Музыка пришла следом за скейтбордингом: в 11 лет я уже и трюки делал, и разбирался куда жать в софте, чтобы звуки звучали. Это когда интернет у простых людей только появлялся, а умение пользования программами на компе ценилось в резюме. У меня тогда только появился компьютер, но в сеть я вышел только через 2 года.

Было увлекательно. Мир музыки для меня открылся вместе с миром, в котором она создаётся. Я не особо выяснял какой жанр крутой; и не выяснял что отстой, а что нет. Понимание как-то само формировалось с количеством звука, который я потреблял и воспроизводил. Среди всего этого я выделял что-то особенное и понимал, куда меня всё это направляет — это называется стиль, и, то ли время было такое, то ли свернул я не туда, но единомышленников у меня было критически мало, поэтому воспроизводить свой "стиль" в своей музыке я как-то не спешил.

Тогда я развлекался и делал часто то, что зайдёт слушателям. И к сожалению я их прикормил. Были статейки всякие обо мне на сайтах, интервью, продакшн я много кому делал уже на стадии второго проекта (речь уже о 2010-2012 годах, тогда был проект "Sweet Beatz"). Но желание делать что-то первобытное (то есть то, что без искажений исходит изнутри меня и кодируется в звук) стремительно нарастало. Как бы.. я умел делать по всякому, но никак не мог решиться выкатить то, что целиком меня выражает. Но когда решился — люди не поняли, что это за радикальная метаморфоза и затребовали "стиль" назад. Мой "новый" музон вообще не находил отклика у старой аудитории. Так и произошла в то время моя медийная смерть как артиста.

Зато наступило рождение "The Dawraft" (это было в конце 2012-го года). И оно подарило мне свободу. Теперь я делал что хочу, невзирая на то, что мало кто "это" понимает. Мой музыкальный опыт складывался из всего, что я потреблял, а талант к наблюдению помогал научиться кодировать свое состояние в звук так, чтобы слушатель мог это состояние "примерить": что-то вообразить, почувствовать.
И находились те, кто понимал и находил в этом отклик: эти люди оказывались невероятно похожими на меня и творчески, и ментально, и в образе жизни, и затем в дальнейшей жизни.

Здесь будет чекпоинт — так тогда мы познакомились с Aeraw. О нём обещал написать (и напишу) отдельный пост: живя далеко друг от друга, наша жизнь протекает по одному шаблону, включая события и состояния, что отражается в музыке, которую мы создаём по сей день.

Увлечение музыкой перестало быть увлечением для меня. Важно отметить, что я постепенно перестал выкладывать её с 2013-го года. С тех пор весь музон находился просто на компе, а затем в файлах Telegram. Музыка стала частью меня и моей жизни. Я регулярно кодировал свои переживания в звук, это стало просто нормой, при этом навык музицирования перестал исчисляться — я умею делать свою музыку так же, как дышать, вести дискуссии, обучаться.

Последние лет 5 мы делаем музыку в дуэте со Львом — мой старый друг, талантливый музыкант, умеющий воспроизвести звук на многих инструментах. Он внимателен к деталям и кодирует тонкости ощущений в звук довольно умело. Все эти годы мы наполняли стол удивительными треками, которые жили только в нас и в некоторых наших друзьях.

Крутые любители психологии и прочих наук найдут, чем это объяснить; сейчас-то я понимаю, почему так было. Это не важно. Мы делали то, что любим, без чего уже не представляли жизни, и делали это идеально. Мне легко объяснить каждое наше произведение снобам: чаще всего я даже меч с щитом в руки не беру. И также я легко признаю, где есть над чем работать.