Предыдущий пост и комментарии к нему спровоцировали меня подумать о страхе, точнее о бесстрашии. Пункты ниже относятся скорее к страху публичности, нового опыта и самовыражения в одежде, но, возможно, могут быть применимы и к другим сферам. Вот что наразмышляла. Я думаю, что страха лишаются или не имеют те, кому:

‘нечего терять: не ценят репутацию, или люди, которые просто много не думают. Очень часто наблюдаю этот фактор у звезд (у многих будто отсутствует саморефлексия, человек кажется глуповатым)

‘или те, кто легко смиряется с потерей, потому что она для них не несет никакой ценности, потому что есть ценность выше (например, стать знаменитым)

‘еще где-то читала, что человеческий инстинкт стада или поиска одобрения социума сейчас немного трансформируется из-за соцсетей. Он уже не жизненно важен. Страх не найти поддержки в ближайшием окружении нивелируется наличием цифрового мира.

‘также бесстрашными часто являются те, кто рос, с одной стороны, в атмосфере безопасности (им внушено родителями, что у него есть гавань в их лице или заложена опора в самом ребенке), и с другой стороны, в атмосфере небезопасности (дисфункциональная семья, где ребенок научился быть бесстрашным, чтобы достичь желанной безопасности)

‘без страха начинают действовать те, кто свой мозг к этому приучил (повторяющиеся действия и опыт). Например, опытный врач нам кажется бесстрашным. То есть, когда человек сталкивался со многим и разным, для него это уже становится привычным, а значит не страшным. Поэтому думаю, что главврачам уже не интересны рядовые случаи в медицинской практике, но те, где у них возникает любопытство, есть что-то неизведанное и там есть место страху.

тут я прервусь, устала сочинять и ушла в дебри. может быть вы добавите идей в комментариях

#удивительноерядом

Как длина юбки связана с экономикой? Спойлер: почти никак

В 1926 году американский экономист Джордж Тейлор выдвинул любопытную теорию: чем короче женские юбки, тем лучше обстоят дела в экономике. И наоборот — в периоды кризиса мода диктует удлинение подола. Этот феномен назвали «индексом длины подола» (Hemline Index).

Чтобы проверить, есть ли какая-то обоснованность у этой теории, профессор прикладной эконометрики в Роттердамской школе экономики Филип Франсес и его тогдашняя студентка Маржолейн Баардвейк провели исследование (2010), используя эмпирические тесты после того, как французский модный журнал L’Officiel оцифровал свои архивы, начиная с 1921 года. Исследователи закодировали все модные отчёты и сравнили их с данными об экономических циклах Национального бюро экономических исследований (NBER). Анализ показал, что индекс длины подола — это миф, не имеющий реального подтверждения.

Тем не менее, профессор отмечает, что можно сделать осторожный вывод о том, что мода следует за экономикой с задержкой примерно в три года (а не предсказывает её). Они обнаружили, что после нескольких лет экономического роста юбки действительно становились короче, хотя этот эффект был незначительным. В этом смысле можно предположить, что длинные юбки, которые мы видели недавно, — это результат спада, вызванного пандемией ковид.

Пару лет назад на подиуме стала появляться длина миди и мини, и интересно, что этот факт не только про тренды, но и про стимулирование потребления. Короткие юбки предполагают покупку аксессуаров вроде колготок, гольфов, чулок, носочков и целого арсенала обуви — от балеток и лоферов до сапог-ботфортов. То есть нам продают не новую длину, а все, что мы к ней должны приобрести, чтобы выглядеть «актуально».

#хорошиймаркетинг
#сдаёманализы