Психолог Виктория Сандо

Месяц моей второй эмиграции.

Впрочем, как я теперь думаю, второй или третьей миграции не бывает.

Бывает одна, она же - первая, и спустя 3 года после переезда я могу описать ее гораздо лучше, так как уже не чувствую себя внутри этого процесса. Теперь он внутри меня как и новая, приобретеная идентичность- эмигранта.

Самый большой кризис который, как мне кажется, переживает каждый кто решил поменять место жизни- это кризис потери и поиска себя вновь.

Чем больше человек перевез с собой из дома - тем лучше. Я перевезла главное - свою профессию, мне не пришлось осваивать с нуля новую, так что мне я считаю очень повезло.

Первый год мне снилось как я за рулем своей машины еду по улицам своего родного города.

Знакомый перекресток, зеленая стрелка- направо, поворотник,медленно объезжаю припаркованную машину, новый перекресток, уже другая улица - я знаю какая будет следующая, я точно знаю свой маршрут и еду не заглядывая в карты.

Это то чего мне больше всего не хватало на новом месте. Понимания, что за чем последует и когда.

Все красивое но новое, чужое, нехоженное и неезженное еще мной. Растерянность, неясность, незнакомый язык от которого ломается язык и мозг.

Новые люди, и среди них - уже первые кто нравится и кажется «своим».

Я организовала тогда интервизорскую группу и так получилось что у нас собралась маленькая но очень теплая компания единомышленников. Это была моя отдушина и маленький островок среди балканской пустыни.

Сложно когда среда перестает отражать. Когда никто тебя не знает. Меня угнетала мысль что вот я иду по городу, и мне совсем не к кому зайти в гости. Я тогда скучала даже по продавщице из одесского продуктового магазина которая приветливо мне кивала и уже понимала что я буду брать. И с которой можно было перекинуться словами и шутками.

Тогда же я решила выучить сербский до того уровня чтобы перекидываться шутками в магазине.

Это не составило мне труда, у черногорцев незамысловатый юмор, и через несколько месяцев меня уже отлично знал продавец, он кивал мне когда я приходила, улыбался, на мое “moze” (можно?) отвечал одинако «ne moze”, (нельзя), каждый раз смеялся как в первый раз своей шутке ,и это как ни странно давало опору.

А потом я пошла в терапевтическую группу для экспатов и это помогло мне присвоить новый город. У меня появились «дела» и я была рада этому.

Дальше- интеграция через работу в основном.

Я познакомилась с коллегами, начала работать очно, у меня появился кабинет, в который я снова, как когда-то в Одессе стала приглашать подружек на кофе. Появились люди к которым я могла заехать в гости и приезжая из очередного отпуска, выходя из самолета, садясь за руль я уже ехала домой и чувствовала себя отчасти у себя.

Вот тогда я поняла что миграция бывает только одна.

Когда я уже не понимаю а осознаю что достаточно дома я себя здесь не чувствую и это нормально, что ли. Когда уже не ранит одиночество и то что вокруг все говорят на другом языке тоже нормально. Эта рана затягивается и уходит ожидание что должно быть как-то иначе.

И вот новая страна. Когда идентичность мигранта сформирована, меняются страны, а не состояние внутри. Да, безусловно снова все ново и снова одиноко. Я бы даже сказала что я никогда еще в своей жизни не переживала такого тотального одиночества, язык новый и он сложнее мне дается чем сербский. На слух так вообще ничего не понятно. В моем городе экспатов мало. Но сам город, сама страна, сами люди нравятся очень и я балансирую между радостью и одиночеством, которое уже не кажется ненормальным. Я понимаю что мне придется прилагать усилия чтобы сделать и этот город- своим, и я их прилагаю.

Так как я уже знаю о себе что мне крайне нужны дела, я их себе организовала. Записалась в спорт зал подальше от дома, чтобы ездить туда на машине и запоминать перекрестки. Записалась на курсы испанского просто чтобы туда ходить и знакомиться с преподавателями и другими студентами- иностранцами. Много хожу пешком чтобы появилась узнанность и улицы не ощущались такими чужими.

❤7

119 viewsedited 10:40