— «Священная война» (1941). Текст появился в газетах через два дня после начала войны. Ноты напечатать не успели — Александров написал их мелом на доске. 26 июня ансамбль исполнил песню на Белорусском вокзале для уходящих на фронт солдат — пять раз подряд, потому что люди не расходились. Парадокс: по радио её почти не крутили — цензоры считали звучание слишком трагичным. В ежедневный эфир включили только в октябре 1941-го, когда враг уже стоял у Калуги.

— «Тёмная ночь» (1943). Режиссёр Луков ночью разбудил Богословского: одной сцене в фильме не хватало песни. Тот сел за рояль, поэт Агатов тут же написал слова — к утру всё готово. Бернес записал с первого дубля.

— «Синий платочек» (1942). Лёгкая довоенная польская песенка. В 1942-м журналист Максимов за 20 минут за кулисами концерта написал Шульженко новый текст. Никто не просил — но солдаты на фронтах начали стихийно привязывать синие лоскутки к оружию и технике.

— «Катюша» (1938). Написана до войны, но стала её символом. Мотив разошёлся по всей Европе: итальянские партизаны сложили на него «Fischia il vento», греки пели как гимн Сопротивления, Израиль перевели на иврит. Одна мелодия — несколько историй на разных языках.

— «День Победы» (1975). Главную песню о Победе написали лишь к её 30-летию — и сразу завернули: худсовет счёл ритм слишком танцевальным. В эфир пустили почти случайно, в концерте ко Дню милиции. Зрители завалили редакцию письмами — и песню уже было не остановить.

— «Lili Marleen» (Германия → весь мир). Стихи написал солдат Ганс Ляйп в 1915-м, перед отправкой на фронт. До музыки они ждали 23 года. В 1941-м «Солдатское радио Белграда» начало крутить песню — сигнал добивал до Северной Африки. Британцы в окопах услышали и влюбились. За годы войны её перевели на 48 языков, а Марлен Дитрих пела её уже за союзников.

— «Le Chant des Partisans» (Франция, 1943). Гимн французского Сопротивления написали в Лондоне. Песня начиналась со свиста намеренно: немецкие глушилки давили слова в эфире BBC до неразборчивого шума, но пронзительный свист пробивался сквозь помехи. Мотив стал паролем для своих.

— «Bella Ciao» (Италия). Изначально — песня батрачек на рисовых полях. Партизаны взяли ритм и написали новые слова. Спустя 80 лет сериал Netflix «Бумажный дом» вернул её в мировые чарты — уже для нового поколения.

— «Czerwone maki na Monte Cassino» (Польша, 1944). Конарский и Шютц написали её за одну ночь — за несколько часов до финального штурма монастыря Монте-Кассино. Утром солдаты шли в атаку, уже зная мелодию. Памятник был готов раньше победы.

— «We'll Meet Again» (Великобритания, 1939). Вера Линн записала в самом начале войны. Ни слова о боях — только обещание встретиться в солнечный день. В разгар бомбардировок Лондона эта фраза держала людей крепче любых речей.

— «Roll Out the Barrel» (Чехия → весь мир). Чешская полька 1927 года без капли идеологии — только ритм, под который хочется идти и петь. Британцы пели её как «Roll Out the Barrel», свои версии были у французов, итальянцев и американцев. Каждый народ брал мелодию и вписывал собственные слова.