Тюрьма вне времени

История российского тюремного ведомства часто представляется как череда радикальных разрывов: империя, ГУЛАГ, позднесоветская система, современная ФСИН. Однако при детальном изучении архивных документов выясняется, что «генетический код» системы поразительно устойчив. Поэтому некоторые исторические документы считываются как актуальные инструкции. «Правила о порядке содержания политических арестантов» от 16 ноября 1904 года — именно такой документ.

Разберем интересные положения из этих правил и посмотрим на параллели с настоящим:

Информационная блокада

«Для чтения политическим арестантам разрешаются все книги и издания за исключением номеров газет и журналов, вышедших в течение последних 12 месяцев», а «вся личная переписка политических арестантов направляется на предварительное рассмотрение подлежащего лица прокурорского надзора».

Представьте, в стране идет война, зреют народные волнения, а вы в камере можете читать газету только годичной давности. Конечно, я говорю про 1904 год.

Такая практика сохраняется и до сих пор, но не в официальных рамках, а в установках руководства. Сейчас политзаключенные сталкиваются именно с такими ограничениями.

Зачастую это происходит благодаря преднамеренному переводу в удаленное учреждение, где письма доходят с переменным успехом, цензура успешно изымает любые материалы, которые посчитает непозволительными, а люди узнают о новостях с альтернативной точки зрения спустя месяцы. Да, не годы, как в 1904 году, но мы и не в XX веке.

Еще есть другие интересные положения Правил 1904 года:

По окончании дознания или следствия политические арестанты могут, по распоряжению начальника места заключения, содержаться в общих камерах, но отдельно от арестантов других разрядов <...>

Курение табака может быть дозволено начальником места заключения, с утверждения губернатора, тем политическим арестантам, на состоянии здоровья которых, по заключению тюремного врача, должно вредно отражаться прекращение курения. <...>

На хозяйственные работы по тюрьме политические арестанты не назначаются, но они обязаны сами поддерживать чистоту и порядок в занимаемых ими камерах и убирать постель.

Свидания политических арестантов допускаются не более двух раз в неделю, в дни и часы, определенные начальником места заключения на общем основании.

Выбор старост, устройство общей кассы и передача между собою денег и вещей политическим арестантам воспрещается.

На удивление в своде Правил упоминается наличие магазинчика и ларька, где политические могут закупаться продуктами.

Найти этот документ с первой попытки трудновато, но я нашел и оцифровал его. Ознакомиться с полным текстом можно здесь.

Началось слушание в Советском районном суде.

Вменяют публикацию фотографии могилы политика Алексея Навального, который внесён в перечень террористов и экстремистов Росфинминиторинга.

Грозит до 15 суток ареста.

Отложили, отложили, отложили!

Репортаж Sota.Vision* с Болотной площади:

29 марта 2026 года на Болотной площади ничего не произошло

* — СМИ признано иностранным агентом

La baguette
Le croissant
Le Nadezhdin

Как похорошел Долгопрудный при Надеждине*

* — Минюст считает иноагентом

Надавили и запугали

К такому выводу я пришел после просмотра видео блогера из Тулы, которого ранее привлекли к ответственности по статье о демонстрации экстремистской символики из-за татуировки с дьяволом.

В своем первом видео после задержания блогер во всех подробностях рассказал о том, как это произошло. Спустя неделю после публикации он выпустил совершенно иное видео, где рассказал, почему удалил первое.

«Я удалил ролик со своим арестом. Потому что после него я заинтересовался работой подразделения по борьбе с экстремизмом, и это оказались более серьезные ребята, чем я думал.

В ролике я рассказал и показал вещи, которые вообще не стоит публиковать в интернете. И данное подразделение занимается в большинстве своем негласными мероприятиями, которые, поверьте, направлены на более серьезные вещи, чем мои дела. Поэтому я удалил этот ролик. И мой вам совет: если у вас есть татуировки или картинки, схожие с моей татуировкой, с какой-то символикой, то мой совет вам — удалить.

И если всё-таки за вами приехали, то точно не выкладывайте это в интернет», — поделился в своем видео автор.

Автор, собравший около 20 тысяч просмотров на видео с хорошим монтажом и личными переживаниями, не будет просто так удалять его и публиковать своеобразное видео-извинение. Поэтому я сделал вывод, что на автора оказали давление и запугали его.

Более того, могу сказать, что деятельность Центра «Э», в соответствии с нынешними законами, не охраняется тайной. Согласно статье 8 Федерального закона «О полиции», закрепляющей принцип открытости и публичности, действия сотрудников полиции не являются секретными.

Если вы или ваши близкие столкнулись с давлением со стороны силовиков и вас принуждают к записи подобных извинений — не оставайтесь с этим один на один. Обращайтесь за юридической помощью — например, связавшись со мной в сообщениях к каналу.

А еще заметил один смешной момент — что-что они рекомендуют к просмотру?

Дополнение

Еще они опубликовали пост, где желают офицерам «боевого фарта». А они в курсе, что «Фарт» — это криминальный жаргон?

Ждем от борцов с экстремизмом следующий пост с пожеланием «вечер в хату» или «фарту (полицейской) масти».

Москвича оштрафовали по статье о «дискредитации» за публикацию фильма «Господин Никто против Путина»

Один из столичных судов рассмотрел дело по ст. 20.3.3 КоАП РФ в отношении местного жителя. Это первый известный случай, когда под статью о «дискредитации» попала публикация этого документального фильма.

Правовую позицию и ходатайства для этого дела готовил я.

Сама история и материалы дела отлично иллюстрируют изнанку административного преследования: силовики путаются в базовой хронологии, фабрикуют доказательства прямо на скриншотах и напрочь игнорируют законы логики.

Подробности и нюансы дела:

Прокуратура умудрилась выявить правонарушение спустя месяцы после того, как была проведена экспертиза. Более того, в постановлении местом совершения правонарушения указан адрес самой прокуратуры.

Должностное лицо, проводившее осмотр, не пыталось имитировать мониторинг сети — оно просто запустило скачанный файл на своем компьютере. Даты и цифры на скриншотах также откровенно противоречили тексту самого акта.

Справка специалистов, положенная в основу обвинения, составлена с грубейшими нарушениями: в материалах нет обязательной подписки об ответственности за заведомо ложное заключение, а сам анализ проводился без учета контекста и с прямой опорой на ведомственные методички МВД, предрешающие результат.

Более того, видео было удалено из публичного доступа задолго до того, как силовики «выявили» нарушение.

Суд ожидаемо счел доводы защиты «попыткой уйти от ответственности» и назначил москвичу штраф в размере 40 000 рублей.

О тех, кто остался в системе, но бьет систему её же оружием

Когда смотришь на то, как работает Ева Меркачева, это всегда вызывает сложный спектр чувств. Ее статус члена СПЧ и журналистские корочки дают ей то, чего лишены независимые активисты и правозащитники: легальный доступ внутрь системы.

Пока независимое поле зачищают, она продолжает ходить туда, куда никого больше не пускают — в СИЗО, в колонии, в карцеры и пыточные камеры.

Ее работа — это бесконечная, рутинная и страшная ноша: вытаскивать конкретных людей, за которых больше некому заступиться. Тяжелобольные заключенные, женщины с детьми в неволе, случайные жертвы силовой машины, люди, которых система решила просто переварить и забыть.

Находясь за пределами страны, легко рассуждать о принципах в черно-белых тонах. Конечно, она ходит по минному полю, идет на компромиссы с убийственной силой, но не перестает быть от этого важным для меня человеком.

Дополнение

У Меркачевой есть ряд произведений — с одним из них я познакомился еще год назад. Советую к прочтению «Кому на Руси сидеть хорошо?» — можно почитать онлайн или заказать на маркетплейсах. Не для каждого подойдет, много боли.