Фанаты мои, я вас люблю

Сегодня, мб, зарисовку выложу, если мне хуёво не будет.

Рюджин была зависима от алкоголя и достаточно давно. Это началось с 14 лет, когда девушка впервые попробовала алкоголь, и с того момента её жизнь изменилась на «до» и «после». Хван была её подругой и работала в медцентре, где лечили людей от разных зависимостей. Они познакомились ещё в школе, достаточно давно. Йеджи сразу пошла по стопам матери в медицину, а вот старшая совсем спилась, и её будни стали днём сурка. Джи долгое время молчала, ничего не говорила, лишь наблюдала за девушкой и всячески иногда пыталась помочь ей. Но в один из дней ей это окончательно надоело, и она решила силком помочь Шин избавиться от зависимости — затащила её в клинику.

— Ты что, с ума сошла? — Рюджин попыталась вырваться, но руки Йеджи держали крепко. — Я не хочу туда! Отпусти меня!

— Ты хочешь умереть? — спросила Хван спокойно, но в голосе слышалась сталь. — Я не позволю тебе сдохнуть в этой грязи. Ты поедешь со мной, даже если мне придётся привязать тебя к кровати.

Шин закатила глаза, но сопротивляться перестала. Она знала, что Йеджи не отступит.

Это было трудно, но девушка смогла. Шли месяцы и дни. Первые дни Рюджин была явно недовольна, у неё была сильная ломка, но врачи в клинике оказались достаточно опытными и всячески помогли девушке справиться. Постепенно она становилась на ноги.

— Я ненавижу это место, — прошептала Рюджин, глядя в потолок палаты.

— Я знаю, — тихо ответила Йеджи, сидя рядом и сжимая её руку. — Но ты справишься. Ты сильная, Рю. Я знаю это.

Спустя несколько месяцев лечения Рюджин начала возвращаться к нормальной жизни. Она снова могла улыбаться, гулять, наслаждаться мелочами. Алкоголь больше не контролировал её. Она наконец-то почувствовала себя свободной.

— Спасибо, что не дала мне сдаться, — сказала Рюджин, глядя на Йеджи, и в её глазах блестели слёзы. — Я бы не справилась без тебя.

— Ты бы справилась, — ответила Хван с лёгкой улыбкой. — Но я рада, что была рядом.

Йеджи была рядом на каждом этапе. Поддерживала, не давала сдаваться, даже когда Шин хотела всё бросить. И однажды, когда Рюджин окончательно восстановилась, она поняла, что её чувства к Хван давно переросли в нечто большее. Они начали встречаться. Всё произошло естественно и как будто так и должно было быть.

— Я люблю тебя, — прошептала Рюджин, когда они обе сидели на крыше, глядя на ночной город Сеула.

— Я тоже тебя люблю, — ответила Йеджи, кладя голову на её плечо.

Прогулки по вечернему городу, тихие разговоры до утра, смех и объятия. Йеджи наконец-то увидела ту Рюджин, которую знала когда-то. Живую, настоящую, свободную. Они не торопились, но знали, что теперь всё будет хорошо. Рюджин больше не оглядывалась на прошлое, а Йеджи была рядом, чтобы напоминать ей она не одна.

Бля, 80 пдп.. Всем спасибо, кто на меня подписан. Я люблю каждого, кто читает моё творчество. Я не ожидала, что его в принципе будут читать. Очень всем благодарна, кому оно нравится и кто его читает.

Шо нужна вам зарисовка?

Так, крч, зарисовку напишу ночью и выложу хуй знает когда.

Хван Йеджи девушка, которая однажды вернулась слишком поздно ночью. Шин встретила её в коридоре, и её лицо было явно недовольным. Старшая обычно не задерживалась на работе. Шатенка была ещё той параноиком, из-за чего сразу начала подозревать девушку в чём-то неладном. Джи к тому же была пьяна. Когда она успела? Это непонятно, но очень интересно. Рюджин ненавидела алкоголь в любом виде, а его запах, тем более, не переносила. Она решила наказать старшую. Как раз та ушла в спальню, бросив на ходу.

— Я ждала тебя, — голос Рюджин был низким. — Ты пришла домой в таком состоянии, Йеджи? Ты хоть представляешь, как я переживала?

— Просто задержалась, — пробормотала Хван, пытаясь пройти мимо, но Рюджин перекрыла ей путь.

— Задержалась? — шатенка усмехнулась, схватив её за запястье. — Ты пьяна. Я чувствую этот запах насквозь. Ты думаешь, я позволю тебе просто лечь спать и сделать вид, что ничего не произошло? Нет, дорогая. Ты ответишь за это. Сегодня ночью ты будешь моей.

Рюджин толкнула её на кровать, и Йеджи упала на мягкое покрывало, не успев даже вскрикнуть. Шин нависла над ней, стягивая с неё футболку. Она наклонилась и впилась губами в шею Хван, оставляя на ней влажные, горячие следы.

— Я не люблю, когда меня обманывают, — прошептала Рюджин, её голос звучал хрипло. — И я не люблю, когда ты пьёшь. Ты знаешь, что я с этим делаю? Я делаю тебя своей. Снова. И снова. Пока ты не запомнишь, что я единственная, кому ты принадлежишь.

Она грубо сорвала с Йеджи юбку, оставляя её в тонком белье, и провела рукой по её бедру, сжимая его так, что на коже остались следы от пальцев. Йеджи застонала. Смесь боли и удовольствия, но Рюджин не остановилась. Она скользнула языком по её животу, прикусывая кожу, и опустилась ниже, стягивая бельё зубами.

— Ты хочешь этого? — спросила Шин, поднимая взгляд. — Скажи мне, чего ты хочешь, Йеджи.

— Я хочу тебя, — прошептала Хван, задыхаясь. — Только тебя.

— Тогда терпи, — ответила Рюджин, проводя языком по её плоти. — Ты заслужила наказание, и я дам его тебе сполна.

Она двигалась быстро и жадно, доводя старшую до пика, не давая ей передышки. Когда Йеджи кончила, выгибаясь на кровати, Рюджин поднялась, облизывая губы, и прижалась к ней всем телом.

— Это только начало, — прошептала она, касаясь губами уха Хван. — Ты не заснёшь до утра.

Зарисовка следующая будет в сентябре.

Потому что у меня все удалилось.

У меня 90 пдп. Всем спасибо

Так пока я ту пизду пишу три года нахуй пройдет (я про зарисовку с дарк-романом), то будете выбирать сейчас, короче, чё писать.