просто это крайне грустная тенденция — наблюдать за тем, как мусульмане находят время и возможность для изучения всего, что возможно, но шариатские науки становятся чем-то исключительным, for the chosen ones. даже если приобретаются знания, то какой-то bare minimum, вглубь копать — уже инициатива упомянутой группы избранных. хотя в нашей религии это отнюдь не так. блеск знаний не является просто украшением для определенной ограниченной группы, это один из видов поклонения и обязанность.

особенно печальна картина мусульманок, которых интересуют любовные романы, любовные интриги, турецкие сериалы, чужая жизнь, как чья-то жена в красном покружилась и набрала себе аудиторию в запрещенной сети. хорошо если их вообще хоть что-то в интеллектуальном поле интересует (без шариатских знаний это тоже пусто), но тоже нет, чаще это низкосортные темы для обсуждения.

а стоит ей задать вопросы, связанные с акыдой, так у существенной части «меня муж обучит», «выйду замуж за требующего знания», «мы будем вместе учиться».

а как отвечать за свободное время, потраченное не на знание, практику и распространение знаний, а баловство? юность дана для достижения вечности и построения прочного фундамента для воспитания следующих поколений, что еще сильнее накладывает ответственность на женщин. женщин, которые перекладывают это на потом [=мужа].

тут на самом деле удивительно ужасно не столь желание перекладывать ответственность, сколь факт довольства собственным незнанием и женская бесхребетность в вопросах интеллектуального воспитания, даже в такой важной части, как шариатские науки.

”The day passed” (1971) dir. by Arif Babayev.

Если вся чистая красота проистекает из любви, то откуда берёт начало сама любовь, из какой материи состоит её материя, какой природы её сверхприрода? Красота рождается из любви. Любовь рождается из внимания. Простого внимания к простому, скромного внимание к скромному, живого внимания ко всем жизням.

(Christian Bobin. Le Très-Bas)

Тахир ибн Ашур, да помилует его Аллах, сказал:

”Основа ислама — это тавхид Аллаха, открытое объявление об этом тавхиде и очищение от примесей приобщения Аллаху сотоварища”.

И в нём — в этом тексте — указание [таърид] на ложность того, на чём находятся мушрики, христиане и иудеи, хоть они и разнятся по степеням в многобожии.

Таърид также означает указание на ложность того ширка, на котором они находятся, будь это чистыми мушриками или же будь они теми, в ком имеется ширк иудеев и христиан.

#attawheed

хочется выразить благодарность за такую блестящую возможность для мусульман проявить себя в гуманитарных науках во благо нашей общины.

безмерная радость за всех, кто сможет присутствовать на подобных встречах и непосредственно вносить свою лепту в развитие центра.

пусть Господь Миров сделает деятельность сообщества плодотворной интеллектуальными трудами и дискуссиями и одной из причин укрепления уммы посредством знания.

у кого есть сейчас возможность находясь в мск посещать такие мероприятия — не откладывайте.

достаточно интересный пример обратной языковой ассимиляции, учитывая, что чаще всего, наоборот, успешно происходит тюркизация близлежащих тюркоязычным племенам общин/вследствие переселения тюркоязычных в конкретную местность.

”Little Palestine: Diary of a Siege” by Abdallah Al-Khatib.

Исаак Башевис Сингер как-то сказал: «Мне уютно с такими пессимистами и декадентами, как Бодлер, Верлен, Стриндберг и Эдгар Аллан По. Пессимизм творческой личности не декаденство, а своевольная страсть по исцелению человека. В то время, как поэт развлекается, он продолжает искать вечную истину для квинтэссенции бытия, в своем стиле он пытается решить ребус времени и изменчивости, найти ответ страданию, воскресить любовь в лабиринте жестокости и несправедливости. Такое определение вполне может быть оправданным в случае с По, который написал: «это только философское рассуждение, что посредством обесчесчивания сторон человеческой жизни, может еще проблескивать честь Человека».

Все целиком — сложный случай, когда жизнь в роли художника, когда портрет пишется элементами психическими, целыми, своеобразно формирующимися наклонностями и воззрениями, только мнимо несамостоятельными и тем более субъективными и независимыми, что их преследует постоянное сомнение «героя»; мне было интересно это как вид, где и психическое, как краски и звуки, становится средством в творчестве, средством выполнения задуманного. Но вся эта повесть о quasi — заказанной жизни совершенно ни к чему здесь, если бы я не хотел сказать тебе, что у меня такое состояние сейчас, как будто я когда-то на рассвете шел и ждал падения твоих листков; так много такого у меня, что принадлежит тебе!

из письма Бориса Пастернака, 1910. Москва.

***
Вокзал, несгораемый ящик
Разлук моих, встреч и разлук,
Испытанный друг и указчик,
Начать — не исчислить заслуг.

Бывало, вся жизнь моя — в шарфе,
Лишь подан к посадке состав,
И пышут намордники гарпий,
Парами глаза нам застлав.

Бывало, лишь рядом усядусь —
И крышка. Приник и отник.
Прощай же, пора, моя радость!
Я спрыгну сейчас, проводник.

Бывало, раздвинется запад
В маневрах ненастий и шпал
И примется хлопьями цапать,
Чтоб под буфера не попал.

И глохнет свисток повторенный,
А издали вторит другой,
И поезд метет по перронам
Глухой многогорбой пургой.

И вот уже сумеркам невтерпь,
И вот уж, за дымом вослед,
Срываются поле и ветер, —
О, быть бы и мне в их числе!

Борис Пастернак. 1913, 1928.