Вариант превью для ролика, который я в итоге не использую.

#исследования : беседа об изобретательности и стремлении с Борисом Ореховым, литературоведом, сочетающим демонтаж красноречия с цифровыми проектами

- Борис, вы начали делать цифровые гуманитарные проекты до того, как это стало популярным или даже модным. Всё же что было первым — проект или исследование?
- Для меня первичным всегда было исследование, но когда появились проекты, оказалось, что они дают особенное чувство реализованности — когда что-то, что ты сделал, работает. Это чувство доступно инженерам и даже слесарям, а вот гуманитариям не всегда. Помните, как радуется доктор Браун из 1955 года в «Назад в будущее», когда узнает, что наконец-то изобрел что-то, что действительно работает? Это помогает начинать новые проекты наряду с исследовательским интересом.

- Вы как-то рассказывали о том, что коллеги вокруг вас не знали тех понятий, с которыми вы работали. Что давало вам уверенность в том, что вы двигаетесь в разумном и правильном направлении, а не наоборот?
- Это было желание достижения результата. Если ты стремишься к воплощению сложной идеи, то лучший вариант — верить в то, что делаешь, и рефлексивность в этом скорее помешает. Когда ты уже ступил на канат, оглядываться назад поздно, нужно держать равновесие. Если честно, я не знаю, откуда берется представление о том, «что такое хорошо и что такое плохо» в науке. Видимо, это следствие сложных отношений интуиции и влияния научной школы. Мне повезло со старшими товарищами и прочитанными в студенческую пору книжками.
 
- В конкурсе участвуют проекты, сделанные с вашим участием. На что стоит обратить внимание нашим конкурсантам?
 - Я бы сформулировал это как «не забывать, что эти проекты как минимум наполовину гуманитарные». Дело в том, что я убежден: не только свойством, но и обязанностью гуманитария является интеллектуальная изобретательность. Поэтому не следует сводить все к примитивным схемам, а следует придумывать, творить, дерзать, переворачивать, держать в уме потенциал эмерджентности цифровых проектов, не верить описаниям, составленным создателями (в том числе мной), порождать собственные способы их использования, выбираться своей колеей. Не знаю, поможет ли это победить в конкурсе, но позволит сделать что-то необычное и прекрасное.
 
- Посоветуйте, пожалуйста, как совмещать изучение теории и работу с цифровыми материалами? Есть ли у вас советы, штуки три по такому поводу?
- Обычно для меня теория — это что-то, чего я не знаю, но знает кто-то другой. Так что полезно разговаривать про свои цифровые материалы, разговаривать со всеми и как можно больше — так выше вероятность, что вы встретите человека, который сообщит что-то полезное теоретическое, что ускользало от вашего внимания. Конференции, семинары, круглые столы — это те места, где нужно находить себе собеседников и вызывать их на диалог докладами.
Второе. Не терять из вида специфику цифровых материалов. Если вы придумали что-то теоретическое про свой объект, а занимаетесь вы, к примеру, цифровыми копиями рукописей, то сделайте мысленный эксперимент и подставьте на место рукописей, скажем, стиральную машину. Если ваша теоретическая конструкция и формулировки от этой подстановки не изменятся, и в большинстве останутся истинными, то что-то важное вы по пути потеряли, имеет смысл вернуться на несколько шагов назад, и потерянное найти.
Третье. Нужно идти в другую область за свежими идеями и новыми нейронными связями. Предметные области нередко канонизируют определенную теоретическую оптику, и иногда это хорошо. Но лучше иметь перед глазами big picture, или хотя бы представлять, что возможен другой взгляд. Филологам нужно читать социологов — и не только для того, чтобы найти, как им применить их социологические наработки к своему филологическому материалу, а для того, чтобы понять, как социологи думают про свой предмет, как они в принципе видят мир. Историкам нужно читать лингвистов, искусствоведам экономистов. И наоборот. Чтение — это и есть способ передачи теории.

Сейчас мы (человечество) пытаемся понять, изменит ли ИИ нашу жизнь.

Не исключено, что медийный эффект обсуждения успехов нейросетей превышает то реальное влияние, которое технология окажет на нашу повседневность.

Как нейросети изменят рынок труда? В более приземленной формулировке: заменят ли нейросети художников, писателей, программистов, ученых? Нужно ли запретить доступ к технологии?

Все эти вопросы обсудим 22 июля
на лекции с Борисом Ореховым. Приходите в летний лагерь «Ножа» в 17:00.

Вход свободный. Ждём вас по адресу: Бобров переулок, 4с4, Sistema Gallery.