, что впечатление было перекрыто романом Марселя Пруста, который я читал в параллель, но если и буду перечитывать для того, чтобы выяснить это, то это будет не скоро.

🔴Компанию в кровати мне составила книга "на вилле" Сомерсета Моэма. Очаровательный роман малого объёма, где помимо любовной линии, за счёт риска и некоторой глупости главных персонажей есть интрига не только любовного характера, но и криминального. Для одного вечера - это идеально. Книга, кстати, была для меня первым соприкосновением с творчеством автора, думаю, что в обозримом будущем прикуплю от Моэма ещё "театр" и несколько ваших рекомендаций.

🔴На время болезни отложил начатую "Хэллоуин в книжном ленивые кости", во первых, как это ни грустно признавать, потому что мне уже наскучили подобные милые истории, где меняются только названия магазинов и имена главных героинь, во вторых, потому что меньше всего, пока я болею, мне хочется читать о смерти и убийствах. Хочется эмоционального подъёма, а не погружения в мрачные стороны жизни, под какими бы милыми декорациями они не подавались. "Эмоциональный подъём" мне на данный момент обеспечивает "Мартин Иден", уже прочитал первый порог совместных чтений и с нетерпением жду возможности всё это обсудить в чате.

🔴Обычно я пребываю в ужасе от осознания, что начал цикл, тут без продолжения, я бы расплакался.

🔴Огромный плюс для меня: не плоские, живые персонажи, наделённые самыми разными качествами, и не лишенные противоречий;

Отрывок про моего любимого персонажа этой истории:

...Франсуаза запаздывала с обедом. Когда я спустился на кухню, она была в чулане, выходившем на задний двор, и резала курицу, каковая своим отчаянным и вполне понятным сопротивлением, сопровождаемым, однако, воплями разгневанной Франсуазы:"Ах,Мерзавка! Ах, Мерзавка!" - с которыми та пыталась перерубить ей шею, несколько нарушала тот витавший вокруг нашей служанки ореол неземной красоты и елейности, которым воссияют за обедом корочка этой самой курицы, расшитая золотом, словно риза, и ее драгоценный сок, словно источаемый дароносицей. Когда курица перестала биться, Франсуаза собрала кровь, которая текла, не угашая ее злобы, еще раз гневно передернулась, и, глядя на труп врага, последний раз сказала: "Ах, Мерзавка!". Я вернулся наверх весь дрожа; мне хотелось, чтобы Франсуазу немедленно выставили за дверь. Но кто же мне приготовит такие теплые булочки, такой ароматный кофе и даже ту же курицу?.. И все на самом деле предавались таким же низким расчетам, как я. Ведь тетя Леони знала - о чем я тогда еще не подозревал, - что Франсуаза, которая без единого слова жалобы отдала бы жизнь за свою дочку и племянников, ко всем остальным относится с удивительным бессердечием. Тетя держала ее, несмотря на это, потому что, зная о ее жестокости, ценила ее службу. Постепенно мне открылось, что за кроткостью и серьезностью, добродеятельностью Франсуазы таятся кухонные трагедии, - так история обнаруживает, что царствования королей и королев, изображенных на церковных витражах с молитвенно сложенными руками, отмечены кровавыми эпизодами. Я понял, что, не считая родных, люди вызывали у нее тем больше жалости своими несчастьями, чем дальше эти люди от нее отстояли. Потоки слез, которые она проливала, читая газету, над злоключениями незнакомцев, быстро иссякали, если она могла яснее представить себе человека, которого оплакивала. В одну из ночей сразу после родов у судомойки приключились жестокие колики; мама услышала, как она стонет, встала и разбудила Франсуазу, которая равнодушно объявила, что все эти крики - комедия и что судомойка  "строит из себя барыню". Врач, опасавшийся таких приступов, вложил закладку в наш медицинский справочник на той странице, где они описаны, и сказал нам туда заглянуть за указаниями о первой помощи. Мать послала Франсуазу за книгой и велела не выронить закладку. Прошел час, а Франсуазы все не было; мать возмутилась, решив, что она легла спать, и попросила, чтобы я сходил в библиотеку. Я пошел и застал там Франсуазу: ей захотелось поговорить о чем говорится в месте, заложенном закладкой, и теперь она читала клиническое описание приступа и рыдала над мучениями неизвестной больной из книжки. На каждом болезненном симптоме, упомянутом автором книги, она причитала: "Ой-ой-ой! Святая Богоматерь, да как это можно, чтобы Господь Бог допускал несчастных так мучиться! О-о-о, бедняжечка".

Но когда я ее позвал и она вернулась к постели, на которой мучилось Милосердие Джотто, слезы у нее сразу высохли; она не узнавала ни того приятного чувства жалости и умиления, которое было ей хорошо знакомо по чтению газет, ни другого подобного удовольствия в той досаде и раздражении, которые испытываешь, поднимаясь среди ночи ради какой-то посудомойки, и вид тех самых страданий, над описанием которых она только что плакала, исторгал у нее только недовольное брюзжание и даже отвратительные колкости...