Но, ища ее взглядом, чтобы убедиться, что недостатков не стало меньше, он невольно замечал и другие вещи.

Страсть к знаниям, зажигавшая взгляд Грейнджер при виде неисследованного предмета — будь то любопытный артефакт в классе или скучный свиток с забытыми символами, который следовало разбирать со словарем размером с плиту Стоунхенджа. Быстрый ум. Ответственность, обратной стороной которой была сводившая Драко зубы дотошность. Из-за нее Грейнджер проявляла непробиваемость, делавшую ее такой трудно выносимой. Зато она была упорной. Часто за этим не стояло ничего, кроме примитивного желания поставить очередную галочку, но, проклятье, ему нравился ее стержень.

Пусть из иного материала, чем его собственный — было любопытно наблюдать, как он гнется, но не ломается.

— Это часть шоу? — спросил все тот же ребенок.

— Раньше я такого не видел..

— Смотрите, что там. Что это? — раздался тревожный женский голос.

Над склоном появился еще один череп, однако теперь не в виде всполохов огня, а как лентикулярная открытка, чередующая несколько кадров: череп раскрывает рот — из него высовывается змея. Немного продвинувшись вперед, она возвращается обратно. И заново.

Теперь, когда костер не загораживал вид, Гермиона заметила разноцветные вспышки у основания холма. Она нахмурилась. Неужели салюты запускали оттуда? Странно. Разве не в целях безопасности пиротехники взобрались на холм?

Эти всполохи были слишком хаотичными — зеленые, красные, синие, взрывающиеся с треском. Они ни во что не собирались. Они были похожи на..

Гермиона не позволила себе додумать, машинально запустив руку в карман и обхватив палочку.