Сегодня день начался как обычно, без каких-либо событий. После обеда меня ожидал сюрприз — созвон отменили, и у меня появилось время, чтобы расслабиться. Я решил прогуляться туда, куда обычно не заходил. Путь был непростым: ноги утопали в высокой траве, и нужно было смотреть, чтобы не зачерпнуть воду в болоте. Всё казалось спокойным, но вдруг я заметил, что заросли тростника горят. Пошёл посмотреть на огонь. Заросли тростника полыхали. Лезть туда я не стал — чтобы не поджариться. Сезон пожаров теперь совсем близко.

Выходные прошли насыщенно. В субботу отправился по делам в Ростов. По дороге, на новой тропе, где казалось, что камни надежны, ноги соскользнули в болото. Обувь немного покрылась грязью, а носки намокли.

Дела были завершены, и я зашел в бар, название которого отсылало к Оруэллу. Заказал кружку пива, ощущая, как холодный напиток освежает горло. Сидеть только с бармэнов в баре - в этом что-то есть. После бара отправился в магазин за покупками, но сначала прогулялся по центру города. На торце одного из домов обнаружил новое граффити, а рядом — импровизированное убежище бомжа, прямо в сердце города. Сделал покупки и вернулся в бар.

В баре я был один. Друзья остались дома: у кого-то планы на месяц вперед, а кто-то просто нуждался в отдыхе. Я сел за стройки и познакомился с инженером, который стал управленцем. В России, чтобы хорошо зарабатывать, нужно стать управленцем, но это уже другая история. В итоге, я наслаждался пивом, пока не почувствовал легкое опьянение. Потом еще пара кружек и я был достачно пьян.

В воскресенье я провел день дома, читая книги и смотря YouTube. Но главное достижение дня — замена SSD и установка новой операционной системы на компьютер. Проблема моего пьянства - то что оно контрпродуктивно.

Весь день провел в совещаниях. С утра решил пожарить пельмени, но они подгорели. Остаток дня прошел в раздражении: я ругал китайцев и слушал коллег.

Настроил на совещаниях немного компьютер, нашел в запасах мышку. Одну, неработающую, решил не оживлять и выкинул.

Звонок будильника вырвал меня из сна. Я вылез из-под одеяло и замер: за окном кружились снежные хлопья. Весь день снег падал, покрывая землю тонким слоем. К четырём часам дня снег прекратился, оставив после себя мокрые дороги и влажный воздух. В горле появилось лёгкое першение. Я взял метлу и подмел крыльцо. Вдруг на крыльце появилась птица, размером с воробья, серая, с тонким клювом. Она перепрыгивала с места на место, ища что-то съестное. Я оставил для неё немного корма.

Утром я открыл глаза, и первое, что услышал, был звон будильника - мне надо в отпуск. Вчерашняя боль в горле превратилась в нечто невыносимое, словно кто-то сжимал мою голову. Виски пульсировали, нос заложен, но вокруг лампы образовался причудливый ореол света, а на потолке я заметил странные волны, которые, казалось, двигались. Фитнес-браслет на руке показывал почти 100 ударов в минуту.

Собрав остатки сил, я вышел на улицу. Солнце ярко светило, и легкий ветерок приятно освежал кожу. Я добрался до аптеки, купил таблетки и вернулся домой. Упал на кровать прямо в одежде, подтянул к себе ноутбук и написал пару сообщений коллегам. Глаза закрывались, и я, вероятно, заснул.

Попытался взять в руки книгу, но сил хватило лишь на то, чтобы прочитать несколько строк.

Если кто-то знает, как бывает после отравления — ты уже не умираешь, но продукты распада ещё плавают в теле, — вот так я себя чувствовал (а если что, у меня байка, как во мне, возможно, плавал суровый вирус, и как я его чуть не завёз на юг). Умереть с утра не хотелось, но тяжело всё равно. Температура тоже спала — потому что жаться к батарее уже не хотелось. Нос заложен, но уже не так сильно, сопли не пытаются испачкать всё подряд. На улице потеплело. Как обычно по пятницам — совещание. А после него я ещё потыкался кнопками пару часов, попытался почитать и посмотрел видосики. Завтра я окончательно оклемаюсь и куда-нибудь поеду.