сегодня батол на складе номер три, приходите

салон красоты лица
салон красоты ноги
я очень боюсь полиции
лучше б боялся бога
лучше побойся бога
говорю шепотом в спину
впереди две дороги
впереди две вершины
фильмы дэвида линча
фильмы дэвида кроненберга
фильмы дэвида финчера
смотрю по ночам укромно
меняются беспристрастно
кадры экрана мерцающего
причастится зубная паства
на лице умирающего
лица, бледные лица
салон красоты и жертв
в этих глупых теплицах
выращивают мертвых божеств.

человечеством создан пакет и тележка
но зачем когда есть две руки
пронесу в ладонях уху по-норвежски
на челе налеплён логотип
пронесу сквозь рамку искателя
свое сердце поэта и пламенный взор
в отношениях я за покупателя
в поцелуях карманный вор
пронесу букетик ромашек
и усиление гравитации между нами
только в подвале пятиэтажки
нет попыточных камер
каждый раз когда отвергаешь
я в копилку кидаю монетку
мои руки полны винтовых гаек
я механик неба рассветного
и как только панельный романтик
налакается вискас-колы
вешаю на крючочек мантию
а в копилку кидаю доллар

паззл: лебедь рак и щука
сильный ветер за окном
с завываньем ультразвука
в дверь стучится, мол, шалом
я жду маму от соседей
в доме чисто и тепло
на картинке три медведя
маша водит хоровод
дождъ и слякоть и канавы
динозавры на столе
я им сшила балаклавы
чтоб не мерзло в голове
чтобы глупый астероид
не заставил умереть
я немного параноик
и слегка революционер
я бы за своих игрушек
мыльным пузырем в упор
пристрелила бы из пушки
из шампуней смесь-раствор
и соломинка во рту
вот и пистолет готов
караульным на посту
я отдам приказ нещадно
всех любить и уважать
и заботой кровожадно
буду их вооружать
.
.
.
и сейчас снаружи сырость
дни и ночи напролет
жду ее у окон мира
а она все никак не придет

bloodlines prelude это оч хорошо прям, прям нравится, чередую ее и изучение пятой редакции (наконец-то забрезжил шанс поиграть по вселенной wod), но мб лучше взять третью

непонятно, зачем вам этот пост, но и стихи зачем тож не оч ясно

а небо живот себе крутит
бурными облаками
на столе лежат фрукты
как подношение в храме
а самокат мигает
красным синим и белым
из кресла выпала гайка
я тебе тихо пела
а ты меня не слушал
громко включилось радио
мне намочили душу
когда я ходила в садик
я иду на парковку
ищу твою машину
я немая массовка
которую облили бензином
я не хочу ни крика
ни возгласа счастья
вот бы просто барыга
продавал твои части
я бы их сложила
я бы соединила
бантиком сшила жилы
и назвала милым
ты никогда не напишешь
ты никогда не приедешь
я неликвидная пища
в хищной трагикомедии
а вот и пришла бессюжетная
надежда на наше общее
сутулая грязная тощая
но все еще не последняя.

мне велико искусство
даже не примеряю
тонкие рвутся чувства
по швам и ровно по краю
следом скрипит натужно
моя вера в бога
бог конечно нужен
без него велика дорога
мне звонили из рая
просили код подтверждения
сказали что я умираю
в день своего рождения
я счастливо назвал
все ноли и колы
на небеса я попал
но они
оказались
малы

выступаю. приходите!

песик-шофер крутит баранку
ему по-человечьи четырнадцать лет
темные очки, держит осанку
гордый и праведный менталитет
живет в машине и под машиной
отказали давно задние лапы
на обочине — одинокий ботинок
звучит с кассеты федор шаляпин
на завтрак яичница в кафе "у дороги"
и кофе — черный как его шерсть
историй из жизни у него много
я помню как минимум шесть
по молодости как-то снимался в массовке
набрал для роли пять килограмм
на обочине — одинокий кроссовок
из динамиков звучит ленинград
писал на стенах заброшенных зданий
проклятый лик христофора
повзрослеть пришлось ему рано
в детстве промышлял мелким вором
потом решил завязать, была причина
что-то известное ему одному
на обочине лежат одинокие мокасины
в салоне звучат звуки му
знает историю своего государства
видел войну, сам убивал
любит чапаева и вавилена татарского
петра пустоту и богиню иштар
любит тетради не в линейку, а в клетку
держит за пазухой рукопись и дневник
на обочине тихо смотрят балетки
а в машине играет беспокойно пикник
скоро наш пес домчит до конечной
и возродится крылатым щенком
только сердце останется человечьим
и одиноким, как туфелька за окном.

я не понимаю
у вас реакции платные стали или что
где эмоции???

иду пристраивать мусор на мусорку
ред булл торчит из кармана
шагаю небрежно, слушаю музыку
представляю, что пакеты — два добермана
а вон тот маленький — чихуахуа
а мусорка, значит, собачий приют
дорогу к нему мостил керуак
а будку раскрасил курт воннегут
поплывшие граффити ползут по делам
по своим и чужим и возможно всеобщим
жую я жвачку, душа — пополам
но хорошо, что разбился не копчик
качаю пакетами на поводках
они лают и путаются под ногами
взбудораженные от утреннего холодка
шуршат тихонько, как оригами
я их раскручиваю над головой
это моя ежедневная практика
растет огромной собачьей горой
москва. россия. мир. и галактика.

приходите уже

проснуться. распахнуть быстро глаза
пусть будет ветренно в квартире
пусть будет холодно как никогда
как в пустом складе на проспекте мира
прийти туда, открыть все двери и окна
а, забыл, еще почистить зубы
на балконе белье то сохнет, то мокнет
и капают беспросветно под ванной трубы
со склада в цех — делать свою работу
фрезеровщика почти что как бродский
жевать в обед горелые бутерброды
пережевывать этот мир уродский
потом к аптечке перебинтовывать палец
как будто порезанный нечаянно
как будто боли мне в жизни мало
как будто и чай, тот остыл. печально.
как будто это меня доконало
и надо в полночь прийти с работы
и скинуть кожу профессионала
неспеша надеть домашние шорты
пить растворимый кофе без шартреза
чистых и тем более белых сорочек нет
у соседей-подростков играет пирокинезис
лучше бы мелодично звучала дрель
тошно так что хочется удавиться
но я пожалуй предпочту щелчок курка
голубь взлетел и какая-то птица
отзвучали два выстрела в оба виска