🔻Динамика цен

▪️Середина недели принесла частичную коррекцию: 5 марта цены на виртуальном нидерландском хабе TTF откатились до 50 евро, но уже утром 9 марта, после ударов по Рас-Лаффану, выросли до почти 70 евро.

▪️Вечером того же дня Трамп заявил, что война «в значительной степени завершена» и предложил сопровождение танкеров через Ормуз силами ВМС США. 10 марта TTF обвалился на 13,6%, и утром 11 марта цена колеблется в районе 46,70 евро.

▪️Однако КСИР тут же объявил, что не допустит экспорта «ни литра нефти» из региона, что ставит устойчивость отскока под вопрос.

🔻Что давит на европейский рынок?

▪️Кризис накладывается на крайне невыгодную стартовую позицию. Европейские газовые хранилища вошли в отопительный сезон 2025-2026 со значительно меньшими запасами, чем в предыдущие годы: к зиме они не были заполнены до привычных 90%, и уже январе их добили холод и экспорт на т.н. Украину.

▪️Наиболее острая ситуация — в Северо-Западной Европе: Нидерландах, Германии, Бельгии, где хранилища заполнены на 10-25%.

▪️Ключевая проблема европейских запасов — не прямая зависимость от, например, катарских поставок, а перестройка глобальных потоков. Азиатские покупатели, лишённые сейчас четверти своего импорта, начинают перетягивать на себя атлантические грузы из США и Западной Африки, оставляя Европу без достаточного количества спотовых партий.

▪️Конфликт совпал и с планами российских компаний перенаправить СПГ с европейского рынка на азиатские. Это решение опережает график ЕС, где запрет на новые спотовые и краткосрочные контракты с Россией хотели ввести только в апреле 2026 года, а полный запрет — с января 2027 года.

▪️Наконец, европейский газовый баланс получил ещё один удар, когда министерство энергетики Израиля приказало Chevron остановить добычу на крупнейшем газовом месторождении страны — Левиафан, а Energean — на месторождении Кариш. В результате европейцы не только потеряли израильский СПГ, но и получили ещё одного конкурента в лице Египта.

▪️Международное энергетическое агентство прогнозирует рост мирового предложения СПГ на 7% в 2026 году, однако эти объёмы не могут заменить одномоментное выпадение 20% мирового СПГ-экспорта через Ормуз.

🔻Кто такой Джошуа Радд?

▪️Джошуа Радд — американский армейский генерал-лейтенант с 30-летним стажем военной службы, чья карьера была в основном связана с Силами специальных операций США, включая службу в элитном отряде «Дельта».

▪️С осени 2024-го года он занимал должность заместителя командующего Индо-Тихоокеанским командованием США, отвечая за стратегическое планирование в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

▪️Его кандидатура вызвала политические споры из-за отсутствия профильного опыта в сфере киберразведки.

🔻Возможно ли реанимировать атомную энергетику?

▪️Проблема в том, что «новая» атомная политика выросла на руинах старой. Фон дер Ляйен — часть германской политической элиты, которая методично продавливала «атомный выход» ФРГ.

Немецкий демарш, помноженный на многолетний кризис французской атомной отрасли, обрушил европейскую атомную энергетику целиком: инженеры ушли в другие сферы, цепочки поставок сгнили, регуляторы разучились сопровождать крупные проекты без многолетних задержек.

▪️Теоретически ЕС ещё способен создать собственную экосистему малых модульных реакторов, но это будет очень дорогим «перезапуском» в условиях энергетического и бюджетного кризиса, войны на Ближнем Востоке и высоких ставок по кредитам.

Проблема с ММР заключается в том, что они, хоть и значительно упрощают и удешевляют конструкцию, пока проигрывают традиционным реакторам в вопросах надёжности и безопасности.

▪️В Европе уже не первый год пытаются пролицензировать зарубежные ММР-проекты,но именно на стадии сертификации всё буксует: национальные надзорные органы не готовы «подписаться» под новым классом реакторов без гигантского массива испытаний.

Фактически, Европа объявила «атомный ренессанс» в момент, когда у неё нет ни коммерчески эффективных проектов по ММР, ни единого рынка регулирования, ни достаточного числа специалистов.

▪️Единственные реально работающие модульные станции — российская плавучая АЭС «Академик Ломоносов» и китайские HTR‑PM и ACP100 — принадлежат как раз тем странам, от которых ЕС собирается «стратегически отдаляться».