Работа яблони под затяжным дождем
Не прекращается.
Усилий не жалея,
Пока мы пьянствуем, бубним, погоды ждем,
Она все трудится, плодами тяжелея.
Дрожат под струями холодными листы.
Пока мы прячемся в сухом и теплом доме —
Она в творении участвует. А ты?..
И если ты теперь не с ней, то кто же кроме?

Лучший это тот кто понял себя

https://youtu.be/3rRX5H_WaWI

По-осеннему

Чудо возникает постепенно

Бергман «Персона» (1966)

Сильнейший фильм. У меня не хватает слов, чтобы передать все мысли и ощущения, возникшие в моей голове после просмотра. Помню, похожее состояние я ощущала после просмотра «Господина Никто», когда училась в школе.

Главная героиня фильма – актриса театра Элизабет, уставшая от своих ролей, от лжи и наигранности, которые присущи театральным постановкам. Она выбирает скрыться от этой жизни и перестаёт разговаривать с окружающими. Обеспокоенные родственники кладут её в больницу. Врач в больнице устанавливает, что Элизабет здорова, но тем не менее приставляет к ней медсестру Альму. Альма должна вернуть актрису к жизни. Для того, чтобы оздоровление прошло успешно, девушек отправляют жить на берегу моря.

Все, что происходит вне сухого выжатого сюжета – это огромный пласт человеческих переживаний и мыслей. Бергман вытаскивает буквально на поверхность то, чего боится каждый. Метафора с актрисой театра, уставшей от своих ролей, заставила меня задуматься о ролях, которые так или иначе принимают люди в моей жизни и я в жизни других людей.

«Совместная» жизнь Элизабет и Альмы в доме на берегу приводит к истерике. Альма бесконечно болтает, рассказывает о себе все в мельчайших подробностях, будто это первая в её жизни возможность быть услышанной, быть собой настоящей. А Элизабет так и продолжает хранить молчание...

Этот момент...он такой искренний и такой правдивый. Получается, что не только актриса вышла из своей роли, но и медсестра. Наконец-то она смогла быть собой.

Восторг!!!! У меня нет других слов. Я до сих пор нахожусь в шоке от приёмов, которые использовал Бергман. Но это однозначно великое кино, которое натолкнёт каждого мыслителя на новое.. 10/10.

«Персона» 1966

https://daily.afisha.ru/music/16834-v-tvorchestve-kruga-massa-materiala-dlya-analiza-razgovor-o-sbornike-novaya-kritika/

«Но штука в том, что проблему решил не журналист, а тот, кто прочитал его текст. И это дьявольская разница.»

А что если то место, в котором я нахожусь, это и есть мое место? И нет никакого теоретического моего того самого места?

Buttechno наваливает

https://open.spotify.com/album/5gaYJvbHf1NlOScEQvUSzZ?si=fmt0X47KT96dNj5YEms4oQ

Спокойствие и только

Единственное слово, которое не теряет своё значение день ото дня, – это слово «смерть».

Искусство в нулевой форме получило вместо старого магического – новый психологически-социальный смысл, вместо прежнего трансцендентного – медицинско-терапевтический. Оно подтверждает наше бытие только путем противопоставления объекту и пробуждает ощушение нашего Я по отношению к окружающему миру. Но объект всегда должен иметь новый и ошеломляющий вид, чтобы привлечь наше внимание. Ибо привычные объекты остаются незамеченными, как материал нашей привычной обстановки. Но если объект привычный, его надо показать в непривычной связи с другими объектами или в такой ситуации, которая исходя из нашего опыта делает eго «сенсационным».

Последние лет 30-40 коммунальщики пытаются бороться с расклейкой объявлений на столбах - обвешивают сеткой-рабицей, например.

А ведь еще в 1910-х годах в Москве появились фонарные столбы, производство которых потом возобновили в конце 1920-х со специальным рустованным рисунком, на который сложно что-то наклеить и если это удавалось, то объявление или афиша была бы деформирована и быстро могла обтрепаться ветром. А еще этот рисунок был просто красив. Жаль, что сейчас таких опор не производят.

На фото - площадь Мясницких ворот (сейчас часть Тургеневской площади) в Москве, начало 1930-х годов

Одилон Редон «Обновление» (Весна)