​​"До конца 1916 года, по данным штаба фронта, направляемым ежедневно в Ставку, потери в результате наступления А. А. Брусилова составили: убитыми - 2 930 офицеров и 199 836 солдат, ранеными - 14 932 офицера и 1 075 959 солдат, пропавшими без вести- 928 офицеров и 151 749 солдат, всего 18 006 офицеров и 1 436 134 солдата. Австро-венгерский Северный фронт с мая по декабрь потерял 1 294 офицера и 43 764 солдата убитыми, 4 769 офицеров и 211 705 солдат ранеными и 5981 офицера и 371 818 солдат пропавшими без вести. Германские войска потеряли в полосе наступления Брусилова 140 тыс. убитыми, ранеными и пропавшими без вести.
Таким образом, соотношение потерь русских войск к потерям противника составило 2:1. Правда, русские войска захватили большое количество пленных и трофеев - 417 тыс. пленных, 1 745 пулеметов, 448 минометов и бомбометов, 581 орудие и другое военное имущество. Но людские потери были гораздо тяжелее - в 5 раз выше, чем у противника. Если учесть, что из миллиона раненых в мае-октябре 1916 г. в строй вернулось только 204 тыс. человек, то следует отметить, что русская армия была совершенно обескровлена. С осени начали призывать на службу 16-17-летних подростков, составивших основное ядро запасных полков в 1917 г.
Эйфория в русском обществе после первых побед под Луцком и в Буковине сменилась тяжелым разочарованием. Противник не был сокрушен. Его фронт по-прежнему держался, хотя и откатился на Стоход, Лугу, верховья Серета, Злоту Липу, Быстрицу Солотвинску и Карпатский хребет. Более того: разгром Румынии и отражение генерального русского наступления укрепили дух армий Четверного союза.

На совещании в Ставке 16 декабря 1916 г. подводились итоги кампании. А.А. Брусилов, естественно, считал свой опыт успешным и рекомендовал в 1917г . возобновить наступление по всему фронту. Видимо, этим совещанием и надо ограничить стратегическое наступление Юго-Западного фронта в 1916 г., развивавшееся вначале как демонстративный удар, затем как главный удар всей российской армии (июль-сентябрь), и, наконец, как содействие румынской армии (октябрь-декабрь). Ни одной из поставленных в ходе кампании 1916 г. целей, вопреки громким декларациям, наступление Брусилова не достигло. Противник перешел к обороне под Верденом только в сентябре, после выступления Румынии на стороне Антанты; Италия спаслась своими силами, массированного оттока с этих фронтов вражеских войск не произошло. Не были оттянуты дивизии врага и из полосы Западного фронта, которому поручался вначале главный удар кампании. Более того, Брусиловский прорыв поглотил те силы, которые предназначались для масштабной операции в районе Барановичей.
"Я русского солдата всегда любил и люблю, и эта любовь вынуждала меня кончать во что бы то ни стало начатое дело, чтобы кровь не была пролита даром... Я действовал по-своему, широким фронтом. Это моя метода, при которой наступление развивается от всего сердца, и никто не знает, где настоящее наступление и где демонстрация", - заявлял впоследствии А.А. Брусилов. Не чуждый саморекламы, генерал так и не осознал, что его "наступление от всего сердца" истребило цвет русской армии. Наступление летом 1916г. стало ярким проявлением менталитета русских военачальников, для которых солдаты остались теми же рекрутами, цель жизни которых - умереть на поле брани. Но ситуация была давно иной: запасный и ратник шли на войну, чтобы вернуться. Поэтому самоубийственное истребление армии вызвало чувство бурного негодования в российском обществе."

//Сергей Нелипович, "Наступление русского Юго-Западного фронта летом-осенью 1916 года: война на самоистощение?"//

#ПСВ #історія

​​"Вот лишь некоторые отклики современников и участников событий.

"Операция на Юго-Западном фронте велась при значительном превосходстве сил с нашей стороны, но тем не менее порыва едва хватило на учинение прорыва, дальше для использования не было уже ни сил, ни средств" (генерал-лейтенант П.С. Балуев, начальник штаба 8-й армии).

"...Летняя операция 1916г. является первым фактом, обусловившим разложение русской армии, проявившееся осенью и зимой этого года. Это разложение представляется крупным звеном цепи событий падения прежней государственности" (А.А. Свечин, полковник, командир 8-го Финляндского стрелкового полка).

"Русское высшее командование либо не имеет заранее подготовленных планов операций, либо, если их имеет, то их не выполняет... Высшее командование не имеет единообразных методов обороны и нападения и не умеет подготовлять наступление... Высшее командование не считается с потерями живой силы и не проявляет достаточной заботливости о солдатах... Армия отчетливо сознает, что если эти причины не будут устранены, то победы мы, несмотря ни на какие жертвы, не добьемся" (М.В. Родзянко, председатель IV Государственной думы).

"Эти потери были тем более чувствительны, чем слабее было сознание в необходимости их для России... В народных массах доверие к правительству и вера в союзников были окончательно подорваны" (Н.Н. Головин, генерал-лейтенант, начальник штаба 7-й армии).

Результаты кампании безусловно повлияли на обострение политического кризиса осенью 1916 г. Но были ли эти результаты итогом чьей-либо злой воли? Уже в то время во всем обвиняли Ставку, оказавшуюся неспособной координировать действия главнокомандующих на фронтах. Руководство армиями Юго-Западного фронта со стороны А.А. Брусилова тоже было не на высоте: он не владел обстановкой (это сказалось и летом 1917г., когда он стал Верховным главнокомандующим), не мог объединить действия своих армий, не желал видеть просчетов в подготовке операции, был пристрастен к подчиненным, самоуверен в действиях. Но все эти факторы, наряду с реальными возможностями войск, боровшихся с врагом в условиях его технического превосходства, кажутся подчиненными в сравнении с основной чертой действий и М.В. Алексеева, и А.А. Брусилова. Операция не имела четко поставленной цели. Наступление развивалось ради самого наступления, в котором априори предполагалось, что противник понесет большие потери и задействует больше войск, нежели русская сторона. На той же основе были запланированы операции германцев у Вердена и у союзников на Сомме. Они также стали яркими примерами стратегии истощения, на деле обернувшейся самоистощением. Но если кровь германских, французских и английских солдат была возмещена хотя бы снятием с постов творцов этой стратегии - Э. фон Фалькенхайна, Ж. Жоффра, Р.Ж. Нивеля, - то А.А. Брусилов резко "пошел в гору". И лишь после провала июньского наступления 1917г., которое велось по тем же канонам, что и в 1916г., после разгрома под Тарнополем он был отправлен в фактическую отставку."

//Сергей Нелипович, "Наступление русского Юго-Западного фронта летом-осенью 1916 года: война на самоистощение?"//

#ПСВ #історія

🕯️Загинув екіпаж гелікоптера Мі-24 11-ї окремої бригади армійської авіації «Херсон» під час виконання бойового завдання.