Надо стесняться. Двадцатые — конец эпохи крутости поп-музыки в России?

На прошлых выходных культурных москвичей на Пикнике Афиши встряхивал Дмитрий Маликов. На бумаге — чисто двадцатые-фестиваль-момент. Но на деле от его выступления подуло свежим ветерком совсем другой эпохи: Дмитрий Юрьевич выглядел и вел себя так, как будто только спрыгнул с сапсана, увезшего его из бара 1703, а сейчас на сцену вот-вот выскочит Хованский вместе спеть про твою маму.

Сияние иноверца-эстрадника на алтаре хипстерского храма, который даже в военное время не утратил свой сакральный статус, по идее, должно символизировать победу поптимизма — вместе с разлюли-доминатрикс Кадышевой в компании скачущих пизденышей в Ледовом дворце на проспекте Большевиков. Но на деле оба сюжета умело маскируют противоположный расклад: как нога Акинфеева-2018 — разваленную трибуну томского стадиона «Труд».

Не считаю случайным, что слово-2026 — «нишевый». Десяти минут в любой соцсети хватит, чтобы увидеть всеобщую одержимость нишевостью, которая вышла разлилась за пределы Китай-города и саундклауда. То, что быть нишевым — это круто, знает даже тридцатипятилетняя Head of Zaluping в крупной корпе, которая с новым миллиметриком едет в яндекс комфорте от косметолога на концерт Zoloto, пока ее подружка опаздывает на тот же концерт, потому что пилит рилз в жанре «заиграла поп-песня — я съебусь из машины, потому что я нетакуся».

Чтобы найти такие рилзы с обличительным пафосом Очень Плохой Музыки, тоже хватит десяти минут в соцсети с картинками: их записывают не профессиональные кольщики ск-айсберга в черном, а те, против кого этот айсберг обычно и колят. Те, кто постарше, найдут удивительное созвучие дурно пахнущего филистерского душка негативной элитарности-2026 с «Я не смотрю “Дом-2”/телевизор» в 2000-х.

Что роднит нулевые и двадцатые, помимо негативной элитарности, это субкультуры. В недавнем (очень хорошем) ролике про неформалов Олег Кармунин и Шура Богачева задаются вопросом о том, куда делись субкультуры в 2010-х, но он, по сути, остается риторическим. Но даже без ответа на него задним числом понятно, что десятые запомнились объединительным пафосом, когда вчерашние челочник и широкоштанник оказались в одной очереди в H&M.

Десятые же подарили и позитивистский подход: неслучайно в начале 2011 года печатная «Афиша», следуя постулату «как-сказали-так-и-будет» провозгласила поптимизм-эру номером про сто поп-хитов на русском за двадцать лет — потому что как минимум заговорила о поп-музыке. Дальше: мемы про Меладзе, паблик «Русская дискотека», вечеринки «Бухай-танцуй». Символическим финалом этого транзита стала книга «Не надо стесняться», которая выросла из журнала в огромный розовый кирпич. Реальным финалом — новый прайм «Короля и Шута» и стадионные солдауты Агутина. Ну, и все это казалось фукуямовским концом истории: все, дальше так и будет.

А в следующем десятилетии кровь, ненависть и алгоритмы отправились кромсать топорами еще вчера общую поп-культуру на инфопузыри и эхо-камеры. Ошметки поп-культуры оказались без символов и идеологов, поредевшими, побитыми, загнанными в угол и заляпанными брызгами крови. Из поп-культуры ушло, вероятно, главное, что делает ее живой и динамичной — ощущение крутости. Оно отправилось обратно в андер. Айсберг саундклауда, тгк «Субкультура Шура», фестиваль «Мягкие ткани», слово «подшар», 42-братухи и десятки подвидов вб-нефоров — все это сложно себе представить в 2010-х. Десятые — это когда стыдно не знать, что знают все. Двадцатые развернули парадигму на 180 градусов — стыдно любить то, что знают любят все.

Символической точкой невозврата, обвенчавшей поп-инфляцию, стал ИИ-контент, который разуверил последних живых апостолов поптимизма. Впрочем, еще раньше подверг сомнению свою веру автор розового поп-евангелия «Не надо стесняться» — Александр Горбачев — проломив принципы поптимизма певцом Шаманом. «Честно говоря, я уже не думаю, что этого не надо стесняться» — грустно констатировал он крах большой идеи еще в 2022.

Четыре года спустя частица «не», кажется, окончательно вышла из чата.

Лол, кавер бэнд Слипкнот продает мит энд грит.

До чего дошел прогресс концертной индустрии.

(via @lifeisworthlosing)

Из причуд телека нулевых — пародия на "Гражданскую оборону" в "Камеди клабе" при жизни Егора Летова (у @brokendance сегодня целая дискуссия про музыкальные номера камеди)
https://vkvideo.ru/video12273922_130176463

Что мне показалось интересным — это совершенно не пародия, потому что никаких юмористических панчлайнов тут нет.

Сначала Вадим Галыгин читает переделанное стихотворение "Полный пиздец" с альбома "Хорошо" (надо сказать, такое еще надо уметь найти) про общественный туалет, где атмосфера туалета меняется на эстетику "Камеди клаба". Шутка для избранных, потому что для понимания метафоры нужно знать оригинал.

Ну а потом Сорокин, Галыгин и Батрудинов тупо делают кавер на "Все идет по плану", — просто по тексту, с выражением и подачей.

Что это было — решительно непонятно, звучит как дань уважения живому классику.

Вот уже Николай Картозия разбушевался на тему баз данных ИИ, которые обучаются на реальной человеческой музыке.

Если честно, я знаю мало талантливых людей, которые в восторге от происходящего. Как будто искусство всего человечества, за весь период его существования, сливают нескольким айти-гигантам за копейки. Как правильно заметил Картоз, когда школьник публикует кавер на поп-песню, ему кидают страйк. Когда мега-корпорация съедает 20 миллионов песен, ей за это ничего нет.

Гениальный Дрон закрыл тему ЧГК вторым видосом,уже про эпоху Крюка. https://www.youtube.com/watch?v=FwKNv6xz16c

А я, наверное, единственный человек, которому эпоха Крюка всегда нравилась гораздо больше ворошиловской — года до 2019 я смотрел абсолютно все выпуски.

Ествественно, я смотрел ЧГК с детства, но мне никогда не нравилась эстетика девяностых, когда знатоки делали вид, будто сидят в казино, и громко кидали бабки на стол, пока крутится волчок. По-моему это какой-то кринж

А вот в нулевые уже нормально было.

Ну и еще, в обоих видео не раскрыта тема музыкальных номеров ЧГК — кидайте в каменты, какие у вас любимые.

Честно скажу, у меня были разные периоды отношений с музыкой Яны Кедриной.

Начинал я ее слушать в 2015 году, и сразу пришел на концерт в клуб "НИИ". Дальше у нее случилась целая большая международная история, с рецензиями Пичфорка и Гардиана, что вообще мало кому удавалось из русскоязычных артистов.

Потом, когда она перешла в разряд международных звезд темной русской электронной волны, я уже стал чуть меньше ее понимать .

Но пересматривая сегодня клип "не будет больше летнего дождя", я вижу, что это один их самых крутых видеоклипов нашей эпохи. И с годами он пересматривается еще лучше. И мне кажется, он вообще понятен каждому постсоветскому поколению — потому что эти кадры могли быть сняты не только в 2015, но и в 2005 и в 1995 годах.

Постепенно Яна создала собственный язык, в котором соединились поп-музыка девяностых, британская рейв-электроника, эмбиент, драм-н-бейс и русская волна темного фолка.

14 августа Kedr Livanskiy возвращается в Москву с камерным летним концертом во дворе fābula radio.

Количество билетов ограничено.

КУПИТЬ БИЛЕТ

Это было в России, значит было давно.

Я в шоке, насколько артовыми были Лимп Бизкит на старте — я бы слушал такую музыку вечно. Фантастический лайв, похожий на джем сейшн, длиннющие скрэтч-интерлюдии диджея Литела, в целом какой-то невероятный флоу и стиль.

В первом альбоме это чуть-чуть попытались воспроизвести на студии, когда трек заканчивается и потом на минуту звучит электронное аутро. Но тут, в формате лайва, это выглядит в десять раз органичнее

Божественно просто, жаль они потом опопсели.

https://www.youtube.com/watch?v=9zGX9OlaiTw