Мамин Аир

(Пролог)

Стационарный авось-звонок, не начиненный пиликаньем,
call отчаянным, напильник, уши, сломанные в пардесе – борьба,
чара ночью, когда обеззубевшие солдаты, крадущие ноту хлеба или
лепень снега, не обращают внимание на труп.

Иногда учения проходят так: их отвозят на свалку и кладут солнышком
вокруг безбилетника. Запрещено разговаривать.

Последняя тренировка была осенью, пылали костры из бабочкиных крыльев,
с неба плакало болотом. Канистра прохудилась, и ее заклеивали ушной серой.

Билингвальный звонок – это самая строгая тишина в мире,
в которой всполохи совпадений – птицы и мёртвые.

Когда увидели свежий труп зимой, один из солдатиков постучал три раза
вблизи измерзшего лица, будто по щекам, но просто отряхнул руки от снега,
от мышления дурней и сотеров, как мышка и сурок он прибрал к рукам
мортальные колоски и крошки.

Его товарищ перенял труп в тачанку и возил, авось, согреется.

Ну, у них была какая-то беззубая память,
ещё лишь выжимки из десен – молочности.

Видимо пластилиновая, видимо пластилиновые.

Они были ошибкой, а ошибку надо любить.
Возлечь в колею с тобою, Ашипка, Ашипка,
альбинос-утро до сломанной кожи,
что под опухолью памяти виделось так:
в чужом саду леплено (мнимо)лето, с вишнями и высшей поливкой.
Воровали плоды и сеяли мак, только одного озноб прошивал,
будто не обращая внимания на смеющуюся пуговицу солнца в руках.

Внимания обращения, живут не по сезону года, накапливаются и лопаются – гнойники.

Отчеканивайте огнь холодной бляхи.

Разрешите мне остаться в этих персонажах,
какое мне дело до жерновов, найденных под слоями вулканической пемзы?

Призовые калеки звонят, не зная, что ошибка птичника – не начинить гостевое –
похерена трель – и через дверной глазок ввернётся бушующая отвёртка птицы.

Птицы кружат над солдатами на свалке, особенно чайки.
Ожила одна шея, не сестра, а брат-Тантал. Только терпение.

Когда солдаты перелезали через забор,
птица пролетела над головами, неся жирный жетон.
Один говорил, что когда дезертирует, запустеет для дела, для тока
будет сутками кататься в метро.

Первым делом ему придется запомнить все схемы, все пересадки, годы основания станций, годы осуждения и восхождения вождей, время замены плафонов – годы,
время отлёта самоубийц, BPM межэтнического вайба, семафорную азбуку потеряшек.

Но его будут отвлекать женщины.

Это превращение внимания: чужая плоть сложна схематическими ужами,
устрашая в покашливающее подобие это виде‌ние, перед мышлением.

«Видение [Женщины], которое ты созерцаешь, есть величайший враг моего видения».

Сегодня, как и обещали в заявлении о перезапуске, выкладываем тринадцатый номер «Флагов»: vk.cc/ceBy6i. Он задумывался и собирался ещё до войны, и должен был выйти в конце февраля. Но выходит только сейчас, как весть из прошлого. В номере:
– стихотворения Любови Барковой, Владимира Бекмеметьева, Алексея Ларина, Софьи Сурковой, Артемия Старикова, Юлия Хороших (с предисловием Софьи Сурковой), Фандо, Маши Мирошиной, Татьяны Грауз, Кирилла Корчагина, Алёши Прокопьева, Каната Омара, Галы Пушкаренко, Анны Деспоташвили, Дениса Безносова, Виталия Шатовкина, Степана Самарина, поэтов «Нулевого круга» (Али Алиева, Тимофея Малышева, Александра Прокоповича);
– эссе Александра Фролова;
– проза Александра Уланова и Александра Малинина
– блок молодой беларуской поэзии в переводах с беларуского, автопереводах и на русском языке: Улад Клавкин, Слава Кмит (пер. Улада Клавкина), Виктория Трифонова (автопереводы и стихотворения на русском языке), Игнат Налбандян (пер. Виктории Трифоновой), Фрыдрых Самотны (пер. Виктории Трифоновой), Виктя Вдовина (автопереводы и пер. Дани Соболева);
– Переводы и версии стихотворений Элизабет Бишоп (пер. Елены Рачко-Ефимовой, Ирины Машинской), эссе Ирины Машинской о «Лосихе» Элизабет Бишоп;
– Переводы стихотворений Адама Загаевского (пер. Анны Гальберштадт), эссе Эдварда Хирша в память Адама Загаевского (пер. Анны Гальберштадт) и интервью Луизы Стейнман с Адамом Загаевским, взятое для «Los Angeles Review of Books» (пер. Софьи Дубровской, Серафимы Литвиненко);
– Переводы стихотворений Чарльза Симика (пер. Марии Малиновской, Елизаветы Жимковой, Владимира Кошелева), краткая беседа с Чарльзом Симиком (подготовка и пер. Владимира Кошелева, Елизаветы Жимковой), рецензии Татьяны Бонч-Осмоловской и Ивана Фурманова на книгу избранных стихотворений Чарльза Симика «Открыто допоздна»;
– Переводы стихотворений Пола Малдуна (пер. Дениса Безносова);
– «Понятие препятствия» Клода Руайе-Журну – вторая часть «Тетралогии» (пер. Кирилла Корчагина)

Фотография на обложке за авторством Данила Елезова (inst; tg)

Присоединяйтесь к проекту «Стихи на заказ», следите за нашими соцсетями и анонсами новых мероприятий. Спасибо.

Приглашаем на новую встречу в Zoom и на YouTube! Уже 31-го июля и 1-го августа – двухдневный «Эфир → поиск»: в режиме онлайн-трансляции выступят молодые автор:ки, приглашенные шестью кураторами: Владимиром Бекмеметьевым, Яном Любимовым, Рамилем Ниязовым-Адылджяном, Иваном Полторацким, Софьей Сурковой и Артёмом Фейгельманом. Встречи состоятся в 18:30 по московскому времени.

→ Услышим стихи молодых поэтов и поэток из Перми, Нижнего Новгорода, Новосибирска, Челябинска, других городов страны и из-за рубежа →
→ Поговорим о «поиске»: как проявляется «поиск» в ежедневной поэтической работе? как меняется письмо молодых поэтов и поэток после 24-го февраля и какие пути развития молодой русскоязычной поэзии кажутся автор:кам наиболее важными? должны ли автор:ки стремиться к узнаваемой творческой манере или менять методы и темы? как преодолевать инерцию поэтической речи? что вообще такое «поисковая поэзия»? Эти и другие вопросы мы задали всем поэтам и поэткам, которые выступят на встрече — и в прямом эфире узнаем ответы.

31-го июля (18:30 мск) выступают:
→ Маша Мирошина, Ната Хусаинова, Илья Гришаев (куратор Владимир Бекмеметьев)
→ Катя Коляченко, Ян Илошвай, Руслан Валеев (куратор Ян Любимов)
→ Вiкця Удовiна, Анастасия Кудашева, Ульяна Баранова (кураторка Софья Суркова)

1 августа (18:30 мск) выступают
→ Нина Римская, Вероника Персидская, Мария Ульянова, Даниил Иткин (куратор Иван Полторацкий)
→ Шамиль Диди, Марина Березина, Настя Филатова (куратор Рамиль Ниязов-Адылджян)
→ Жанна Разумеева, Татьяна Присталова, Дмитрий Скородумов (куратор Артём Фейгельман)

Мы будем проводить трансляцию вечеров на нашем YouTube-канале
→ День первый
→ День второй

А сами встречи будут в Zoom, и чтобы поприсутствовать на них, вы можете зарегистрироваться на Timepad
→ День первый
→ День второй

Ждём вас!

Закончил 'детскую' сказку, 'эзотерическую' и травмоопасную. Уже сварено, но может быть сыро.

Сегодня читаем второй материал из серии, посвящённой молодой русскоязычной поэзии из регионов России и из-за рубежа. На связи – Пермь: стихотворения Владимира Бекмеметьева, Игоря Ванькова, Ильи Гришаева, Марии Клюс, Маши Мирошиной, проекта стул, Наташи Михалевой, Яны Полевич и Наты Хусаиновой предварены смелым вступлением Владимира Бекмеметьева.
→ Читайте в «Дайджесте»

«...Герой аутсайда, αυτοζωον – неплохая позиция, великий чревовещатель и чудище о тысяче лап... замусоривающий индивидуальный space и удушающий себя… собственными лапками. Но разве ты не желаешь лучиться, друг? С окраин облучать другого и создать коммуникационную сеть.
<...>
Копошатся зверушки новой геральдики и КамАЗы в заскорузлых просеках, процветает квир-пинг-понг и настольные дрейфы, протестующие стулья-клошары и школяры, лакомящиеся печеньем в доме-музее «Подпольная типография», сказки о транспортной реформе и глазки Хаги-Ваги. Всё это отражает гибридный характер поэтики представленных авторов. Бу-бу-бу...»

Вслед за «пермским» материалом в «Дайджесте» читаем большой текст Владимира Бекмеметьева «Осваиваем с маскотом лексикон современности» в тринадцатом номере «Флагов»: каверзный, сплетающий мифотворческую интонацию с «лексиконом современности» и критически обозревающий окружающее пространство, где «...по реке сплавляют кинжалы (и вода окрашивается заранее, / для обнаружения алого) – остроязычно выбрасываются восклицания...».

<...>

А из раны – в горе карамельнощёкой – льется имперски-стаутно пиво
названием «Коксохим»/косоухим гора откормлена, отпоена ли
монадой, из сферы Сатурна изъятие непорочной зайчатины проф.
промыслительно.

…и нет сыти пиющим, во,
гора-некева!

…и блуждает в горе голда перед тем, как разложиться, навсегда
ли?

Пугают зайца разрывом паха, стрела аккуратно,
в пору разлада просыпается рана, вся иерархия танкомольцев –
«Хоп-Хлоп!» – ловит единицу расстегивающего дождя-кинжала.

Ус-вьюн, давай равняться! Приложив изгибающуюся
сколопендрой молнию
к пляшущей вертикали.

<...>

***
Чай, не агнчими, но гончими по лесам бытие почать (тачскрин),
масштабируя окна трясинных болот до херувимских полотен,
где венчанное виной бедных червей, воображенье
не реет и носится, а роет и мреет
публичной осью.

А мы, малы, ляжем с тобою под длительность дылдистой двери
на круглосуточный ветропой – вистл; пропадужиной под сосной;
после скверной резво‌й, звея, двинемся в сезон новый,
где король ольховый претворяется в прах, и охальник
недужий отбрасывает костыли – ах, тылы –
молочные зубы.

Зудит метафизика укромно-
сти.

Как в лесах тискать скитника;
как ядокровно спившимся Зигфридом в яме киснуть;
как ферментировать царский листвень.

Как клевероядным ротным в пасти кляпца пропасть;
как тиндера регулярный ЦАП; как колико-cхваточный
симбиоз гипно-Отца и скомороха Исаака.

Как крохи Рембо побег в Абиссинию,
как, как, как… обессилеть.

А мы, малы, желаем укромно –
Но ни хоромы, ни дома, только небо огромно.

***
Меж камышей стигийских,
осочки ичкерийской
часочки профетического гнева
тошнит зигзагом мизгиря –
возницы венчурных кривизн.
И львиная крапивинка огня
так зря… в беззвездном сумраке
Эреба.

... но дым Отечества милей, чем лоск могил,
и Мефистофель энергичный в выцветших глазах
легата мил; и склизкий корневик – отродье
сельской хлипи; и летуна надгробье, созрев-
шее под кипень – кашля глашатая; и птички
витье шалое («чив-чив») –
старик анафематствует,

как человек-устой-
чивый земляк

уединенный дивий,
от дубравы вепрь

подрыв
и бурев-
ой бурав
убив-
но человек –

невольник-beef и индикатор дани ветру,
костянка-грамота, сиротный кочеток под
инфинитной стаи грай –
свирец, свисток.

... но дым, но mea culpa, но гид-
ры культи феминные
царев(н)ы гетто букв

… но «гм» отечества милей, чем восп-
аление закатное
агатное кызыл
апокалип
-тоз.

Старик,
чей взору непокорный контур –
Псатирелла,
чей золотарь – монарх,
чей Молох –
олух полудохлый.

***
Хвои высоковерхие, вои-
ны ныра жестоковыйные.
Купол коверкает до
молодецкой упали

надежда, что дерево
превращается
в катапульту?

Так и страшает культя
-тишна лесовая, силенция
расшатанных корней, фантомно
крона болевая –

граище потенциалами –
птицами большими и малыми,
чьи крики предупреж-
дают:
«Смена локации, смена локации,
новый сезон, новый сезон
отъявленный навигации».

Кроме того, кричит
в тыльном камне пульпит:
«Увы вам! И дрону, и дому,
и трону, и гусарскому эсхатону».

И дрогнув? Нет.

Всхлип Иудин проглотит Петр.
За продолжение поцелуев во время трепки,

кипиша под брюшком почвенников вовзят,
ерзали да попали в игралище,
не телосожжением,
но телосложением

в ямище

ведают

зря разве

ведают

вепри народные, хепри
солнцеукладчики

вятшие

тявки...

кочуют средь сосен, втуне
несомы в обличье колтунной суки,
а когда говоришь: «Иисусе»,
приходит уполномоченный
клокотун

ту-ту-ту
ту-ту-ту

На темном пузе леса мертвые щенки,
ищи как щепки в бедном мире
до вновь сезонной течки, Леты
пока чернильно млеко
накося-высоси.

Пока не выкосит –
кусь кличевыми-свечными
зубами (Х)рамовое пространство,
тёмную молчь новобранцев.

Кошмарный сон №

Выхожу из подъезда на свой отдалённый райончик. Туманно и безлюдно. Только автобусы сопят количеством в 8-10 шт, дряхлые ЛИАЗы. Как раненые животные серые. Прозрачные птицы с неба предупреждают: «Осторожно, так уже нашёл свою смерть Кнут Гамсун». Скрываюсь в подъезде. Как-то тут замешана демоническая женщина-маньячка, которая наживалась на вывозе модных шмоточных айтемов из Украины. Постепенно она перешла к убийствам и на родине, обольщает девушек на трасе, а потом истязает их в дачном домишке (в одном случае виной всему были трусы Ralph Lauren).

Интерлюдия: убивица в тёмном облаке в компании с такими трансгрессирующими персонажами как Николай Ставрогин в исполнении Максима Матвеева, молодая Габриэль Витткоп и Натэлла Сперанская.

А сегодня у меня др. Хотите сделать мне подарок? Разместите у себя афишку сказки с подписью «идите в кино». Зачем? А мы сейчас разлетимся по земле через этот фильм, как невидимые птицы, дадим всем посмотреть наши галлюцинации. Разве это не чудесно, сидишь в подвале с заколоченными окнами, обсуждаешь карлика, который играет в прятки, проходит почти 30 лет и эта история разлетается по миру, карлик вылезает из маргинального мифа, становится Реальным! Он ищет мерцающего бандоса, блуждая по слоям. Все это мы обсуждали в подвалах, на стремных хатах 30 лет назад, а теперь вот так.

Релизнули тут с замечательным Ярославом Глущенковым — Атакой Медузы (https://syg.ma/@zhurnal-zdies-zhurnal-zdies/iaroslav-glushchienkov-eto-takoi-or-stikhotvorieniia-s-priedisloviiem-vladimira-biekmiemietieva) такую гебефреническую вещицу https://onerpm.link/375302883437.