Я в корне не согласен с утверждением, что таксисты самые осведомленные источники. Считаю, самые осведомленные - могильщики. Если хотите выведать все тайны касимовского, а также мадридского двора, которые люди хотели унести с собой в могилы, - разговорите могильщика, этого чрезвычайного уполномоченного посла смерти, протяните ему папиросу, разверните перед ним трюфельную конфету, налейте пятьдесят. Может так статься, что сегодня он неразговорчив, потому что накануне ездил к бабке-шептунье из Выксы, и та его заговорила и приговорила к апатии и скуке. Но завтра, когда он узнает, что бабку ту упаковали, обвинив в мошенничестве и незаконной предпринимательской деятельности (и узнает первым от ментов, которым очень нужно было местечко на кладбище), он в обманутых чувствах выпьет, сразу же повеселеет, устроит безудержный данс макабр и даст все расклады.

В представлении обывателя копщик с лопатой принадлежит к касте неприкасаемых. Он находится где-то за гранью этого мира, между «там» и «здесь», преисподней и небесным чертогом, и даже человеком в полном смысле слова не считается, поэтому родственники покойного рассказывают этому уполномоченному смерти все как на духу - без притворного лукавства и утаек. Могильщику, даже если он об этом не просит, достаются все скелеты из шкафа покойного.

Разговорился вчера с одним. Часть бригады уехала на СВО. В первую очередь те, на ком висели неподъемные кредиты.

-А я лучше за семь тысяч копать буду, - говорит мне копщик с хитрым прищуром и загибает пальцы.

По пять покойников в месяц выходит. Пятью семь - тридцать пять, на жизнь хватает. Главное - стабильность. Люди как мёрли, так и мрут, и никакие геополитические потрясения и смены политических курсов на это не влияют. А возьми их бывшего бригадира - раньше кладбищенские ограды неспешно варил, теперь под Попасным, весь в искрах и мыле, танки подбитые восстанавливает. Так к хорошему быстро привыкаешь. Приезжал тот бригадир в отпуск, двести тысяч карманы ему жгли. И коньяк пил, и шоколадом их закусывал, и проституткам букеты дарил, - а это уже ни в какие кладбищенские ворота, говорит мой собеседник.

-Я уж лучше за семь тысяч выкопаю и закопаю. Оно надежнее как-то.

Сегодня увидел новость, что Рязанская область заняла 6 место в рейтинге регионов России по уровню преступности. Могильщик, мой вчерашний собеседник, рассказывал про своего соседа Диму. 8 апреля 2022 года тот выпивал с дядей в селе Ташенка: стопка за стопкой, слово за слово, ругань, брань - и вот уже голова дяди с глазами навыкате покатилась по половице. Дима деловито вымыл в рукомойнике окровавленный топор, забрал недопитую бутылку, вызвал такси и поехал к себе домой. Там его и взяли. Пришлось даже пожарную лестницу задействовать, чтобы пробраться к нему в квартиру. В новостях об этом писали.

1 ноября 2022 дело предали в суд. В начале 2023 - заглянул в архив суда - мужчину 1976 года рождения, ранее уже судимого за убийство, осудили за отрубленную голову дяди на 10 лет. На дворе начало 2024, а мой осведомленный могильщик уже видел его разгуливающим на свободе.

-Живых надо бояться, а не мертвых, - за те пять лет, что я снимаю о могильщиках кино, эту фразу я слышал десятки раз.

Вот и подошел к концу мой срок - «хозяин седой, ворота открой», как поется в нетленной песне.

Моя одиссея длиною в 8 месяцев - это все-таки не 10 лет, проведенных в темном задраенном трюме. Но кое-чему, надеюсь, они меня научили.

Мой касимовский Одиссей оказался не таким многохитрым, как греческий. Он не одолел всех чудищ и циклопов, не спускался в Аид, не подчинил себе силы природы, да и дома, куда он должен был вернуться после странствий, больше нет - его Итака бесследно исчезла, а Пенелопа релоцировалась на другой остров.

Мой Одиссей куда скромнее. Его самое большое достижение - пожалуй, то, что он не разделил печальную участь своих попутчиков и не превратился в свинью.

Весь витиеватый путь моего Одиссея, каким бы странным он со стороны ни казался, - это поиски самого себя и попытка обрести цельность. У самурая не может быть цели, есть только путь, и ценен именно процесс, а не результат.

Хочу поблагодарить за моральную поддержку всех, кто читал меня и комментировал, иногда - смотрел. Тем, кто приезжали в Касимов на мои экскурсии. Вы меня тогда очень взбодрили. Друзьям, которые не забывали и звонили, а некоторые даже приезжали, чтобы меня навестить. Многим жителям Касимова, которые меня горячо поддерживали, несмотря на все неблагоприятные последствия. Жене, которая терпеливо меня ждала.

Все восемь месяцев я старался над собой работать. Не знаю, удалось ли мне побороть всех своих внутренних демонов, усмирить гордыню, честолюбие и другие страсти, но после всего, что со мной случилось, после оказанной мне поддержки и всех добрых слов, услышанных с свой адрес, мне кажется, я стал больше ценить дружбу и отношения.

Один этап мой жизни закончился. Начинается совершенно другой. Теперь я свободен и не привязан к одному месту, и если вдруг вам нужна рабочая лошадка - дайте знать. Открыт для всех, даже самых невероятных предложений.

Даже мне тут пришлось заблокировать нескольких особенно экзальтированных комментаторов, которые за котов готовы были растерзать. А что творилось в фейсбуке - об этом лучше не стоит. Был удивлен такой бурной реакцией. Возможно, такая неконтролируемая агрессия как-то связана с общим неблагоприятным фоном.

У каждого человека должен быть свой Китеж-град, наполненный воспоминаниями детства, свои Петушки, где ни зимой, ни летом не отцветает жасмин, а первородный грех, если когда и был, никого не тяготит. Всегда завидовал тем, у кого есть уютная малая родина, маленькая точка на карте, а не расползшаяся клякса. Не злая мачеха, которая встречает тебя с отсутствующим видом, как сегодня встретила меня Москва, а добрая радушная мама. Было бы здорово, если бы все мамы жили в городах, вроде Петушков, Торжка, Углича или Касимова, и чтобы на кухне пахло сливочным маслом, а стол был покрыт липкой от меда клеенчатой скатертью.

Сегодня приехал в Москву и, за неимением других вариантов, пошел во «Вкусно - и точка!». Впитав прогорклое масло из фритюра, почувствовал себя опечаленной холестериновой бляшкой. Не был в Москве с апреля, однако никакой радости от встречи с родным городом. Сердце даже не екнуло. Возможно, потому, что покрылось холестериновыми бляшками.

Любой принципиальный человек, какой бы политической позиции он ни придерживался - охранительной или либеральной, - рано или поздно становится для Кремля проблемой. Пригожин, Гиркин, а до этого - все полевые командиры, от Мозгового и Безлера. Слишком много романтизма в их словах и действиях…

Чтобы стать для Кремля своим в доску, ты должен быть бесстыжим и ни во что не верящим, кроме власти денег, циником. Будь переобувных дел мастером, как Киселев или Соловьев, и тогда все у тебя будет хорошо

«Не ссы, браток!» Вот такие незатейливые брошюрки были разложены во ФСИН, куда я приходил отмечаться. Издана брошюрка при поддержке «Справедливой России», авторы - ветераны Афгана, соратники Франца Клинцевича по РСВА.

Первая часть книжки написана проженным замполитом и начинается с утверждения, что недружественные страны мстят России за победу в ВОВ, а значит, нынешний конфликт - это продолжение ВОВ, версия 2.0; украинцы, еще совсем недавно на 96,7% русские, превращены в одичалых русофобов, однако кое-что от русских в них все же осталось - они такие же храбрые и отважные бойцы; когда-нибудь, оптимистично заявляют авторы, они снова станут русскими, а пока - враги. Вторая часть книги - это сборник практических рекомендации. Как запечь картофель на углях, приготовить пшеничные лепешки и каким богам молиться, если враг тебя пленил.

В принципе ничего нового в брошюрке нет - эти же утверждения мы слышали от президента. Но там, где первое лицо недоговаривает или смягчает риторическими приемами, ветераны Афгана излагают по-солдатски прямо.