Премьера балета «Шахеразада», состоявшаяся в Париже в 1910 году, определила дальнейшую судьбу художника. С его легкой руки в моду вошли восточные тюрбаны с перьями, яркие, легкие ткани, горячий «южный» грим и шаровары.

Восточным шароварам Бакст придавал особое значение, полагая, что именно они отражают основную тенденцию костюма будущего - уничтожение «особенной разницы между мужским и женским костюмами»…

Занавес к «Шехеразаде» сверкал оттенками синего и зеленого, и фирма «Картье» стала выпускать изделия с сапфирами и изумрудами.

Распространению этой «ориентальной» моды способствовали и другие постановки, оформленные художником, - «Синий бог», «Восточная фантазия», «Пери», «Индийская любовь»... Постановки «Клеопатры» и «Пизанеллы» привели к тому, что цветные парики вслед за Идой Рубинштейн стали носить парижские, лондонские, а затем и петербургские дамы. Особенным шиком считались золотые и серебряные волосы.

Вызывающая поначалу сенсации и скандалы, эта мода в 1913—1914 годах получила самое широкое распространение благодаря «балам цветных париков», которыми увлекались в петербургском свете.

Целый сезон благодаря Баксту особой популярностью пользовались красные и розовые цвета; из его театральных постановок пришла мода на платья с разрезами и котурны; он первым начал украшать каблучки дамских туфель бриллиантами и расписывать открытые части тела.