🏹 🦌🎣 Я «самодиец»: поговорим немного о материальной культуре трех основных народов Таймыра – нганасан, ненцев и энцев

Хозяйственный уклад самодийских народов стоит на трех «китах» – охоте, рыболовстве и оленеводстве. С XVII – XVIII вв. – времени заселения этими племенами полуострова, сформировалось довольно много существенных различий в том, как нганасаны, энцы и ненцы обустраивают свой быт, охотятся, пасут оленей и даже питаются. В сегодняшнем посте обсудим охоту – а продолжение последует завтра.

У самодийских народов традиционно сформировалось два вида охоты – коллективная и индивидуальная. Первая делилась на два способа – способ поколок и способ загона:

1️⃣ Способ поколок использовался во время массовых переправ оленей через реки и озера в местах, которые коренные хорошо знали. Они поджидали оленей на лодках и при приближении поражали их специальными острыми копьями;

2️⃣ Метод загона предполагал создание своего рода коридора из столбиков с нанизанными на них кусками дерна или привязанными к ним крыльями куропаток. С помощью собак охотники загоняли оленей в этот суживающийся коридор, в конце которого была сеть или озеро. Это позволяло им подобраться к животным на расстояние, достаточное для выстрела.

К индивидуальным же способам охоты относились охота с помощью оленя-манщика и охота со скрадным щитком. В первом случае коренные использовали домашнего оленя – они пускали его на длинном ремне в стадо диких оленей. Второй метод применялся зимой: внешнюю сторону щитка обтягивали белой тканью и залепляли снегом, чтобы он был менее заметен. Благодаря щитку охотник подползал к оленю на расстояние выстрела.

🟢 Нганасаны. Этот самодийский народ широко использовал оба способа охоты на диких оленей. Кроме того, нганасаны охотились на песца, а также куропаток, гусей, уток. Их основными орудиями были копья и луки, склеенные из многочисленных кусочков дерева. С проникновением русских купцов на Таймыр они были заменены на остяцкие и якутские луки.

🟢 Ненцы. Для них также большое значение имела охота на дикого оленя, однако ненцы охотились, в основном, индивидуально. Популярной добычей также становился песец. Раньше его ловили, используя деревянные ловушки – «пасти», а также «кулёмы». Если была возможность поохотиться на зверьков на открытой местности, то животных преследовали загонным способом на оленьих упряжках. Подобным образом, но намного реже, охотились на лисиц. В зимнее время года в лесных районах ненцы занимались охотой на белок, росомах и горностаев.

🟢 Энцы. Также предпочитали охотиться индивидуально, хотя в редких случаях могли прибегать и к способу поколок. Традиционно была развита и пушная охота (песцы, лисицы, горностаи) с применением все тех же пастей – самодельных ловушек давящего типа, позднее – фабричных капканов.

А про домашнее оленеводство народов Таймыра расскажу завтра 🤝

Проектный офис развития Арктики запустил видеокурс по изучению энецкого языка. Уроки помогут освоить редкий язык и узнать больше о культуре и истории Заполярья. Курс проводит переводчик и филолог Дарья Болина. Ранее при поддержке Экспертного центра ПОРА был издан первый букварь и рабочие тетради на энецком языке.

Энцы — один из коренных малочисленных народов Севера. Сейчас они в основном проживают на территории Таймырского Долгано-Ненецкого района в Красноярском крае. По разным оценкам, носителями энецкого языка являются от 20 до 40 человек.

В цикле передач проекта Арктика-2035 эксперты, аналитики и жители арктических регионов делятся новостями о Крайнем Севере. Полную версию видео смотрите по ссылке.
ПОРА рассказать о будущем Арктики по-новому!

Портреты коренных востребованы на чёрном рынке Парижа и Мурманска 😆

А как иначе объяснить уже не первый случай исчезновения с выставок картин известного фотохудожника Александра Химушина?

Первый раз фотографии украли в Париже, где Химушин презентовал «Мир в лицах». Теперь же «воров без границ» заинтересовали портреты женщины-халха и эвенской девочки на той же выставке, в центре Мурманска.

Народное признание, арт-вандализм ил просто чья-то неумелая выходка? Сложно сказать, учитывая, что искусство часто фигурирует в сводках криминальных новостей. То супом облили, то краской, то и вовсе яростно поколотили легендарную «Мона Лизу». Однако искусство, посвященное коренным, редко становится предметом такого, пусть и преступного, интереса. Мнения? 👇

К посту прикрепил одно из украденных полотен – портрет девочки из эвенов.

Весна и лето 1994 года навсегда останутся в истории как крупнейшая гуманитарная катастрофа конца второго тысячелетия. Всего за 100 дней жертвами насилия и пропаганды пали 800 000 мужчин, женщин, детей и стариков

О том, как геноцид в Руанде вообще мог случиться и почему конфликт хуту и тутси, на самом деле, не противостояние двух этносов, рассказываю в материале:

https://telegra.ph/100-dnej-ada-11-03

🐟 В нерестовую реку Тумнин в Хабаровском крае вновь произошел выброс химикатов от промывки золота

Фото и видео загрязнений «Кедр.медиа» передал местный активист Александр Егоров. Съемка сделана 30 октября в месте впадения реки Чичимар в реку Тумнин (Ванинский район). Некогда чистейшая горная река Тумнин в результате добычи россыпного золота загрязняется уже несколько лет. Драгоценный металл на речке Чичимар моет ООО «Артель старателей Амгунь», из-за чего речка превратилась в мутный поток из песка, глины и химикатов, который загрязняет и Тумнин.

В бассейне этих водных артерий расположен государственный природный заказник краевого значения «Верхнетумнинский», созданный для сохранения и восстановления ценных лососевых видов рыб. Здесь воспроизводят свое потомство тихоокеанские лососи — сима, кета, горбуша. Также по берегам Тумнина расположены населенные пункты. По словам местных жителей, они неоднократно обращались в различные инстанции по поводу загрязнения реки золотодобытчиками, но безрезультатно.

«Добыча ведется явно с нарушениями, как попало. Если бы нормативы по взвешенным веществам выполнялись, такой мути бы не было — здесь однозначно сбросы в сто, двести, тысячу раз больше. Рекам не просто вред наносится, их убивают! Во многих странах добыча россыпного золота запрещена, потому что вреднее него для рек, наверное, только химкомбинаты на них строить и атомные бомбы сбрасывать. А власти края заинтересованы в том, чтобы налоги какие-то платились, поэтому закрывают на все глаза. Происходит уничтожение природы ради наживы», — считает эколог, кандидат биологических наук Михаил Скопец.

Администрация Ванинского района ответила «Кедр.медиа», что не имеет собственных полномочий, чтобы принять меры и направила письма в Минприроды, Приамурское межрегиональное управление Росприроднадзора и Амурское территориальное управление по рыболовству.

🌲 Подписывайтесь на @kedr_media

⚡️ Федеральный бюджет планирует урезать расходы на коренные народы: что это значит для нас и кому «достанется» больше всего

Пока Госдума утвердила только проект бюджета на 2023-2025 гг. в первом чтении, однако он уже вызвал изрядный шум в обществе. Широко обсуждается сразу несколько вещей – дефицитный бюджет (хотя обещали профицитный в связи с подорожанием сырья), сокращение социальных расходов и засекречивание почти четверти расходов нового бюджета.

Субсидии на поддержку коренных народов Севера уменьшатся с запланированных 500 млн до 450 млн. И что важнее, дотации из федерального центра получат только три субъекта – Якутия, Чукотка и Ненецкий АО.

Ряд сенаторов и экспертов утверждают, что выбор регионов оправдан. С этим сложно поспорить: некоторые субъекты действительно могут похвастаться стабильно профицитным бюджетом. ХМАО, ЯНАО, Красноярский край – самодостаточные регионы с высокими доходами. В этих субъектах функцию поддержки коренных во многом берут на себя промышленные компании – «Газпром», «Роснефть», «Норникель», «Новатэк». Богатые регионы не требуют вливаний таких размеров, в каких нуждаются Чукотка, Ненецкий округ, Тыва, Алтай и с десяток других. Однако ключевая проблема не в выборе «счастливчиков», а в скудости перечня.

Сторонники вышеописанной позиции часто говорят: нефтегазка и прочие крупные промышленные компании ежегодно выплачивают кругленькие суммы в пользу коренных. Причем деньги идут и в качестве компенсации, и на строительство жилья, и на отдельные программы. Правда, забывают – компании точно так же могут отказаться от своих социальных обязательств в ситуации кризиса. И даже при прежней финансовой поддержке сохраняется несколько классических проблем. Например, та же площадь пастбищ продолжает сокращаться под влиянием промышленного освоения. Коренные остаются без работы и дохода, а средств на переезд или смену рода деятельности нет. Тут-то и была бы очень кстати гос. поддержка. Однако властям, как видно, не до этого.

Новые законы – прежние проблемы. Как в России не защищают культурное наследие

Прокомментировать новый закон о нематериальном наследии меня на днях попросил журналист. Вот, кстати, и статья вышла – делюсь ссылкой

Что тогда, что сейчас повторю – документ очень рамочный. И в дальнейшую проработку его я очень слабо верю. Как и не надеюсь, что он будет эффективен на практике.

А если уж говорить глобально, о чем внимательный журналист меня тоже спрашивал, в России все в целом плохо с защитой нематериального наследия. Здесь, как и при разработке принятого закона, не хватает научной экспертизы и общественного участия. Необходимо разговаривать с главами ведущих этнографических собраний и музеев России, проводить реальные общественные слушания, на которых возможность высказаться имели бы те же коренные и другие ученые и эксперты.

Что мешает? На это нужны деньги. В России государство по остаточному принципу финансирует этнографические исследования, центры культуры и музеи, образование в России, в целом. И это особенно заметно сейчас, когда в пользу сами знаете чего стремительно сокращаются траты на все остальное.

А уж про отсутствие общественной инициативы даже разговор начинать не стоит. Это то, что пока недостижимо в России. Без открытости со стороны государства даже наличие инициативы снизу не принесет своих плодов. Редкие голоса общественности просто не дойдут до принимающих решение. Да и во многом общество уже охватила апатия и бездеятельность. Если ты не ждешь, что твои усилия оправдаются, ты не будешь даже пытаться. Инициативы недостаточно, если нет хоть какой-то гарантии успеха.

Помóрьска говóря – язык совсем других этнических русских

Поморы перебрались на Кольский полуостров из Новгорода ещё несколько веков, плотно заселив Терский и Кандалакшский берега Белого моря.

Сегодня их осталось немного: судя по переписи, порядка шести тысяч. Однако и среди немногих оставшихся говорю помнят только старики. Печально близкая нам ситуация, ведь правда?

Многие слова поморы заимствовали из речи саамов. Неудивительно – как иначе обозначить десятки видов сетей, рыб, лодок, а, главное, 45 видов кольского снега))

Хороший материал о говоре подготовил проект «Люди Севера». Рекомендую.

Мандалада длилась почти 10 лет – с 1934 по 1943

Почти 10 лет ненцы ямальской и Большеземельской тундр сопротивлялись насильстввенной коллективизаци и советизации, отстаивая свое право быть «другими» и жить «по-своему».

Завтра я расскажу об одном из самых знаковых событий в истории коренных народов. А пока для затравки делюсь картинкой – знакомая и очень талантливая художница нарисовала по моей просьбе.

📍Ненцы, 1930-ые гг.

«Сколько бы мы ни работали, сколько бы ни выполняли план, они никогда ничего нам не дадут. Вот почему мы призываем к созданию мандалады: давайте соберемся, давайте объединимся! Давайте жить независимо, а не по советским законам. Давайте не будем платить налоги, не будем выполнять никаких планов по рыбалке или ловле полярной лисицы…»

Мандалада – очень спорный термин. Его исконный смысл не связан с вооруженным сопротивлением ненцев в первой половине XX века. В ненецкой устной традиции мандалада – это собрание оленеводов и охотников для дискуссии в тундре. История, однако, давно стерла это представление о мандале/мандаладе/мандоле/мандолиде даже из памяти самих коренных.

Десятилетнее сопротивление ненцев против советской власти началось с приходом последней на земли коренных в начале 1930-ых. Вторжение чужих ненцы, для которых земля – главная ценность, восприняли очень негативно. К тому же, это действительно было самым настоящим вторжением. Бывшие революционеры, еще не осевшие в кабинетах и не покрывшиеся «бюрократической пылью», действовали очень грубо. В рамках кампании по коллективизации они отбирали у местных оленей, раскулачивали «богатеев», пачками штамповали колхозы, куда сгоняли ненцев семьями. Не меньше коренных раздражали «красные чумы» и культбазы со школами, библиотеками, медпунктами и прочими достижениями цивилизации, которыми советская власть любезно одаривала дикарей.

Еще одним триггером стали налоги – их число и размер с каждым годом росли. Ненцы платили их в натуральной форме – оленями, шкурами животных (преимущественно, полярных лис), мехом и проч. Причем в тот период налоги составляли более половины государственных доходов тогда еще молодого советского правительства. Налоговая нагрузка на коренных увеличилась многократно в годы Второй мировой. Коллекторы выбивали из местных все до последнего. А когда ненцам нечем было платить, власти оставляли их без продуктов, останавливая караваны с мукой и другим необходимым провиантом.

С 1934 – по 1939 гг. ненцы сопротивлялись скорее пассивным образом. Они оставляли земли, до которых советская власть могла физически добраться или где уже успели учредить колхоз. И мигрировали на север, в более труднодоступные места, в горы, ища естественных укрытий. Периодически, правда, вспыхивали вооруженные конфликты, стычки с коллекторами или представителями колхозов. Некоторые становились так называемыми единоличниками и уходили в одиночку или с семьей и небольшим стадом оленей далеко в тундру.

Начало Зимней войны, а затем и Второй мировой привело к новой волне протеста – как пассивного, так и активного. Ненцы стали бежать на север и в горы в массовом порядке, участились стычки с представителями советской власти. Молодые мужчины прятались в горах и в норах, которые вырывали на берегах озер и под чумами. Регион накрыла волна насилия.

📌 Однако пик мандалады был только впереди. О восьмичасовой битве на Полярном Урале, арестах и гонениях, а также восприятии мандалады современными ненцами, – в завтрашнем посте.

Росприроднадзор потребует лишить лицензии золотодобытчиков, которые уничтожают реку и тайгу в Хакасии

Вода в реке Магызе стала непригодной для питья и жизни рыб. Компания «Артель старателей Хакасия» сбрасывает туда неочищенные сточные воды. Река загрязнена железом, марганцем, медью, цинком. Об этом написала глава Росприродназдора Светлана Радионова.

Жители посёлка Неожиданный в Аскизском районе опасаются, что если предприятие откроет второй участок на реке Камзас, то доступа к питьевой воде у них не будет совсем. Они давно жаловались на артель, но экологи с прокуратурой приехали на предприятие только этой осенью.

По словам Радионовой, Росприроднадзор зафиксировал нарушения и предоставит материалы проверок в СК для возбуждения уголовного дела.