ЛАСКА-ДОМОВОЙ
В продолжение темы, поднятой уважаемым Sevprostor'oм, хочу вспомнить о самом маленьком куньем – ласке.
В русских народных представлениях дворовой или домовой являлся людям в образе этого зверька. Ласка-домовой якобы мог досаждать лошадям или, наоборот, заплетать на их гривах косички, если относился к ним хорошо.
В действительности ласки селились в хлеву, чтобы охотиться на плодящихся там грызунов.
Представления о ласке-домовом дошли до южной Карелии.
Поэтому, если дух-хранитель (дома) на карельском ливвиковском (приладожском) известен как muanhardii, то у соседних карел-людиков (прионежских) muanhardii (буквально «дух-хранитель земли») – это зверёк ласка.
Иллюстрация:
Ласка. Из сети Интернет
В продолжение темы, поднятой уважаемым Sevprostor'oм, хочу вспомнить о самом маленьком куньем – ласке.
В русских народных представлениях дворовой или домовой являлся людям в образе этого зверька. Ласка-домовой якобы мог досаждать лошадям или, наоборот, заплетать на их гривах косички, если относился к ним хорошо.
В действительности ласки селились в хлеву, чтобы охотиться на плодящихся там грызунов.
Представления о ласке-домовом дошли до южной Карелии.
Поэтому, если дух-хранитель (дома) на карельском ливвиковском (приладожском) известен как muanhardii, то у соседних карел-людиков (прионежских) muanhardii (буквально «дух-хранитель земли») – это зверёк ласка.
Иллюстрация:
Ласка. Из сети Интернет
🥰16❤4✍4👍3🔥1🎄1
ХРАНИТЕЛИ ЗЕМЛИ
Южнокарельское название домового – muanhardii (буквально «дух-хранитель земли») явно указывает на представление о природе этого духа как привязанного к конкретному земельному участку.
Это представление известно и вепсам (см.: И.Ю. Винокурова).
Если в русской традиции при переезде домового приглашали с собой в новый дом, то по старой вепсской традиции домовой и его жена – это изначально хозяева земли (maižand [мá úжанд] и maemag [мá эмаг]), то есть земельного участка, где стоит дом.
После строительства на этом месте дома они становятся «домовыми», а при переезде семьи остаются на месте.
Иллюстрация:
Кадр из мультфильма «Домовёнок Кузя»
Южнокарельское название домового – muanhardii (буквально «дух-хранитель земли») явно указывает на представление о природе этого духа как привязанного к конкретному земельному участку.
Это представление известно и вепсам (см.: И.Ю. Винокурова).
Если в русской традиции при переезде домового приглашали с собой в новый дом, то по старой вепсской традиции домовой и его жена – это изначально хозяева земли (maižand [мá úжанд] и maemag [мá эмаг]), то есть земельного участка, где стоит дом.
После строительства на этом месте дома они становятся «домовыми», а при переезде семьи остаются на месте.
Иллюстрация:
Кадр из мультфильма «Домовёнок Кузя»
🤗15👍7✍6❤4🔥2🎄2
БАНЯ ПО-ЧЁРНОМУ ПРОТИВ БАНИ ПО-БЕЛОМУ
Заметка из газеты «Крестьянское слово» от 29 сентября 1928 года:
Где моются лодейнопольцы?
Тов. Светляк А. В. совсем раскритиковал наши шимозерские бани: и грязные-то они, и не гигиеничны, и вредны, каменки.
То, что они каменки и, поэтому, будто-бы, вредны, – это на любителя.
Каковы бы не были наши бани, но все-таки мы моемся еженедельно, а вот, разрешите узнать, как и где моются граждане города Лодейное поле? Есть у них большая, светлая, общественная баня?
Нет у них этой бани! Некоторые граждане при своих домиках имеют свои бани, ничем, кроме кирпичных печей не отличающиеся от наших шимозерских. Некоторые, связанные с железной дорогой, посещают баню железнодорожников, а большинство моется «по заветам» – когда удастся пару рублей денег накопить и баню снять.
Есть типы, что «моются» раз в год, в июле месяце, купаясь в грязном озерке.
Оскорбленный шимозер
Источник: вк-группа «История Присвирья, 1920-1930-е годы»
***
Лодейное Поле – город в Ленинградской области, в 1927-1930 годы – центр Лодейнопольского округа Ленинградской области в составе 10 районов (Андомский, Винницкий вепсский национальный, Вознесенский, Вытегорский, Ковжинский, Лодейнопольский, Оштинский, Оятский, Пашский, Подпорожский).
В 1937 г. 4 из указанных района перешли в состав Вологодской области (Андомский, Вытегорский, Ковжинский, Оштинский). Позднее они были объединены в Вытегорский район.
Шúмозеро (вепсское Šimgʻärvenkülä [шúмгьярвенкюля]) – бывшее село Оштинского, ныне – Вытегорского района Вологодской области.
Заметка из газеты «Крестьянское слово» от 29 сентября 1928 года:
Где моются лодейнопольцы?
Тов. Светляк А. В. совсем раскритиковал наши шимозерские бани: и грязные-то они, и не гигиеничны, и вредны, каменки.
То, что они каменки и, поэтому, будто-бы, вредны, – это на любителя.
Каковы бы не были наши бани, но все-таки мы моемся еженедельно, а вот, разрешите узнать, как и где моются граждане города Лодейное поле? Есть у них большая, светлая, общественная баня?
Нет у них этой бани! Некоторые граждане при своих домиках имеют свои бани, ничем, кроме кирпичных печей не отличающиеся от наших шимозерских. Некоторые, связанные с железной дорогой, посещают баню железнодорожников, а большинство моется «по заветам» – когда удастся пару рублей денег накопить и баню снять.
Есть типы, что «моются» раз в год, в июле месяце, купаясь в грязном озерке.
Оскорбленный шимозер
Источник: вк-группа «История Присвирья, 1920-1930-е годы»
***
Лодейное Поле – город в Ленинградской области, в 1927-1930 годы – центр Лодейнопольского округа Ленинградской области в составе 10 районов (Андомский, Винницкий вепсский национальный, Вознесенский, Вытегорский, Ковжинский, Лодейнопольский, Оштинский, Оятский, Пашский, Подпорожский).
В 1937 г. 4 из указанных района перешли в состав Вологодской области (Андомский, Вытегорский, Ковжинский, Оштинский). Позднее они были объединены в Вытегорский район.
Шúмозеро (вепсское Šimgʻärvenkülä [шúмгьярвенкюля]) – бывшее село Оштинского, ныне – Вытегорского района Вологодской области.
❤🔥13✍5👍4🙈1🎄1
Житель Шúмозера Тимофей Кáгачев (вепс. Kakač < kakač 'гагара'). 1960-е годы. Из архива Н.Ф. Омшева.
Источник:
вк-группа «Вепсское Шимозерье»
Источник:
вк-группа «Вепсское Шимозерье»
👍24❤3🫡2🗿1
ЛЮДИ СУЗЁМЬЯ
Шимозеро (по-вепсски также Шúм-ярь) – малая родина советского писателя Анатолия Васильевича Петухова (1934–2016) выступает прообразом вепсского села Кúм-ярь в его повести «Люди Сузёмья».
Сузёмье, сузём в севернорусских, уральских и сибирских говорах – 'лесная глушь'. Слово имеет прибалтийско-финский источник (карельское *süsmä, финское диалектное sysmä 'дальний, дремучий лес'). А коми сузьöм 'тёмный, дремучий лес' – уже из русских народных говоров.
При этом севернорусское сузем 'чернозем с небольшой примесью песка' имеет иное происхождение (из су- и зем-, ср. суглинок, супесь, чернозём).
В Вытегорском районе, где повесть знакома многим с детства, хорошо известна цитата из «Людей Сузёмья»:
«Отца и мать забыл – для роду потерянный. Язык свой забыл – для народу потерянный. Родную землю забудешь – птичьим перышком станешь. Выше птицы то перышко ветер носит, а что в нем толку?».
Что ещё почитать:
➡️ Кимрека, Кимсельга и Киммох
Шимозеро (по-вепсски также Шúм-ярь) – малая родина советского писателя Анатолия Васильевича Петухова (1934–2016) выступает прообразом вепсского села Кúм-ярь в его повести «Люди Сузёмья».
Сузёмье, сузём в севернорусских, уральских и сибирских говорах – 'лесная глушь'. Слово имеет прибалтийско-финский источник (карельское *süsmä, финское диалектное sysmä 'дальний, дремучий лес'). А коми сузьöм 'тёмный, дремучий лес' – уже из русских народных говоров.
При этом севернорусское сузем 'чернозем с небольшой примесью песка' имеет иное происхождение (из су- и зем-, ср. суглинок, супесь, чернозём).
В Вытегорском районе, где повесть знакома многим с детства, хорошо известна цитата из «Людей Сузёмья»:
«Отца и мать забыл – для роду потерянный. Язык свой забыл – для народу потерянный. Родную землю забудешь – птичьим перышком станешь. Выше птицы то перышко ветер носит, а что в нем толку?».
Что ещё почитать:
➡️ Кимрека, Кимсельга и Киммох
❤23🔥6🎄3
Торговая площадь и Воскресенская церковь в Устюжне. Фотограф П.Д. Копытов. Устюженский краеведческий музей. Источник:
https://sobory.ru/photo/471913
https://sobory.ru/photo/471913
❤11🔥5👍2
УСТЮГ, РОСТОВ И НОВГОРОД ВЕЛИКИЕ = БОЛЬШИЕ
Жители других регионов порой удивляются, почему Великий
'Устюг, а не Уст'юг. Ведь в названиях на Усть- (от ýстье 'место впадения реки') ударение обычно падает не на первую часть названия, а на вторую (Усть-Кýт, Усть-Лýга, Усть-Ишúм и т.д.).
Действительно, если бы Устюг и сейчас был Усть-Юг, что верно с точки зрения истории развития названия (город находится неподалеку от устья реки Юг, ее слияния с Сухоной), то ударение падало бы на второй слог.
Однако, название уже обрело свою новую форму, где элемент Усть- неразрывно «слился» с гидронимом.
Аналогичное смещение ударения произошло и в названии небольшого вологодского (ранее – новгородского) городка – Устюжны, то есть Усть-Ижины (Ижина – приток Мологи).
При этом пара Устюг – Устюжна объясняет, почему Устюг Великий. Изначально – не 'выдающийся', а в обычном древнерусском значении этого слова – 'большой'. Устюжна же в целях отличия от Устюга Великого долгое время называлась Устюгом Железным (позднее Устюжной Железной или Железопольской). При этом устюжанами и сейчас называют не только жителей Устюга, но и Устюжны.
Ростов Великий тоже, по-видимому, не сразу стал 'выдающимся', а был просто 'большим'.
Относительно Великого Новгорода обратимся к статье Б.А. Успенского «Господарь Великий Новгород: происхождение названия». Он также отмечает, что «определение великий в названии означало, видимо, 'большой (magnus)'; оно служило для того, чтобы отличить Новгород на Волхове от других одноименных городов, таких как Новгород Северский или Нижний Новгород; затем оно было переосмыслено в 'великий (grandis)' (c. 26).
Что еще почитать:
➡️ Скрытый тёзка
➡️ Новгород-Угорск
Жители других регионов порой удивляются, почему Великий
'Устюг, а не Уст'юг. Ведь в названиях на Усть- (от ýстье 'место впадения реки') ударение обычно падает не на первую часть названия, а на вторую (Усть-Кýт, Усть-Лýга, Усть-Ишúм и т.д.).
Действительно, если бы Устюг и сейчас был Усть-Юг, что верно с точки зрения истории развития названия (город находится неподалеку от устья реки Юг, ее слияния с Сухоной), то ударение падало бы на второй слог.
Однако, название уже обрело свою новую форму, где элемент Усть- неразрывно «слился» с гидронимом.
Аналогичное смещение ударения произошло и в названии небольшого вологодского (ранее – новгородского) городка – Устюжны, то есть Усть-Ижины (Ижина – приток Мологи).
При этом пара Устюг – Устюжна объясняет, почему Устюг Великий. Изначально – не 'выдающийся', а в обычном древнерусском значении этого слова – 'большой'. Устюжна же в целях отличия от Устюга Великого долгое время называлась Устюгом Железным (позднее Устюжной Железной или Железопольской). При этом устюжанами и сейчас называют не только жителей Устюга, но и Устюжны.
Ростов Великий тоже, по-видимому, не сразу стал 'выдающимся', а был просто 'большим'.
Относительно Великого Новгорода обратимся к статье Б.А. Успенского «Господарь Великий Новгород: происхождение названия». Он также отмечает, что «определение великий в названии означало, видимо, 'большой (magnus)'; оно служило для того, чтобы отличить Новгород на Волхове от других одноименных городов, таких как Новгород Северский или Нижний Новгород; затем оно было переосмыслено в 'великий (grandis)' (c. 26).
Что еще почитать:
➡️ Скрытый тёзка
➡️ Новгород-Угорск
❤15👍6💯5✍2❤🔥1
ШИЛИКУНЫ
Читая про пинежских водяных духов – шиликунов, японец вспоминает о китайском императоре водяных драконов – 水龙皇帝.
По крайней мере, в их отношении высказывалась такая версия.
Читая про пинежских водяных духов – шиликунов, японец вспоминает о китайском императоре водяных драконов – 水龙皇帝.
По крайней мере, в их отношении высказывалась такая версия.
🦄11❤7👍4🔥2
Forwarded from Карельская языковая картина мира
VEPŠÄ / ВЕСЬ
Завершая (по крайней мере на неопределённое время) тему этнонимов в карельском языке отмечу очень интересные, на мой взгляд, свидетельства бытования этнонима ”vepšä” («вепс») в среде тверских карел.
Казалось бы, где тверские карелы, а где вепсы?
Тем не менее, на северо-востоке нынешней Тверской области отголоски пребывания вепсов присутствуют и поныне.
Во-первых, само название города Весьегонск. До получения статуса города в 1776 году, это поселение носило имя Весь Ёгонская (от реки Ёгна, правда, я так и не понял, что это за река, и где она находится).
Во-вторых, весьегонский диалект карельского языка, который был распространён на самом северо-востоке Тверской области, содержал в себе ряд вепсских элементов. Характер чередования свистящих-шипящих в нём, а также некоторые лексемы, характерны для нынешнего ливвиковского наречия карельского языка. А ливвиковское наречие, как считается, образовалось в результате смешения карельского и вепсского языков.
В-третьих, в регионе бытовали топонимы, свидетельствующие о пребывании здесь вепсского населения. Например, по сведениям местного уроженца, весьегонского карела Геннадия Светлова, в окрестностях села Кесьма был лес, который назывался Чухари.
Ну и в-четвертых, свидетельства о вепсах бытовали в среде местных карел.
Вот об этом поподробнее.
Российский исследователь карельского языка Юхо Куёла (Juho Kujola) в 1913 году в ходе своей экспедиции по Тверской Карелии зафиксировал следующее: жители (карелы) деревни Прилуки тогдашнего Кашинского уезда (ныне Сонковский МО) говорили о месте своего проживания не «я из Прилук», а «я из вепсов» – ”mie olen vepšištä”. Также в этой деревне говорили, что «раньше [в д. Прилуки] старики по-вепсски разговаривали» – ”ennen ukod vepšäšti (vepšäkši) paistih”. [данные сведения зафиксированы в Karjalan kielen sanakirja]
В Научном архиве Карельского научного центра РАН я также обнаружил похожие сведения: в 1957 году одним из участников диалектологической экспедиции под руководством Г.Н.Макарова в деревне Климантино Сонковского района Калининской области (кстати, относительно недалеко от Прилук) зафиксирована фраза ”ka šie vepšä!” – «вот ты вепс!» Это было ироничное восклицание, которое употребляли старики (сама фраза была записана от местного жителя 1877 г.р.) по отношению к кому-либо глупому, бестолковому. [НА КарНЦ РАН. Ф. 1. Оп. 5. Д. 88. Л. 11]
Вот о чём говорят эти «воспоминания» о вепсах в среде местных карел? Может карелы, придя в эти земли, застали остатки некоего автохтонного прибалтийско-финского населения, которое они идентифицировали как вепсов? Или вместе с карелами в 17 веке с берегов Онежского озера в тверские земли переселилось какое-то число вепсов (карелов-людиков)? Трудно сказать.
(на картинке схематично изображено расположение упомянутых карельских деревень, в которых «помнили» о вепсах)
Завершая (по крайней мере на неопределённое время) тему этнонимов в карельском языке отмечу очень интересные, на мой взгляд, свидетельства бытования этнонима ”vepšä” («вепс») в среде тверских карел.
Казалось бы, где тверские карелы, а где вепсы?
Тем не менее, на северо-востоке нынешней Тверской области отголоски пребывания вепсов присутствуют и поныне.
Во-первых, само название города Весьегонск. До получения статуса города в 1776 году, это поселение носило имя Весь Ёгонская (от реки Ёгна, правда, я так и не понял, что это за река, и где она находится).
Во-вторых, весьегонский диалект карельского языка, который был распространён на самом северо-востоке Тверской области, содержал в себе ряд вепсских элементов. Характер чередования свистящих-шипящих в нём, а также некоторые лексемы, характерны для нынешнего ливвиковского наречия карельского языка. А ливвиковское наречие, как считается, образовалось в результате смешения карельского и вепсского языков.
В-третьих, в регионе бытовали топонимы, свидетельствующие о пребывании здесь вепсского населения. Например, по сведениям местного уроженца, весьегонского карела Геннадия Светлова, в окрестностях села Кесьма был лес, который назывался Чухари.
Ну и в-четвертых, свидетельства о вепсах бытовали в среде местных карел.
Вот об этом поподробнее.
Российский исследователь карельского языка Юхо Куёла (Juho Kujola) в 1913 году в ходе своей экспедиции по Тверской Карелии зафиксировал следующее: жители (карелы) деревни Прилуки тогдашнего Кашинского уезда (ныне Сонковский МО) говорили о месте своего проживания не «я из Прилук», а «я из вепсов» – ”mie olen vepšištä”. Также в этой деревне говорили, что «раньше [в д. Прилуки] старики по-вепсски разговаривали» – ”ennen ukod vepšäšti (vepšäkši) paistih”. [данные сведения зафиксированы в Karjalan kielen sanakirja]
В Научном архиве Карельского научного центра РАН я также обнаружил похожие сведения: в 1957 году одним из участников диалектологической экспедиции под руководством Г.Н.Макарова в деревне Климантино Сонковского района Калининской области (кстати, относительно недалеко от Прилук) зафиксирована фраза ”ka šie vepšä!” – «вот ты вепс!» Это было ироничное восклицание, которое употребляли старики (сама фраза была записана от местного жителя 1877 г.р.) по отношению к кому-либо глупому, бестолковому. [НА КарНЦ РАН. Ф. 1. Оп. 5. Д. 88. Л. 11]
Вот о чём говорят эти «воспоминания» о вепсах в среде местных карел? Может карелы, придя в эти земли, застали остатки некоего автохтонного прибалтийско-финского населения, которое они идентифицировали как вепсов? Или вместе с карелами в 17 веке с берегов Онежского озера в тверские земли переселилось какое-то число вепсов (карелов-людиков)? Трудно сказать.
(на картинке схематично изображено расположение упомянутых карельских деревень, в которых «помнили» о вепсах)
❤23👍13❤🔥5🔥2🤔2👀2
Карельская языковая картина мира
VEPŠÄ / ВЕСЬ Завершая (по крайней мере на неопределённое время) тему этнонимов в карельском языке отмечу очень интересные, на мой взгляд, свидетельства бытования этнонима ”vepšä” («вепс») в среде тверских карел. Казалось бы, где тверские карелы, а где вепсы?…
ЧУХАРНЫЙ РУЧЕЙ
В отношении Весьегонска остаётся дополнить, что в городе протекает ручей Чухарный < чухáрь 'прозвище вепсов' .
Иллюстрация:
А. Базанов. Весьегонск. Мост через Чухарный ручей (1939).
Источник: https://m.russiainphoto.ru/photos/85938/
Что еще почитать:
➡️ Понимают, но в другом смысле
В отношении Весьегонска остаётся дополнить, что в городе протекает ручей Чухарный < чухáрь 'прозвище вепсов' .
Иллюстрация:
А. Базанов. Весьегонск. Мост через Чухарный ручей (1939).
Источник: https://m.russiainphoto.ru/photos/85938/
Что еще почитать:
➡️ Понимают, но в другом смысле
🔥13❤3
КАРЕЛЬСКИЕ ПЛАЧИ ПО-ЯПОНСКИ
В продолжение связей Северо-Запада России и Востока вспоминается, что классическая работа Унелмы Конкка «Поэзия печали» (1992), посвященная карельским обрядовым плачам, в частности, похоронно-поминальным и свадебным причитаниям, переведена и издана в 2014 году на японском языке под названием «Печальная песня Туонелы» (переводчик – Рёко Ямагучи).
В продолжение связей Северо-Запада России и Востока вспоминается, что классическая работа Унелмы Конкка «Поэзия печали» (1992), посвященная карельским обрядовым плачам, в частности, похоронно-поминальным и свадебным причитаниям, переведена и издана в 2014 году на японском языке под названием «Печальная песня Туонелы» (переводчик – Рёко Ямагучи).
❤23✍5
ИСПОВЕДЬ
Истекают минуты предательски,
Только год налетает на год…
Как давно я ушел в изыскательский
Очень дальний и трудный поход!
По следам неизвестного племени,
По словам, что оставила чудь,
Прохожу я в безмолвье и темени
Весь похищенный временем путь.
За горами да за долинами
Человеческих будничных дел
Я ищу те поля, где чудинами
Был засеян последний надел.
Под одними и теми же звездами
Вековые деревья шумят,
И звенят над чудскúми погостами
Голоса деревенских девчат.
А в бездонном хранилище времени
По складам я читаю рассказ
О судьбе и о гибели племени,
Кровь которого может быть в нас.
Матвеев Александр Константинович (1926–2010) – выдающийся лингвист, исследователь севернорусской топонимии, славянско-финских языковых связей, доктор филологических наук, член-корреспондент РАН.
Иллюстрация:
Деревня Загородская на реке Самине. Фото автора.
Истекают минуты предательски,
Только год налетает на год…
Как давно я ушел в изыскательский
Очень дальний и трудный поход!
По следам неизвестного племени,
По словам, что оставила чудь,
Прохожу я в безмолвье и темени
Весь похищенный временем путь.
За горами да за долинами
Человеческих будничных дел
Я ищу те поля, где чудинами
Был засеян последний надел.
Под одними и теми же звездами
Вековые деревья шумят,
И звенят над чудскúми погостами
Голоса деревенских девчат.
А в бездонном хранилище времени
По складам я читаю рассказ
О судьбе и о гибели племени,
Кровь которого может быть в нас.
Матвеев Александр Константинович (1926–2010) – выдающийся лингвист, исследователь севернорусской топонимии, славянско-финских языковых связей, доктор филологических наук, член-корреспондент РАН.
Иллюстрация:
Деревня Загородская на реке Самине. Фото автора.
❤🔥13❤11🔥9👏2
О ТОПОНИМИИ В «ЛЮДЯХ СУЗЁМЬЯ»
– Для тебя, пожалуй, нет ничего интересного, – не сразу ответил Петр. — Я вепсскую речь записываю, сказки, предания, поверья...
Герман разочарованно присвистнул.
Петр закрыл тетрадь, положил ее на магнитофон и взял в руки большой том в сером переплете.
– Представляешь, какая штука, – заговорил он. — В этом новейшем академическом словаре некоторые вепсские слова уже даны без перевода. Значения тех слов теперь никто не знает.
– Можно посмотреть? – Герман взял книгу. – Ничего себе талмуд! — Он уселся на диван поудобнее. – Никак не думал, что есть вепсский словарь.
Петр сел рядом с Германом.
– Да, слова все-таки учтены. А вот с топонимикой хуже. Только в нашем крае десятки деревень, больше сотни озер, а сколько речек, ручьев, болот! Да что озера – заливы, мысы, горушки, полянки, пожни, перекрестки дорог — все имеет названия.
– Понятно. И ты их записываешь?
– А как же! Ведь многие названия чрезвычайно интересны. Была, к примеру, деревня Няльг-ранд, что означает Голодный Берег. Или озеро Лахн-ярь — Лещевое. Хотя в нем никакой рыбы, кроме малорослых карасей, нет. Нетрудно догадаться, что когда-то водились и лещи. А то есть ручей Кивикерк. Это даже трудно перевести — что-то вроде «ручей, выстланный круглым камешником». Но теперь там и камень-то трудно найти, все затянуто илом и мхом. Значит, название ручья очень давнее, когда ручей бежал по камешкам. И таких примеров я мог бы привести десятки. С другой стороны, ученым иногда лишь по топонимам удается установить, какой именно народ проживал в той или иной местности и вообще каково прошлое края. Разве не интересно? Но топонимы забываются, теряются, вот я и записываю их.
Герман, терпеливо выслушавший этот монолог, усмехнулся.
– Надо попросту колышки поставить, с табличками: деревня такая-то, озеро такое...
Петр порывисто встал.
– Я думал, тебе интересно, а ты какую-то ерундовину несешь!
– Я же пошутил! – засмеялся Герман. – Плохо я понимаю такие премудрости. Ты лучше скажи: на лодке кататься пойдем?
– Чаю попью, и пойдем.
– Вот и порядок.
---
Что еще почитать:
➡️ Ключевая роль топонимии
➡️ ИИ-«прожарка» канала
– Для тебя, пожалуй, нет ничего интересного, – не сразу ответил Петр. — Я вепсскую речь записываю, сказки, предания, поверья...
Герман разочарованно присвистнул.
Петр закрыл тетрадь, положил ее на магнитофон и взял в руки большой том в сером переплете.
– Представляешь, какая штука, – заговорил он. — В этом новейшем академическом словаре некоторые вепсские слова уже даны без перевода. Значения тех слов теперь никто не знает.
– Можно посмотреть? – Герман взял книгу. – Ничего себе талмуд! — Он уселся на диван поудобнее. – Никак не думал, что есть вепсский словарь.
Петр сел рядом с Германом.
– Да, слова все-таки учтены. А вот с топонимикой хуже. Только в нашем крае десятки деревень, больше сотни озер, а сколько речек, ручьев, болот! Да что озера – заливы, мысы, горушки, полянки, пожни, перекрестки дорог — все имеет названия.
– Понятно. И ты их записываешь?
– А как же! Ведь многие названия чрезвычайно интересны. Была, к примеру, деревня Няльг-ранд, что означает Голодный Берег. Или озеро Лахн-ярь — Лещевое. Хотя в нем никакой рыбы, кроме малорослых карасей, нет. Нетрудно догадаться, что когда-то водились и лещи. А то есть ручей Кивикерк. Это даже трудно перевести — что-то вроде «ручей, выстланный круглым камешником». Но теперь там и камень-то трудно найти, все затянуто илом и мхом. Значит, название ручья очень давнее, когда ручей бежал по камешкам. И таких примеров я мог бы привести десятки. С другой стороны, ученым иногда лишь по топонимам удается установить, какой именно народ проживал в той или иной местности и вообще каково прошлое края. Разве не интересно? Но топонимы забываются, теряются, вот я и записываю их.
Герман, терпеливо выслушавший этот монолог, усмехнулся.
– Надо попросту колышки поставить, с табличками: деревня такая-то, озеро такое...
Петр порывисто встал.
– Я думал, тебе интересно, а ты какую-то ерундовину несешь!
– Я же пошутил! – засмеялся Герман. – Плохо я понимаю такие премудрости. Ты лучше скажи: на лодке кататься пойдем?
– Чаю попью, и пойдем.
– Вот и порядок.
---
Что еще почитать:
➡️ Ключевая роль топонимии
➡️ ИИ-«прожарка» канала
❤16👍6🥰3👏1
УЖАСЫ ТОПОНИМИСТА
Вот, казалось бы – популярная песня восьмидесятых «Малиновки заслыша голосок».
Однако, за романтическими встречами под пение птиц проглядывает прямо-таки топонимическая катастрофа:
«В три жёрдочки берёзовый мосток
И тихая речушка без названья!»
Ведь зачастую даже маленький ручей в обжитом пространстве (на это указывает наличие моста и пение зарянки – обитателя лиственных и смешанных лесов) носит своё имя. А тут целая речушка – безымянная!
Иллюстрация:
Станислав Юлианович Жуковский. Лесная чаща. Речка (1910-е годы)
Вот, казалось бы – популярная песня восьмидесятых «Малиновки заслыша голосок».
Однако, за романтическими встречами под пение птиц проглядывает прямо-таки топонимическая катастрофа:
«В три жёрдочки берёзовый мосток
И тихая речушка без названья!»
Ведь зачастую даже маленький ручей в обжитом пространстве (на это указывает наличие моста и пение зарянки – обитателя лиственных и смешанных лесов) носит своё имя. А тут целая речушка – безымянная!
Иллюстрация:
Станислав Юлианович Жуковский. Лесная чаща. Речка (1910-е годы)
❤26😁8💘1
ПРЕДЕЛЫ ИМЕНОВАНИЯ
Ономастика – науках о именах собственных и их происхождении.
И имена эти весьма разнообразны: это не только географические названия (топонимы), которые изучает топонимика, но имена, фамилии и прозвища людей, являющиеся предметом антропонимии.
В рамках ономастики можно изучать и другие имена собственные:
названия народов (этнонимы);
клички животных (зоонимы) (Шарик, Ярвик, Вирбой);
имена небесных тел и созвездий (космонимы, астронимы) (Бетельгейзе, Альдебаран);
имена судов и кораблей («Варяг», «Аврора», «Тоарие»);
названия магазинов, мест общественного питания, стадионов и т.д.;
названия товаров (каша «Геркулес», пиво «Вепсское»);
названия предметов (меч «Финист», меч «Экскалибур»).
То есть человек может давать имена одушевленным и неодушевленным объектам, которые ему значимы и которые он хочет и может отличить друг от друга.
Порой имена собственные могут даваться домашним растениям и вещам.
Примеры из Интернета:
«У меня росло большое денежное дерево, важное такое, раскидистое и очень привередлевое. Однажды я сказала ему о том, что как будто он из королевских кровей и стала называть его «Ричард». Наверное, ему понравилось, так как он стал покладистым»
«Мне сказали, что нужно называть вещи своими именами. А как назвать кружку? Ежели назову её Акулина Гаврилна, ничё?».
Действительно, в литературе описаны случаи, когда давали личные имена чашкам.
Но еще больше удивил комментарий в одном из лигвистических форумов:
«Я обнаружил, что когда кому-то даешь имя, то он умирает. У меня был маленький снеговик, который я поставил в морозильник, я назвал его Борис, и потом он растаял /испарился.
Была искусственная бабочка на батарейках. Только я стал величать её Александр, как батареи заглохли.
Возможно, дело было не столько в имени, сколько в привязанности, которая образуется после наименования. Я сделал эксперимент, и назвал плесень в трёхлитровой банке «Зинаида». Эта банка стояла дольше обычного – рука не поднималась. Но потом жена выкинула.
В общем теперь я не называю вещи именами».
Действительно, объекты изучения для ономастики безграничны!
Ономастика – науках о именах собственных и их происхождении.
И имена эти весьма разнообразны: это не только географические названия (топонимы), которые изучает топонимика, но имена, фамилии и прозвища людей, являющиеся предметом антропонимии.
В рамках ономастики можно изучать и другие имена собственные:
названия народов (этнонимы);
клички животных (зоонимы) (Шарик, Ярвик, Вирбой);
имена небесных тел и созвездий (космонимы, астронимы) (Бетельгейзе, Альдебаран);
имена судов и кораблей («Варяг», «Аврора», «Тоарие»);
названия магазинов, мест общественного питания, стадионов и т.д.;
названия товаров (каша «Геркулес», пиво «Вепсское»);
названия предметов (меч «Финист», меч «Экскалибур»).
То есть человек может давать имена одушевленным и неодушевленным объектам, которые ему значимы и которые он хочет и может отличить друг от друга.
Порой имена собственные могут даваться домашним растениям и вещам.
Примеры из Интернета:
«У меня росло большое денежное дерево, важное такое, раскидистое и очень привередлевое. Однажды я сказала ему о том, что как будто он из королевских кровей и стала называть его «Ричард». Наверное, ему понравилось, так как он стал покладистым»
«Мне сказали, что нужно называть вещи своими именами. А как назвать кружку? Ежели назову её Акулина Гаврилна, ничё?».
Действительно, в литературе описаны случаи, когда давали личные имена чашкам.
Но еще больше удивил комментарий в одном из лигвистических форумов:
«Я обнаружил, что когда кому-то даешь имя, то он умирает. У меня был маленький снеговик, который я поставил в морозильник, я назвал его Борис, и потом он растаял /испарился.
Была искусственная бабочка на батарейках. Только я стал величать её Александр, как батареи заглохли.
Возможно, дело было не столько в имени, сколько в привязанности, которая образуется после наименования. Я сделал эксперимент, и назвал плесень в трёхлитровой банке «Зинаида». Эта банка стояла дольше обычного – рука не поднималась. Но потом жена выкинула.
В общем теперь я не называю вещи именами».
Действительно, объекты изучения для ономастики безграничны!
👍18😁9❤2🤔1