ГРОМОВЫЕ ТЕТЕРЕВА
В связи с явно звукоподражательным карельским названием индюка – guru вспомнается известный в Обонежье глагол гурандать.
Он служит для обозначения звука токующего тетерева («косачи гурандают»), воркования голубей, далеко гремящего грома.
Слово имеет вепсский источник – g’uraita ’греметь, громыхать (о громе)’.
Иллюстрация:
Комаров Алексей Никанорович. Дерущиеся тетерева (1952)
В связи с явно звукоподражательным карельским названием индюка – guru вспомнается известный в Обонежье глагол гурандать.
Он служит для обозначения звука токующего тетерева («косачи гурандают»), воркования голубей, далеко гремящего грома.
Слово имеет вепсский источник – g’uraita ’греметь, громыхать (о громе)’.
Иллюстрация:
Комаров Алексей Никанорович. Дерущиеся тетерева (1952)
❤🔥13👍7
ПОТОМКИ ДРЕВНЕЙ КОРЕЛЫ
Omnia influit, omnia mutantur
Всё течёт, всё изменяется
Гераклит
Языки тоже меняются с течением времени как по внутренним, так и по внешним причинам, а также взаимодействуют с другими языками, как родственными, так и нет. Изменения проявляются на различных языковых уровнях, но чаще всего это заметно «невооруженным глазом» по появлению неисконной лексики.
Так и древнекарельский язык, возникший в северо-западном Приладожье, стал распространяться в разные стороны, что привело к формированию не только собственно-карельского наречия карельского языка, вышедшего к Белому морю, но также ижорского языка, распространенного ранее в бассейне Невы и на южном побережье Финского залива.
Выдающийся языковед Д.В. Бубрих отмечал, что «в середине XII века составились следующие группы корелы: корела на основной территории, корела у позднейшего Выборга (привыборгская), корела у оз. Сайма (присайминская),
ижора и, наконец, приботнийская Корела» (у Ботнического залива Балтийского моря в районе Оулу).
На землях привыборгской корелы шведы построили в 1293 г. замок Выборг, а по Ореховскому мирному договору между Швецией и Новгородской республикой Новгород уступил три корельских погоста – Саволакс («Севилакшю»), Яяски («Яскы») и Эуряпяя («Огребу»). В результате привыборгская и присайменская корела оказалась под шведской властью. Выход же к Ботническому заливу остался за Новгородом.
На территории присайменской и привыборгской корелы во взаимодействии с емью / тавастами (häme) появились еще одни потомки древнекарельского языка – саволакские и юго-восточный диалекты финского.
В дальнейшем переселенцы из Саволакса, района Яски и Эуряпяя (потомки древней корелы и еми), в основном исповедовавшие лютеранство, сформировали две основных этнографические группы ингерманландских финнов – савакотов (savakot) и эвримейсов (äyrämöiset).
По причине тяжелой обстановки в северо-западном Приладожье карелы, стремившиеся сохранить православие и личную свободу от помещиков, двигались вглубь Русского государства. В результате основная территория расселения карелов сместилась на восток, на территорию современной Республики Карелия.
В различных частях страны судьбы группы карелов сложились по-разному.
Южнее северо-западного Приладожья в тесном взаимодействии с вепсским языком сформировались ливвиковское (приладожское) и людиковское (прионежское) наречия карельского языка.
Большие карельские группы населения сохранялись в Тверской (тверские карелы), Новгородской (валдайские карелы) и Ленинградской областях (наиболее крупная группа – тихвинские карелы). Отдельные группы достигали Смоленской области (гжатские карелы). Если численность группы была относительно небольшой, карелы в течение нескольких поколений переходили на русский язык. В таких случаях память о них сохраняется в географических названиях. Например, Николо-Корельский монастырь, Большие и Малые Корелы под Архангельском.
#carelicum #vepsicum
Omnia influit, omnia mutantur
Всё течёт, всё изменяется
Гераклит
Языки тоже меняются с течением времени как по внутренним, так и по внешним причинам, а также взаимодействуют с другими языками, как родственными, так и нет. Изменения проявляются на различных языковых уровнях, но чаще всего это заметно «невооруженным глазом» по появлению неисконной лексики.
Так и древнекарельский язык, возникший в северо-западном Приладожье, стал распространяться в разные стороны, что привело к формированию не только собственно-карельского наречия карельского языка, вышедшего к Белому морю, но также ижорского языка, распространенного ранее в бассейне Невы и на южном побережье Финского залива.
Выдающийся языковед Д.В. Бубрих отмечал, что «в середине XII века составились следующие группы корелы: корела на основной территории, корела у позднейшего Выборга (привыборгская), корела у оз. Сайма (присайминская),
ижора и, наконец, приботнийская Корела» (у Ботнического залива Балтийского моря в районе Оулу).
На землях привыборгской корелы шведы построили в 1293 г. замок Выборг, а по Ореховскому мирному договору между Швецией и Новгородской республикой Новгород уступил три корельских погоста – Саволакс («Севилакшю»), Яяски («Яскы») и Эуряпяя («Огребу»). В результате привыборгская и присайменская корела оказалась под шведской властью. Выход же к Ботническому заливу остался за Новгородом.
На территории присайменской и привыборгской корелы во взаимодействии с емью / тавастами (häme) появились еще одни потомки древнекарельского языка – саволакские и юго-восточный диалекты финского.
В дальнейшем переселенцы из Саволакса, района Яски и Эуряпяя (потомки древней корелы и еми), в основном исповедовавшие лютеранство, сформировали две основных этнографические группы ингерманландских финнов – савакотов (savakot) и эвримейсов (äyrämöiset).
По причине тяжелой обстановки в северо-западном Приладожье карелы, стремившиеся сохранить православие и личную свободу от помещиков, двигались вглубь Русского государства. В результате основная территория расселения карелов сместилась на восток, на территорию современной Республики Карелия.
В различных частях страны судьбы группы карелов сложились по-разному.
Южнее северо-западного Приладожья в тесном взаимодействии с вепсским языком сформировались ливвиковское (приладожское) и людиковское (прионежское) наречия карельского языка.
Большие карельские группы населения сохранялись в Тверской (тверские карелы), Новгородской (валдайские карелы) и Ленинградской областях (наиболее крупная группа – тихвинские карелы). Отдельные группы достигали Смоленской области (гжатские карелы). Если численность группы была относительно небольшой, карелы в течение нескольких поколений переходили на русский язык. В таких случаях память о них сохраняется в географических названиях. Например, Николо-Корельский монастырь, Большие и Малые Корелы под Архангельском.
#carelicum #vepsicum
❤🔥20🔥7👍5
Ижорский пастух Лемпиико Прокой из дер. Вотский (< водь) Конец Ямбургского уезда Санкт-Петербургской губернии. Фото А.О. Вяйсянена (1914)
Источник: AntropoLOGS
Источник: AntropoLOGS
🔥13❤🔥10👍1
ПУТЕШЕСТВИЕ ГЕРМАНСКИХ И БАЛТСКИХ СЛОВ НА СЕВЕР
Отправляясь в дальние странствия, люди берут с собой слова. Пролетают века, сменяют друг друга поколения, но неизвестно как сохранившееся до наших дней слово укажет путь, который когда-то был ими преодолен. Данному вопросу посвящен этот пост.
Иллюстрация:
В деревне Большая Канзапельда
(Онежский район Архангельской области). Середина XX века. Из архива рода Весниных. Источник: вк-сообщество «Старый Архангельск»
Отправляясь в дальние странствия, люди берут с собой слова. Пролетают века, сменяют друг друга поколения, но неизвестно как сохранившееся до наших дней слово укажет путь, который когда-то был ими преодолен. Данному вопросу посвящен этот пост.
Иллюстрация:
В деревне Большая Канзапельда
(Онежский район Архангельской области). Середина XX века. Из архива рода Весниных. Источник: вк-сообщество «Старый Архангельск»
👍16❤🔥7🥰2😍1💋1
ВСТРЕТИМСЯ В АНДОМЕ: ГАБУК И КОБЕЦ
Прагерманское *habukaz 'ястреб', давшее английское hawk и немецкое Habicht, было заимствовано в районе Балтийского моря праприбалтийско-финским языком, в результате чего появились финское, карельское haukka и вепсское habuk.
Из вепсского и карельского слово попало в русские говоры Обонежья, Присвирья и части Белозерья (габýк) и даже на архангельскую реку Устью (гаук).
Птичье прозвище стало довольно популярным. Так, например, известны неофициальная вепсская фамилия Habukohne / русское Габуков, деревня Habukad / Габуки в юго-западном Обонежье.
В Андоме (ранее один из Заонежских погостов-округов Обонежской пятины, центр – село Андомский Погост Вытегорского района Вологодской области) прозвище проявилось в неофициальной фамилии Габукóв и в названии деревни Габукóвщина.
Однако в Андоме была еще одна деревня с похожим по значению названием Кобецова (Кóбина) – от древнерусского кобец 'птица кобчик'.
При этом прагерманское *habukaz и праславянское *kobьcь, обозначавшие хищную птицу (ястреба или сокола), восходят к единому праиндоевропейскому корню *kap- 'хватать, держать' звукоподражательного характера (ср. хапать).
То есть слова жили своей жизнью с момента распада праиндоевропейской языковой общности (примерно 2,5 тыс. лет до н.э. по нижней границе), а через 4 тыс. лет, пройдя через разные каналы, встретится практически в одной точке.
---
Что почитать о вепсской топонимии и русской лексике финно-угорского происхождения:
Муллонен И.И. Очерки вепсской топонимии (1994).
https://www.booksite.ru/fulltext/imullonen/
Мызников С. А. Русский диалектный этимологический словарь. Лексика контактных регионов (2019). https://inslav.ru/publication/myznikov-s-russkiy-dialektnyy-etimologicheskiy-slovar-leksika-kontaktnyh-regionov-m-spb
Прагерманское *habukaz 'ястреб', давшее английское hawk и немецкое Habicht, было заимствовано в районе Балтийского моря праприбалтийско-финским языком, в результате чего появились финское, карельское haukka и вепсское habuk.
Из вепсского и карельского слово попало в русские говоры Обонежья, Присвирья и части Белозерья (габýк) и даже на архангельскую реку Устью (гаук).
Птичье прозвище стало довольно популярным. Так, например, известны неофициальная вепсская фамилия Habukohne / русское Габуков, деревня Habukad / Габуки в юго-западном Обонежье.
В Андоме (ранее один из Заонежских погостов-округов Обонежской пятины, центр – село Андомский Погост Вытегорского района Вологодской области) прозвище проявилось в неофициальной фамилии Габукóв и в названии деревни Габукóвщина.
Однако в Андоме была еще одна деревня с похожим по значению названием Кобецова (Кóбина) – от древнерусского кобец 'птица кобчик'.
При этом прагерманское *habukaz и праславянское *kobьcь, обозначавшие хищную птицу (ястреба или сокола), восходят к единому праиндоевропейскому корню *kap- 'хватать, держать' звукоподражательного характера (ср. хапать).
То есть слова жили своей жизнью с момента распада праиндоевропейской языковой общности (примерно 2,5 тыс. лет до н.э. по нижней границе), а через 4 тыс. лет, пройдя через разные каналы, встретится практически в одной точке.
---
Что почитать о вепсской топонимии и русской лексике финно-угорского происхождения:
Муллонен И.И. Очерки вепсской топонимии (1994).
https://www.booksite.ru/fulltext/imullonen/
Мызников С. А. Русский диалектный этимологический словарь. Лексика контактных регионов (2019). https://inslav.ru/publication/myznikov-s-russkiy-dialektnyy-etimologicheskiy-slovar-leksika-kontaktnyh-regionov-m-spb
👍14❤4❤🔥2
Иллюстрации:
1) кобчик;
2) ястреб-перепелятник.
Автор:
Joseph Wolf (опубликовано в 1873).
1) кобчик;
2) ястреб-перепелятник.
Автор:
Joseph Wolf (опубликовано в 1873).
❤11👍3🥰2
КИМРЕКА, КИМСЕЛЬГА И КИММОХ
На сборнике стихов, подаренном Валерию Брюсову, Николай Клюев изобразил птицу, под которой написал:
«Кто песни поет, тот к Богу ведет (надпись на древнем лесном кресте в урочище «Кимсельга» Олонец. губ.). Валерию Яковлевичу Брюсову с низким поклоном Николай Клюев. Андома – 1913 г.».
В Андоме, а точнее в Замошье, действительно есть урочище Кимсельга, где -сельга – из вепсского sel’g, карельского selgä 'гора, возвышенность'. Есть еще в Андоме и болото Кимха < Киммоха < Киммох (русское диалектное мох 'болото').
В андомских краях Клюев провел детство и юность, а родился в вытегорских Коштугах, где в реку Мегру впадает Кимрека.
Топооснова Ким- маркирует места токования тетеревов и глухарей (карельское kiima, вепсское kim 'ток, токовище'). Она отразились в следующих географических названиях северо-запада Вологодской области и северо-запада Архангельской области:
Киманозеро (Бабаевский район Вологодской области);
Кимозеро, 2 озера (Белозерский район Вологодской области, Онежский район Архангельской области);
Кимручей, ручей у д. Кокорино и ручей у д. Чекуево (Онежский район Архангельской области);
Кимшалга, гора, лес у пос. Нименьга (Онежский район Архангельской области), где -шалга – из карельского šelgä 'гора, возвышенность'.
Различный характер местностей (от сельг до болот), названия которых содержат эту топооснову, объясняется разными местами токования птиц:
тетерева токуют на безлесных участках, на полях и моховых болотах;
глухариный ток происходит не только на земле, но и на деревьях, не только на поросших сосняком моховым болотах, но и на борах.
На сборнике стихов, подаренном Валерию Брюсову, Николай Клюев изобразил птицу, под которой написал:
«Кто песни поет, тот к Богу ведет (надпись на древнем лесном кресте в урочище «Кимсельга» Олонец. губ.). Валерию Яковлевичу Брюсову с низким поклоном Николай Клюев. Андома – 1913 г.».
В Андоме, а точнее в Замошье, действительно есть урочище Кимсельга, где -сельга – из вепсского sel’g, карельского selgä 'гора, возвышенность'. Есть еще в Андоме и болото Кимха < Киммоха < Киммох (русское диалектное мох 'болото').
В андомских краях Клюев провел детство и юность, а родился в вытегорских Коштугах, где в реку Мегру впадает Кимрека.
Топооснова Ким- маркирует места токования тетеревов и глухарей (карельское kiima, вепсское kim 'ток, токовище'). Она отразились в следующих географических названиях северо-запада Вологодской области и северо-запада Архангельской области:
Киманозеро (Бабаевский район Вологодской области);
Кимозеро, 2 озера (Белозерский район Вологодской области, Онежский район Архангельской области);
Кимручей, ручей у д. Кокорино и ручей у д. Чекуево (Онежский район Архангельской области);
Кимшалга, гора, лес у пос. Нименьга (Онежский район Архангельской области), где -шалга – из карельского šelgä 'гора, возвышенность'.
Различный характер местностей (от сельг до болот), названия которых содержат эту топооснову, объясняется разными местами токования птиц:
тетерева токуют на безлесных участках, на полях и моховых болотах;
глухариный ток происходит не только на земле, но и на деревьях, не только на поросших сосняком моховым болотах, но и на борах.
❤🔥10👍6🥰2
ДУХ ЗЕРНА В ОБРАЗЕ КЛЕЩА
Кюхаро-Кахаро (Küharō-Kaharō)
– парадоксальный дух зерна в образе клеща, известный в южновепсских поверьях. Ему приносили утром Нового года в ригу (хозяйственную постройку с печью для сушки и обмолота снопов) горшок с кашей, произносили заклинание и после начинали есть. К нему обращались жнецы во время жатвы с просьбой перенести зерно из скирд других хозяев в свои скирды.
По данным И.Ю. Винокуровой, имя духа восходит к имени древнепрусского божества Curhe (Kurke), которое
попало также в русскую (Коркуша – злой дух, вредящий зерну) и финскую мифологии (kurko ‘дух, дьявол’).
Что касается необычного образа клеща – фин. kurko также обозначает мелкого насекомого – вошь.
Вероятно, связь божества и насекомого восходит к балтским языкам. Полагают, что имя древнепрусского Kurke связано с названием медведки (литовское kurklỹs), нередко вредящей культурным растениям при прокладке своих подземных туннелей.
Что почитать:
И.Ю. Винокурова.
Мифология вепсов. Петрозаводск: ПетрГУ, 2015.
Кюхаро-Кахаро (Küharō-Kaharō)
– парадоксальный дух зерна в образе клеща, известный в южновепсских поверьях. Ему приносили утром Нового года в ригу (хозяйственную постройку с печью для сушки и обмолота снопов) горшок с кашей, произносили заклинание и после начинали есть. К нему обращались жнецы во время жатвы с просьбой перенести зерно из скирд других хозяев в свои скирды.
По данным И.Ю. Винокуровой, имя духа восходит к имени древнепрусского божества Curhe (Kurke), которое
попало также в русскую (Коркуша – злой дух, вредящий зерну) и финскую мифологии (kurko ‘дух, дьявол’).
Что касается необычного образа клеща – фин. kurko также обозначает мелкого насекомого – вошь.
Вероятно, связь божества и насекомого восходит к балтским языкам. Полагают, что имя древнепрусского Kurke связано с названием медведки (литовское kurklỹs), нередко вредящей культурным растениям при прокладке своих подземных туннелей.
Что почитать:
И.Ю. Винокурова.
Мифология вепсов. Петрозаводск: ПетрГУ, 2015.
👍14😱5🔥4👻2
ЗЕМЛЯНОЙ МЕДВЕДЬ
Подземные животные – крот и медведка напоминают медведя своими широкими передними лапами и тёмно-бурой окраской.
И если уподобление медведки и медведя (судя по названию) известно повсеместно, то обозначение крота как земляного медведя встречается только в говорах Русского Севера.
Это обстоятельство позволяет рассмотреть соответствующий материал в контактирующих языках.
Так, прибалтийско-финское *kontidak 'ползти', 'неуклюже идти' стало не только источником одного из названий медведя (вепсское kondi, карельское kondie, финское kontio), но и крота – финское kontiainen.
Последнее, при наличии диалектного kontia 'медведь' стало восприниматся как уменьшительно-ласкательное производное от медведя («медведко»).
Еще ярче это проявилось в вепсском и карельском языках, где в целях отличия крота от бурого медведя крота стали называть makondi, muakondie(ne) 'земляной медведь', хотя изначально, это был скорее не медведь, а «ползун».
По-видимому, карельское и вепсское обозначения крота («медведко» и «земляной медведь») повлияли на коми (муош 'земляной медведь'), а также русские олонецкие, архангельские и вологодские названия этого животного:
zémlanoi medved – уже в русско-английском словаре Ричарда Джемса, собранном в двинских Колмогорах (Холмогорах) в начале XVII века;
земляной медведка, земляной медведко (архангельское), земляной медведь (вологодское);
медведка (олонецкое).
Дополнительно упомяну архангельские и вологодские поверья, связанные с «земляным медведем»:
«крестьяне считают его охранительным для домашнего скота средством от медведей; поэтому пастухи, убив его, засушивают и носят при себе» (Подвысоцкий, 1885);
«невесте в башмак кладут земляного медведя, чтобы не испортили [сглазили]» [СРНГ].
Подземные животные – крот и медведка напоминают медведя своими широкими передними лапами и тёмно-бурой окраской.
И если уподобление медведки и медведя (судя по названию) известно повсеместно, то обозначение крота как земляного медведя встречается только в говорах Русского Севера.
Это обстоятельство позволяет рассмотреть соответствующий материал в контактирующих языках.
Так, прибалтийско-финское *kontidak 'ползти', 'неуклюже идти' стало не только источником одного из названий медведя (вепсское kondi, карельское kondie, финское kontio), но и крота – финское kontiainen.
Последнее, при наличии диалектного kontia 'медведь' стало восприниматся как уменьшительно-ласкательное производное от медведя («медведко»).
Еще ярче это проявилось в вепсском и карельском языках, где в целях отличия крота от бурого медведя крота стали называть makondi, muakondie(ne) 'земляной медведь', хотя изначально, это был скорее не медведь, а «ползун».
По-видимому, карельское и вепсское обозначения крота («медведко» и «земляной медведь») повлияли на коми (муош 'земляной медведь'), а также русские олонецкие, архангельские и вологодские названия этого животного:
zémlanoi medved – уже в русско-английском словаре Ричарда Джемса, собранном в двинских Колмогорах (Холмогорах) в начале XVII века;
земляной медведка, земляной медведко (архангельское), земляной медведь (вологодское);
медведка (олонецкое).
Дополнительно упомяну архангельские и вологодские поверья, связанные с «земляным медведем»:
«крестьяне считают его охранительным для домашнего скота средством от медведей; поэтому пастухи, убив его, засушивают и носят при себе» (Подвысоцкий, 1885);
«невесте в башмак кладут земляного медведя, чтобы не испортили [сглазили]» [СРНГ].
🔥14👍8🥰2
ВОДЯНОЙ КРОТ
Еще один зверек, делающий подземные норы и портящий посевы – водяная полёвка (водяная крыса).
В ранних источниках по Северу под именем крота мы видим именно её:
crote 'водяная крыса' (Ричард Джемс, нач. XVII в.).
Традиция продолжается в русских новгородских, вологодских и частично сибирских диалектах, где крот 'водяная крыса'.
Апогей достигнут в вепсском языке, где крыса становится кротом, а крот земляным медведем:
krot или krott 'крыса', а крот –
makondi.
В вепсском мы видим еще и влияние карельского, где rot, rotta 'крыса'.
В собственно-карельском (например, в тверских говорах) крот и водяная крыса вообще как будто слились воедино и их стали обозначать одним словом –rotta.
При этом русский крот в карельском действительно мог быть адаптирован как rotta (кр- > r-, -т > -tta).
Однако карельское rotta по отношению к крысе – явный германизм, восходящий к
старошведскому rotta (отсюда и финское rotta 'крыса') и, в конечном счете, к прагерманскому *rattō с тем же значением (потомком которого является английское rat).
Что же касается крота, то в русском языке – это исконное слово (праславянское *krъtъ).
Несмотря на схожесть слов, на праиндоевропейском уровне крыса – это «грызун», а крот – «копатель». Однако в карельском языке им было суждено слиться в единое целое.
Еще один зверек, делающий подземные норы и портящий посевы – водяная полёвка (водяная крыса).
В ранних источниках по Северу под именем крота мы видим именно её:
crote 'водяная крыса' (Ричард Джемс, нач. XVII в.).
Традиция продолжается в русских новгородских, вологодских и частично сибирских диалектах, где крот 'водяная крыса'.
Апогей достигнут в вепсском языке, где крыса становится кротом, а крот земляным медведем:
krot или krott 'крыса', а крот –
makondi.
В вепсском мы видим еще и влияние карельского, где rot, rotta 'крыса'.
В собственно-карельском (например, в тверских говорах) крот и водяная крыса вообще как будто слились воедино и их стали обозначать одним словом –rotta.
При этом русский крот в карельском действительно мог быть адаптирован как rotta (кр- > r-, -т > -tta).
Однако карельское rotta по отношению к крысе – явный германизм, восходящий к
старошведскому rotta (отсюда и финское rotta 'крыса') и, в конечном счете, к прагерманскому *rattō с тем же значением (потомком которого является английское rat).
Что же касается крота, то в русском языке – это исконное слово (праславянское *krъtъ).
Несмотря на схожесть слов, на праиндоевропейском уровне крыса – это «грызун», а крот – «копатель». Однако в карельском языке им было суждено слиться в единое целое.
❤10👍6❤🔥2🔥2
ПИСТРИК
Этимологический словарь эстонского языка (2012) отмечает, что происхождение эстонского pistrik 'ястреб' неизвестно.
Вместе с тем, можно предположить, что источник слова – русское *пúстрик 'кто-либо или что-либо пёстрой окраски', ср. русское диалектное пécтрик 'домотканая пёстрая ткань', 'кличка теленка пегой, пёстрой окраски', пистрик 'болотный кулик', в конечном счете восходящие к древнерусскому пьстръ 'пёстрый'.
Иллюстрация:
ястреб-тетеревятник. Авторы – братья фон Вригт (von Wright).
Этимологический словарь эстонского языка (2012) отмечает, что происхождение эстонского pistrik 'ястреб' неизвестно.
Вместе с тем, можно предположить, что источник слова – русское *пúстрик 'кто-либо или что-либо пёстрой окраски', ср. русское диалектное пécтрик 'домотканая пёстрая ткань', 'кличка теленка пегой, пёстрой окраски', пистрик 'болотный кулик', в конечном счете восходящие к древнерусскому пьстръ 'пёстрый'.
Иллюстрация:
ястреб-тетеревятник. Авторы – братья фон Вригт (von Wright).
👍9❤🔥6🥰3✍1
РОПАК-КУРПАК ИЛИ КТО НА СВЕТЕ ВСЕХ РЯБЕЕ?
До массовой вакцинации оспа была нередким заболеванием, унесшим за всю историю миллионы жизней. У выживших она нередко оставляла рубцы на теле.
Такие особые приметы не могли остаться незамеченными окружающими, а их носителям давали прозвища Рябóй.
Саму оспу называли шадра, а следы от нее – рябина, щедра, щербой. От подобных прозвищ произошли довольно частые фамилии Рябов, Шадрин, Рябинин, Щедрин, Щербин.
В зоне современных или недавних вепсско-русских и карельско-русских языковых контактов – в Олонецкой губернии человека с оспинами называли ропáк.
Так, составитель «Областного словаря олонецкого наречия в его бытовом и этнографическом применении» Герман Илларионович Куликовский отмечал, что на Тудозере (ныне – Вытегорский район Вологодской области), дразня рябого, приговаривали:
Ропáк-курпáк – шита рожа, браный нос!
Слово ропáк восходит к вепсскому ropak 'оспеный рубец’, курпáк – к вепсскому kurp 'морщина'.
Происходящая от той же основы фамилия Ропакóв встречается на востоке Ленинградской области (в бывшем Винницком районе) и в населенных пунктах северо-запада Вологодской области.
В Карелии (в Горнем Шелтозере) И.И. Муллонен зафиксировала неофициальную вепсскую фамилию Ropakohne. Схожая по смыслу карельская фамилия Рýпиев (< карельское rupi 'oспа’) отмечается в Олонецком районе Карелии.
Фамилия Курпакóв известна на северо-западе Вологодской области (Ошта), а также в Карелии. В бывшем Оштинском районе (Ленинградской, затем – Вологодской области) была и деревня Курпаки.
Древнерусское и русское слово рябой имеет также значение ‘пестрый’. От данной основы образованы названия птиц с пёстрым оперением:
- рябчик;
- рябь (древнерусское) ‘куропатка’.
В свою очередь вепсское kurp, карельское kurppu 'морщина’, ижорское kurppa 'оспина на лице’ восходят к названию еще одной пёстрой птицы – кулика:
- финское kurppa 'вальдшнеп', 'бекас';
- водское kurppa, эстонское kurp 'вальдшнеп’, ‘кулик’.
Поэтому в русских олонецких говорах слово курпáк (кроме прозвища рябого человека) имело значение 'кулик'.
В данном случае первично название птицы ('птица с пёстрой окраской' > 'пестрина, рябина' > 'человек со следами оспы'), имеющее звукоизобразительный характер.
До массовой вакцинации оспа была нередким заболеванием, унесшим за всю историю миллионы жизней. У выживших она нередко оставляла рубцы на теле.
Такие особые приметы не могли остаться незамеченными окружающими, а их носителям давали прозвища Рябóй.
Саму оспу называли шадра, а следы от нее – рябина, щедра, щербой. От подобных прозвищ произошли довольно частые фамилии Рябов, Шадрин, Рябинин, Щедрин, Щербин.
В зоне современных или недавних вепсско-русских и карельско-русских языковых контактов – в Олонецкой губернии человека с оспинами называли ропáк.
Так, составитель «Областного словаря олонецкого наречия в его бытовом и этнографическом применении» Герман Илларионович Куликовский отмечал, что на Тудозере (ныне – Вытегорский район Вологодской области), дразня рябого, приговаривали:
Ропáк-курпáк – шита рожа, браный нос!
Слово ропáк восходит к вепсскому ropak 'оспеный рубец’, курпáк – к вепсскому kurp 'морщина'.
Происходящая от той же основы фамилия Ропакóв встречается на востоке Ленинградской области (в бывшем Винницком районе) и в населенных пунктах северо-запада Вологодской области.
В Карелии (в Горнем Шелтозере) И.И. Муллонен зафиксировала неофициальную вепсскую фамилию Ropakohne. Схожая по смыслу карельская фамилия Рýпиев (< карельское rupi 'oспа’) отмечается в Олонецком районе Карелии.
Фамилия Курпакóв известна на северо-западе Вологодской области (Ошта), а также в Карелии. В бывшем Оштинском районе (Ленинградской, затем – Вологодской области) была и деревня Курпаки.
Древнерусское и русское слово рябой имеет также значение ‘пестрый’. От данной основы образованы названия птиц с пёстрым оперением:
- рябчик;
- рябь (древнерусское) ‘куропатка’.
В свою очередь вепсское kurp, карельское kurppu 'морщина’, ижорское kurppa 'оспина на лице’ восходят к названию еще одной пёстрой птицы – кулика:
- финское kurppa 'вальдшнеп', 'бекас';
- водское kurppa, эстонское kurp 'вальдшнеп’, ‘кулик’.
Поэтому в русских олонецких говорах слово курпáк (кроме прозвища рябого человека) имело значение 'кулик'.
В данном случае первично название птицы ('птица с пёстрой окраской' > 'пестрина, рябина' > 'человек со следами оспы'), имеющее звукоизобразительный характер.
❤🔥8👍6❤3🥰1
РУДОМЕТР
На севере Вытегорского района Вологодской области в верховьях реки Андомы есть небольшое озеро под названием Рудометрово.
Но рудометр – это не прибор для измерения руды, а измененное рудомёт 'тот, кто лечит кровопусканием', от (древне)русского руда 'кровь' и метати 'кидать, бросать, вынимать'.
Как известно, кровопускание применялось с древности при многих болезнях. Рудометы состояли и при царях:
«Великому государю ... пущали рошковую руду; а у того дела был рудомет Мартынко Михайлов» (1663 г.).
Эффективность такого лечения была сомнительной, порой оно приводило к негативным последствиям:
«Был болен, незадолго де до того дни пущал руду и от того мало не умер» (1647 г.).
Бесполезность кровопускания в большинстве случаев и даже его вред (при отсутствии дезинфекции, а также в случае чрезмерного забора крови) стал ясен во второй половине XIX века. Однако самодеятельные рудометы еще долго действовали в сельской местности. Интересный пример употребления слова рудомёт содержит Словарь русских народных говоров:
«В старину у нас был старик один, рудомет. Он кровь выбирал плохую, старикам, бабкам кровь бросал. Стакана два набирал и наземь бросал».
Что касается озера Рудометрово, то его название не обязательно связано со знахарем-кровопускателем. Возможно, здесь мы имеем дело с неверным переводом с вепсского языка (здесь многие названия озер вепсского и карельского происхождения). Так, рудомёт по-вепсски – čakanotai, буквально 'берущий кровь'. Однако, это слово имеет и еще одно значение – 'пиявка'.
Вероятно, название озера было неверно переведено с вепсского на русский язык как Рудометрово вместо правильного варианта – Пиявочное.
На севере Вытегорского района Вологодской области в верховьях реки Андомы есть небольшое озеро под названием Рудометрово.
Но рудометр – это не прибор для измерения руды, а измененное рудомёт 'тот, кто лечит кровопусканием', от (древне)русского руда 'кровь' и метати 'кидать, бросать, вынимать'.
Как известно, кровопускание применялось с древности при многих болезнях. Рудометы состояли и при царях:
«Великому государю ... пущали рошковую руду; а у того дела был рудомет Мартынко Михайлов» (1663 г.).
Эффективность такого лечения была сомнительной, порой оно приводило к негативным последствиям:
«Был болен, незадолго де до того дни пущал руду и от того мало не умер» (1647 г.).
Бесполезность кровопускания в большинстве случаев и даже его вред (при отсутствии дезинфекции, а также в случае чрезмерного забора крови) стал ясен во второй половине XIX века. Однако самодеятельные рудометы еще долго действовали в сельской местности. Интересный пример употребления слова рудомёт содержит Словарь русских народных говоров:
«В старину у нас был старик один, рудомет. Он кровь выбирал плохую, старикам, бабкам кровь бросал. Стакана два набирал и наземь бросал».
Что касается озера Рудометрово, то его название не обязательно связано со знахарем-кровопускателем. Возможно, здесь мы имеем дело с неверным переводом с вепсского языка (здесь многие названия озер вепсского и карельского происхождения). Так, рудомёт по-вепсски – čakanotai, буквально 'берущий кровь'. Однако, это слово имеет и еще одно значение – 'пиявка'.
Вероятно, название озера было неверно переведено с вепсского на русский язык как Рудометрово вместо правильного варианта – Пиявочное.
👍12❤🔥3🥰3