Видео с первым применением светошумовой (на заднем фоне, последние минуты) - около трех часов назад, после чего и пошли наиболее серьёзные столкновения. Перед этим с машины пытались стянуть вице-спикера парламента Сагателяна.

Площадь Франции в Ереване сейчас.

Большинство протестующих ушли от резиденции Пашиняна, где произошли стычки с полицией. По данным минздрава, к медикам обратились свыше 40 человек, из них половина сотрудники полиции.

Жители палаточного лагеря на Площади Франции ожидают ночью наступления силовиков - после стычек со спецназом его, по слухам, могут попытаться разогнать. Но пока обстановка спокойная, хотя и с долей напряжённости: на всякий случай люди остаются тут.

На Площади Франции в Ереване новый митинг начался с показа кадров со вчерашних стычек протестующих с полицией.

По пути шествия в Ереване встретилась машина с зеткой - номера местные.

Протестующие в Ереване выдвинулись к резиденции Пашиняна, где накануне произошли стычки с полицией

В то время, как в некоторых странах готовятся разрушать памятники советским воинам, мне в Ереване мужчина подарил вот такой значок.

Украинские войска обстреляли вечером в субботу Ворошиловский район Донецка, выпустив 40 снарядов из "Града", сообщило представительство ДНР в СЦКК

Только что чуть не попал под это. Вы понимаете насколько всё серьёзно?

Война - процесс обоюдный, и несут потери обе стороны. Но потери среди гражданского населения - это отдельная тема для обсуждения. В четырнадцатом в одной из школ на окраине Авдеевки разместился противник, а рядом находилась больница - мы отказались от нанесения удара по противнику, боясь зацепить больницу. А противник, пытаясь достать по нашему штабу в Снежном в самом центре города, выпустил "точку У" и не попал несколько кварталов, уничтожив одну и повредив несколько жилых многоэтажек. Но даже если бы попал, то от ракеты в плотной городской застройке всё равно пострадал бы жилой сектор.

Это я к тому, что окрестив нас сепаратистами и террористами, Украина как будто лишила нас всяких прав, и главное - права на жизнь. С самых первых шагов развернулась кампания по нашему расчеловечиванию, кампания, которая не прекращалась ни на день все восемь лет. И потому возникло такое удивление, когда с началом операции боевые действия резко переползли прямо под их порог: ладно этих, - а нас то за что? И ни церковь, ни гуманисты не вышли тогда с протестом, а молча собирали деньги на поддержку АТО, - то есть, по сути, нашего уничтожения.

Не передать наших ощущений, когда нам пришлось изгонять бесов из Мариуполя. Мы стреляли по их позициям, фактически по нашему городу, и догадывались, что где-то там есть люди, для которых не хватило подвалов. Это были тяжёлые ощущения, но противник был перед нами, и его нужно было выдавливать. А кого выдавливает противник обстрелами тылового Донецка, запуская смерть на предельную дистанцию? Каждый, кто сталкивался с работой артиллерии, знает, что на предельной дистанции разлет такой, что о попадании в цель трудно говорить, - значит, не о попадании в цель идёт речь, когда грады запускаются на запредельное расстояние, а речь всё о том же: вы не люди, и уничтожать вас - дело полезное. Но что посеешь, то и пожнёшь, - не так ли?