Как это писатель и не алкоголик? Нужно поддерживать предшественников.

Достали на Ат писаки которые на всех подряд подписываются, чтобы рейтинг набить.

Думаешь у тебя новый читатель. Нет - это писака. Добавляет в друзья всех подряд, чтобы что? Фиг его знает, на что они надеются, коммерсы-недоучки.

Думаешь, ему нравится твое творчество и он хочет познакомиться. Нет. Он молчит, а если залезть в профиль то там у него 2000 друзей и 900 подписок на авторов.

Мудаки.

Банил бы всех, но у меня правило пока меня или моих читателей прямо не обидят или ещё чего плохого не сделают, то в ЧС не заношу. Так и висят все эти любители голландского штурвала мёртвым грузом.

Продолжим рассказ. Как порядочный гость я вначале стучу в двери и прислушиваюсь. Внутри определёно кто-то есть, но открывать они не собираются. Кажется мяукает кошка и ещё слышны шаги, осторожные, мягкие,человеческие.

-Эй, есть кто дома? Хозяева!

Я кричу и стучу кулаком, так надежнее, но никто не собирается открывать. Условия соблюдены- моя совесть чиста. Можно входить.

Я предупреждаю о том, что буду заходить, дико извиняюсь заранее и толкаю дверь ладонью, а сам отхожу на шаг, потому что запах изнутри убивает хуже выстрела кузнеца.

Я не знаю, что они там делают - трупы сушат, обкладывают их сухими цветами и топят в кислоте,но этот мерзкий винегрет, какофония мерзких ароматов гостя не встречает, а прогоняет.

Я переступаю порог и оставляю дверь приоткрытой, не хочется чтобы она закрылась за спиной - опыт не позволяет так поступить. Всегда должен быть план к отступлению, но здесь он не понадобится, потому что я не вижу никого. С потолка свисают связки травы, сушеные трупики каких-то крылатых животных, которые до сих пор скалят челюсти в предсмертном оскале. На стенах развешаны охапки листьев, камешки на верёвочках, на столе и под столом справа беспорядочно разложены миниатюрные куколки.

В левом углу печь, сверху свисает мохнатое покрывало закрывая огонь. В правом углу дверка на кухню или в погреб. Она прикрыта и скорее всего хозяева спрятались там.

Кровать оставлена неубранной, вверх ногами лежит трехногий деревянный стульчик, рядом нож, котелок и ведро с картошкой рассыпалось. Кто-то бежал в спешке?

Мой внешний вид может вызвать страх и панику у местной нечисти, но ведьмы умеют договариваться, почему местная прячется мне не понять. Или это ведьмак? Каждый разрез может так видоизменить окружающее, что удивишься и поймешь, что произошло когда будет поздно. Помню как-то раз мы с Клыканом встретили своих двойников в одном из Разрезов и это было... Это совсем другая история.

Я прохожу к столу и поднимаю стул, ставлю его рядом и опять пытаюсь достучаться до хозяев.

Пытаюсь убедить выйти, что я не враг им и только лучшие намерения и на минутку зашёл... но не действуют уговоры.

Поэтому я прошел к дверце и потянул на себя.

Клыкан бросился молнией, раскрыв пасть и попытался схватиться там, где больно. Получив удар кулаком отлетел к печи и покрутив башкой опять бросился в атаку. Только тогда я понял, что это не резчик сошедший с ума, а пушистый как гигантский ангорский кролик зверь. Порода "бешеный пушистый кот".

Ко второй атаке я был готов, схватил его за загривок,шмякнул пару раз оземь потом об стену и развернул мордой от себя. Волосатый клубок извивался и норовил цапнуть Охотника за руку. Не с тем связался, и не таких крутили. Балаган пора было заканчивать.

Хозяева! Выходите и забирайте своего зверя иначе придётся зверя утилизировать, чтобы на гостей не бросался! У вас так принято гостей встречать? Прятаться за дверями и с поводка дичь спускать? Считаю до трех. На счет три кидаю кошку в печь и закрываю заслонку.На счет четыре выбиваю дверь и захожу к вам. Очень мне не нравится, когда на живых людей зверей натравливают.

Запястье гудело от напряжения, кот тяжелел с каждой секундой будто впитывал вес из космоса. Вонь уже оккупировала мои легкие и собиралась выйти через уши. Двери не открывались. Там вообще был кто-то?

Ладно! Встретите пушистого на том свете или что у вас.

Жёстко, но необходимо. Конечно я не собирался сжигать бедное животное заживо. Просто напугать - последняя попытка. И когда я потянулся, чтобы отбросить свисающее покрывало в сторону оно отлетело само, а из горнила на шесток вывалилась обгоревшая фигура и протянула лапы к моей шее.

Кричало оно женским голоском так что у меня зубы заболели одновременно на обеих челюстях. Кот радостно замычал и отскакивая пришлось кинуть его в лицо ведьме, как гранату.

Я чуть не споткнулся, чуть не свалился на спину, но сориентировался и вытащил кинжал. Помощь резчика не помешала бы сейчас.

Горящая фигура поднималась с колен, медленно выпрямляла спину и я уже видел, что огонь был не настоящий, иллюзорный, он украшал фигуру как свадебная фата, не принося вред. Кот надулся как индюк у её ног и в глазах его я видел злорадство и жажду мести.

- Стой, ведьма! Ни шагу вперед или придется обрезать тебе крылья.

Она замерла и я смог разглядеть черные длинные волосы, молодое красивое лицо, чуть раскосые глаза, белое платье расшитое рунами и босые ноги.

- И сбрось свою иллюзию, на меня эти женские уловки не действуют.

- Он заставил меня, - глаза ведьмы не отрывались от лезвия кинжала, который я держал наготове. - Мурат заставил меня сделать это! Он угрожал, что выберет меня, если я откажусь.

- Что?

- Мурат. Палач. К нему иди. Зачем тебе старая знахарка с морщинистым телом и без души. Я просто инструмент, как топор у палача. Ты ведь не будешь винить топор в том, что он отрубил сотни голов?

- Сядь! - я показал кинжалом и пнул стульчик в её сторону, - Поговорим!

Кот зашипел и присел, оскалившись.

- И успокой своё пугало.

***

Нам удалось поговорить. Ведьма не решилась показать свой истинный облик, так и осталась в образе молодухи, но зато вела себя спокойно и кота прогнала в кладовку. Звали его кстати Фёдором.

Фёдор всем своим видом показал, что следит за мной и вернется если нужно, а ведьма не спрашивала кто я, а только рассказала что мне нужно было знать с условием, что я уйду и не вернусь больше.

Этот здоровый односельчанин оказался палачом на пенсии. На свои восемьдесят два он конечно не смотрелся.

Ведьма сказала, что палач подпитывает жизнь убийствами жертв. Души казненных держат его в тонусе.

Но мы то знаем, что придаёт силы убийце, хоть и законному.

Несмотря на то, что в этом разрезе присутствует огнестрельное оружие, сталью и железом они пользуются почти как в средневековье, да и уровень жизни здесь на уровне средних веков. Комиксы какие-то, а не нормальная вселенная. Не завидую местному охотнику, в крови можно купаться, трупами вытираться. Ну и палачу работы насыпают внеурочно и каждый день.

Как она мне пояснила палач - это не призвание, это "проклятие",которое обычно передается по наследству. Впрочем и в других разрезах к данным работникам всегда относились нехорошо. Здесь работа официального убийцы была густо замешана с мистикой и слухами.

Да, передавалась по наследству профессия. Если родился сын - то судьба мальчика уже предопределена. Замуж кстати за палачей девушки не спешили, поэтому женились они поздно на вдовах, гулящих, проститутках и прочей так называемой швали. На потенциальных своих будущих жертвах, вот так. Это не мешало им строить впоследствии крепкие семьи и развиваться в династии.

Тот кто меня заинтересовал был из одиночек. Не удалось бедняге найти свою проститутку за восемьдесят лет, то ли он по мужчинам, то ли с городом не повезло, но вот так.

На пенсию палач вышел один и сам собирался догнивать оставшиеся годы, а потом удобрить местное кладбище. И все бы хорошо, но есть нюанс.

Проклятие палача.

Казнив десятки, а может сотни людей и нелюдей палач практически необратимо загубил свою душу, а с учетом того, что передать частичку грязи ему некому у деда должны были возникнуть проблемы.

Умирают палачи тяжело и долго. Земля трясется по ночам, дожди идут неделями, дорога становится непроходимой от грязи, и ночи темные-темные, только вспышки молний освещают последние муки страдальца.

Поэтому иногда бывшие слуги закона поступают как положено слугам закона - жертвуют народом, чтобы спасти свою шкуру. Палач убивает последнюю жертву, уже после выхода на пенсию, чтобы заключить некий контракт. Только на этот раз убивает не тело, а душу. Такой себе обмен, как рассказала мне все ещё тлеющая ведьма. И сделать это он заставил её.

- Он пришёл ко мне в полночь. Он вытащил меня из постели и даже Фёдор испугался его.

- А как зовут его? - уточнил я, - кота знаю, а тебя и палача нет.

- Он не назвал своего имени, когда поселился здесь. Говорят, что они очень скрытные и настоящие имена скрывают.

- Как вы?

Она зло посмотрела на меня и "вспыхнула":

- Никто не узнает родового имени знахарки. Никогда.

- А он наверное знал?

- Да. Заказчик подсказал ему, как надавить на меня.

- Заказчик чего?

Она удивленно посмотрела на меня.

- Ты откуда взялся? Души, конечно. Я же говорила. Он должен забрать последнюю жизнь, чтобы обменять чужую душу на свой покой.

- И за этим пришел к тебе?

- Да. Он ведь сам не может такое провернуть. Он притащил жертву.

Это был мужчина с мешком на голове и со связанными дрожащими руками. Он только мычал и пытался убегать, но крепкая лапа здоровяка останавливала его, а один раз он позволил ему впечататься в стенку. "Чтобы остыл".

- И ты сделала это? Ты помогла ему убить человека?

- Я просто вынула душу убийцы и перенесла в чехол, там где она ждёт заказчика. Всё равно это преступник, так сказал палач, его бы казнили рано или поздно, но он бы убил ещё не раз.

Мне больше не интересно было слушать её убогие оправдания, со своей душой и грязными крыльями за спиной пусть разбирается сама. Интереснее, что послужило чехлом для несчастной души.

***

- Пугало? Ты засунула человеческую душу в огородное пугало?

- Убийца не человек. И не забывай, что меня заставили.Ты обещал, что не расскажешь никому. Не хочу закончить жизнь на костре.

- Вы не входите в мою компетенцию, - я махнул рукой, - делайте, что хотите, хоть до зачистки. Меня больше интересует некое животное. Черное, гладкошерстное, зубастое и любопытное что ты знаешь о нем?

Ведьма уставилась на меня с удивлением. Ответ уже читался в её глазах. Клыкана она не видела. Никаких монстров здесь не пробегало, кроме палача.

- Ты уйдёшь? - спросила она с надеждой и я ушёл.

Старая боялась. Сильно боялась и точно не меня. Сидела на стульчике как девочка, рассказывала свои басенки и не дергалась при каждом моём движении. А вот когда вспоминала про палача - она покрывалась белизной, как дорога снегом. Она боялась, что после того как палач закончит дело - он придёт за ней, чтобы замять следы и наконец-то зажить без страха.

Или не он придёт, а тот, кто приказывает ему.

Понимаю. Но ничем помочь не могу, тем более, что старуха не просила о помощи, наверное у неё свои планы и защитники. А мне вмешиваться в дела чужого разреза тоже не хочется, особенно когда об этом не просят. Больше интересует где мой питомец бродит.

Напоминаю, что всё это черновик. Невычитаный и пишется as if - чтобы не молчать. Когда закончу поправлю ошибки и стилистику. Спасибо, что лайкаете. Даже для трех человек писать интереснее, чем в пустоту.

Когда дверь захлопнулась за спиной я еще думал о том, как накажу питомца, когда найду его. Если мы будем каждый день прыгать по разрезам вместо того чтобы работать, то рано или поздно это обернется катастрофой,которая потянет за собой следующую и еще одну. А если вдруг все Охотники с резчиками будут делать что левая пятка питомца захочет тогда придётся зачищать уже нас.

Так задумался, что не заметил сразу палача. Он входил во двор. Сразу в глаза бросился красный капюшон с разрезами для глаз и рта и красный почти до пола балахон. Из под полы выглядывали ноги в коричневых башмаках. Еще бы длинный топор в руки, но в одной он тащил свесившееся до земли пугало,которое чудом не роняло с головы шляпу и галстук весь серый от грязи волочился по земле.

В другой руке он держал изо всех сил вырывающегося голозадого зверька с острыми зубками.

Палач увидел меня и замер, узнавая. Пугало безжизненной тряпкой висело лицом вниз, Клыкан тоже узнал меня, посмотрел в глаза, отвернулся и вывернувшись попытался укусить врага за руку, но тот знал, как держать зверей, чтобы тебя не достали.

- Опять ты? Я думал, попал.

- На работу? - спросил я и кивнул на пугало, - а я думал ты на пенсии.

- Откуда вы только лезете, твари,-проскрипел зубами палач, - я казнил тебя сколько лет назад? Десять? Двадцать? Поэтому не могу вспомнить?

-Так плохо выгляжу?

Он не ответил и чуть придушил Клыканчика, когда тот начал вырываться сильнее.

Может предатель, из тех, кого я казнил после войны? Или ревнивец, который убил свою жену во время Бабьего Бунта? Много вас было, рука махать устала.

- Вообще-то я по другому делу...

- Или ты из первых? Когда я помогал Красному Дубу, получал первый опыт? Тогда это к нему. Вали отсюда, я был новичком!

Мда уж, палач был безумен как кошка с подожженным хвостом. Я все ждал, когда он бросится но капюшон трясся вверх-вниз погрузившись в воспоминания.

- На принца фальшивку ты не похож. Слишком здоровый, он был худосочный и косточки ломались как прутики в пыточной. Ты бы не стал кричать таким тоненьким голоском, как королевская особа - ты похож на воина. Хотя у меня кричали все, рано или поздно.

Он посмотрел на меня и развел руками: клыканчик запищал, поднимаясь, а пугало безжизненно висело вверх ногами.

- Работа такая. Тебе ли не знать. Тоже оружие в сапоге прячешь.

Палач покачал головой.

-Не помню тебя. Хоть забери в ад - не помню. Что я c тобой делал? Растягивал на дыбе? Надевал тиски на пальцы? Или на тот самый палец? Посадил в железную деву? Что? Поэтому ты пришел за мной? Или ты тот самый?

Пугало упало на землю, потому что палач разжал пальцы и заметно напрягся?

- Это ты? Не может быть!

- Спокойнее. Я пришел за зверем, тот, что у тебя в правой руке пищит. Отдай его мне и разойдемся.

- Ты пришел за мной, - кивнул палач и поднял клыкана чуть выше, разглядывая внимательней,- и он пришел за мной.

Я ждал, что он сейчас сделает нехорошее. Захочет скрутить шею Клыкану или сломать ему шею о колено, но он не знал насколько резчики живучие.

Дальше было медленно. Когда я сосредотачиваюсь на схватке, то всё вокруг начинает плыть, как листок в болоте.

Палач перехватил второй рукой моего друга за горлышко и начал давить. Безразличная фигурка, набитая соломкой лежала раскинув руки внизу. Зверёныш начал синеть и затрясся мелкой дрожью, собираясь уйти. Перед смертью он искал глазками меня - последнего и надеюсь любимого хозяина.

- Давай, - сказал я, звучало это как "Дааавааавваай"- медленно и растянуто, а сам наклонился за кинжалом, который ждал своего часа за голенищем.

Клыканчик оживился и превратился из полусдохшего кота в Клыкана - хищника, дикого зверя или хотите в охотничью собаку.

- Не стесняйся,- крикнул я, - мы и так уже нарушили всё, что можно нарушить.

Начнем утро со "Слова Пиксара".

И он услышал меня. Открыл пасть, высунул искрящийся как провод язык и харкнул разрезая пространство. Я кинжалом поддел воздух, зацепил, вырезал небольшой круг во вселенной и засунув руку так глубоко как смог ткнул ножом в плечо палача.

Здоровяк закричал от неожиданности, дёрнулся и попытался схватить руку, которая вылезла из воздуха и обидела его. Но тут уже почти высвободился Клыкан и цапнул его, вынуждая отдернуться, а зверь уже извернулся, вырвался, прыгнул в портал и очутился у меня на плече.

Так бывает, - сказал я заглядывая в круглые вырезы капюшона, кто-то теряет.

И ударил резко, целясь в шею, сверху-вниз. Не попал, смог увернуться противник. И закончил фразу:

А кто-то находит.

Палач вдруг наклонился, схватил, пугало, перекинул через плечо и побежал.

- Стой, - я успел схватить питомца за хвост, - сидеть! Ты и так уже заслужил наказание. Пусть бежит - это не наше дело.

- Ошибаешься.

Питомец запищал и я медленно развернулся, предвкушая.

На пороге стояла старуха в белой, развевающейся ночнушке. Я узнал ее только по глазам, хитрым глазам той, которая видела всякое. Но не больше чем мы с Клыканом.

- Нельзя так говорить женщине, но вы немного постарели. Или косметику смыли?

- Ты должен остановить его, пока не наступила полночь! Палач забрал последнюю жертву с собой и я ему не нужна, значит он проделает ритуал самостоятельно! Останови его! Ты и твое мерзкое животное - двое против одного, вы справитесь.

Клыкан зашипел на неё и расправив крылья задрожал от ярости.

- Мы и так здесь задержались. Обратитесь за помощью к другому кхм охотнику. Попросите у зеркала. А, мы пойдём.

И тут я понял, что Клыкан шипел не на старуху, когда цапнул меня коготком по уху. Осторожно, но чувствительно. Приложил так, что потекла капелька по шее.

- Эй, ты чего!

- Даже зверь тебя просит! Он понимает, что ритуал нужно остановить. Животный инстинкт.

- Слушайте, женщина, хватит. Я...

Клыкан взлетел и закружился над головой крича. Бабка с презрением смотрела на меня.

Сегодня не пишу, потому что заболел. Только начал отходить и взял в руки телефон.